Из бандитов в террористы
Макс Хромой: криминальные разборки и взрывы в столице
18 ноября 1994 года был взорван железнодорожный мост через Яузу на перегоне между станциями Владыкино и Ростокино Окружной железной дороги. Теракт произошел накануне начала первой чеченской кампании, послужив поводом и оправданием для ее проведения. Вскоре в столице прогремел и второй взрыв — неподалеку от ВДНХ был взорван пассажирский автобус. Как выяснилось позже, за преступлениями стояли сподручные криминального авторитета Максима Лазовского (Макс Хромой). Из обширной среды криминалитета тех времен их выделяла связь со спецслужбами, которые использовали бандитов в своих целях. “Ъ” вспоминает историю Хромого.
Криминальный авторитет Максим Лазовский
Из архивных документов
28 апреля 2000 года Максима Лазовского, в то время вице-президента фонда содействия миру на Кавказе «Единение», расстреляли из автомата на выходе из православного храма в Одинцовском районе Подмосковья, неподалеку от его дома. Изрешетив жертву, преступник оттащил труп в сторону, положил его на лавочку, а рядом оставил автомат с пустым рожком. Это было уже второе покушение за год. В феврале убить Хромого (кличку он получил, после того как в автомобильной аварии повредил ногу) пыталась «банда спецназовцев». Они блокировали и расстреляли его автомобиль неподалеку от дома на Рублевке. Пострадал тогда, правда, только водитель Лазовского, который в тот день был за рулем. Кто был заказчиком этих покушений, до сих пор достоверно неизвестно. Однако, как можно понять из биографии Лазовского, желающих могло найтись немало.
Ресторан Lazania на Пятницкой улице
Из личного архива Павла Павлова
Начало бандитской карьеры
В Москву Максим Лазовский перебрался из Грозного. К середине 1980-х он стал известен столичным оперативникам как приближенный чеченского «авторитета» Хож-Ахмеда Нухаева (Хожи), который в будущем стал вице-президентом независимой Ичкерии («Чеченская республика Ичкерия» признана террористической организацией и запрещена в РФ) и подмял под себя почти весь нефтяной бизнес Северного Кавказа. В перестроечное время штаб-квартирой Хожи стал один из первых кооперативных ресторанов столицы на Пятницкой, 40 — «Лазания». Там Хромой собирал дань с предпринимателей, которых крышевала чеченская ОПГ. Вскоре членов группировки арестовали, и Лазовский получил свой первый срок.
После освобождения он познакомился с совладельцем Грозненского НПЗ Атланом Натаевым, одним из подручных Хож-Ахмеда Нухаева. По одной из версий, сблизиться с влиятельным чеченцем Лазовскому помогли сотрудники ФСБ (на тот момент — Министерства безопасности или Федеральной службы контрразведки), которые тогда пристально наблюдали за процессами, происходившими в Чечне, а завербованный Хромой хорошо подходил на роль осведомителя.
В 1992 году Лазовский и Натаев помогли столичному коммерсанту Козловскому решить проблемы с чеченцами, которым тот задолжал деньги. Затем они втроем организовали фирму по торговле нефтепродуктами, название которой составили их первых букв своих фамилий — «Ланако». Коммерция Натаева и Лазовского не заинтересовала, вместо этого они под видом охраны фирмы сколотили банду, которая обеспечивала силовую поддержку бизнесу Хожи.
Чеченский «авторитет» Хож-Ахмед Нухаев (Хожи)
Людмила Пахомова / ТАСС
Криминальный авторитет
Первое известное следствию убийство Максим Лазовский совершил 19 октября 1992 года: на улице Багрицкого в Москве был расстрелян из автомата «авторитет» Владимир Толмачев (Толмач), мастер спорта по боксу, владелец кооператива и малого предприятия «Тисс», пайщик Кунцево-банка. Он пытался получить процент с одной из сделок «Ланако».
Затем бойцы Лазовского расправились с «авторитетом» Андреем Колесниковым который, прознав, кто убил Толмача, пытался шантажировать этой информацией Хромого. По подозрению в этом преступлении сотрудники московского уголовного розыска, МУРа, задержали четырех сообщников Лазовского, в том числе его правую руку — Марселя Харисова. Доказать они тогда, однако, ничего не смогли.
После освобождения Харисов и другие задержанные возобновили свою криминальную деятельность: в марте 1993 года они расстреляли пятерых участников конкурирующей ОПГ, ОПГ, собиравшейся в ресторане «Разгуляй»,— один из убитых не хотел отдавать им долг в $7 тыс.
В сентябре 1993-го взорвали в Москве автостоянку, где им нахамили. В ноябре того же года при покушении на директора одного из московских рынков по ошибке убили похожего на него человека. Примерно через месяц расстреляли и ограбили инкассаторов банка ММСТ, перевозивших $250 тыс. наличными. В марте 1994 года убили шесть человек в офисе фирмы «Дагмос».

Роман Полонский
Из архивных документов
Но больше всего шуму наделала разборка в офисе банка «Кредит-Консенсус», от директора которого, Крысина, Натаев и Лазовский требовали $2,5 млрд. На встречу с ними директор пригласил представителей таганской ОПГ, крышевавшей банк. После того как Грабер, Фроловский и Федин, известные в криминальной среде под кличками Шмидт, Шил и Пыря, поговорили с Лазовским и его помощниками и вышли из банка, их буквально изрешетили из экзотических пистолетов «Кольт» и «Иерихон». Сыщики установили, что в этой разборке, в частности, принимал участие друг Лазовского Роман Полонский, но задержать его тогда не удалось.
Раскол

Совладелец Грозненского НПЗ Атлан Натаев
Из архивных документов
Вскоре конфликт вспыхнул и между самими «авторитетами». 5 сентября 1994 года без вести пропал Атлан Натаев. Вечером на темно-синем BMW 740 он с двумя охранниками — Робертом Руденко и Владимиром Липатовым — выехал из офиса фирмы и исчез. Их нашли только в 1996 году: трупы вытащили из болота, у Натаева была отрублена голова, опознать его удалось с большим трудом. По версии следствия, Лазовский и Натаев не поделили прибыли от поставок грозненской нефти.
Узнав об исчезновении брата, в Москву из Чечни прибыл Саид Натаев. Он предложил Лазовскому встретиться на стоянке «Мирэкл Интернэшэнал» на улице Буракова.
Разговор закончился перестрелкой — бойцы Лазовского всадили в Натаева несколько пуль, но и он успел убить двоих, а Романа Полонского серьезно ранил.
Саида Натаева погрузили к скорую, но до больницы довезти не успели. Вызванная врачами милиция, обыскавшая убитого, обнаружила у него в карманах удостоверение сотрудника спецслужб. После этого бойцов Лазовского прозвали чекистами, и, вероятно, не без основания.
Терроризм и провокация войны
Среди многочисленных преступных группировок того времени банду Лазовского выделяет то, что от привычного криминала она перешла к политическому терроризму. Группировка, как выяснилось позднее, была причастна к взрыву, прогремевшему в столице накануне первой чеченской кампании. Тогда все были убеждены: за этим стоят именно ичкерийцы («Чеченская республика Ичкерия» признана террористической организацией и запрещена в РФ), что послужило обоснованием для ввода войск в мятежную республику.
18 ноября 1994 года был взорван железнодорожный мост через реку Яузу на перегоне Владыкино—Ростокино Окружной железной дороги. Исполнителем, как выяснилось, был подручный Лазовского Андрей Щеленков. Его убило взрывом, при обыске у него нашли удостоверение капитана Российской армии, документы сотрудника «Ланако» и пистолет Стечкина.
Второй взрыв прогремел уже после ввода федеральных войск в Чечню, в самом конце 1994 года. 27 декабря 400 граммов тротила были заложены под «ЛиАЗ», следовавший по 33-му маршруту. В момент взрыва в автобусе находился только водитель Дмитрий Трапезов, он получил серьезную контузию. Сотрудники ФСБ (тогда — Федеральной службы контрразведки), МУРа и городской прокуратуры, расследовавшие теракт, немедленно обнародовали вывод: за взрывом стоит президент Ичкерии («Чеченская республика Ичкерия» признана террористической организацией и запрещена в РФ) Джохар Дудаев, который давно обещал нанести удар по российским городам, если на территорию республики будут введены федеральные войска.
Выйти на террористов удалось только через два года и лишь благодаря стечению обстоятельств. В феврале 1996-го муровцы задержали водителя Хромого Владимира Акимова при попытке продать револьвер, за что он получил трехлетний срок. В СИЗО Акимов неожиданно дал показания по делу и рассказал, что подвозил к месту взрыва отставного полковника Владимира Воробьева, который тоже работал в «Ланако», а до этого — в Военно-воздушной академии имени Жуковского. По словам Акимова, автобус Воробьев взорвал якобы по просьбе Хож-Ахмеда Нухаева, так он расплатился перед ним за денежный долг. Позже Акимов от своих показаний отказался, в связи с чем был оправдан Мосгорсудом. Воробьев за подрыв получил пять лет, но потом Верховный суд снизил срок до трех. В последнем слове перед приговором он заявил, что был внештатным агентом спецслужб и что дело против него сфабриковали те, кто хотел бросить тень на ФСБ.
В итоге оперативники МУРа смогли выйти на фирму «Ланако». В феврале сыщики, собравшие базу данных о деятельности группировки, устроили засаду возле дома, в котором проживал один из знакомых Макса. Лазовский и его приятель Марсель Харисов вышли из подъезда и направились к джипу, за рулем которого их ожидал сотрудник московского УФСБ Алексей Юмашкин. При себе у них нашли фальшивые удостоверения ФАПСИ (Федерального агентства правительственной связи и информации, существовавшего до 2003 года), Минобороны и милиции, а также незарегистрированные пистолеты и наркотики.
Почему в компании с разыскиваемыми бандитами оказался сотрудник спецслужбы, ни следствие, ни суд выяснять не стали.
К тому же очень кстати для гангстеров и их кураторов при не до конца проясненных обстоятельствах умер руководитель 12-го отдела МУРа Владимир Цхай, который вел это дело. Без него оно развалилось на отдельные эпизоды.
Руководитель 12-го отдела МУРа Владимир Цхай
МВД Медиа
Произошедшее получило широкую огласку: в связях с «Ланако» были замечены еще пятеро сотрудников ФСБ, директору спецслужбы Николаю Ковалеву пришлось объясниться. «В действиях сотрудников УФСБ имело место определенное отступление от требований ведомственных нормативных актов»,— признал он. Замминистра внутренних дел, в свою очередь, объявил, что «в настоящее время Лазовскому и другим соучастникам вменяется более десяти умышленных убийств, совершенных в различных регионах России».
Тем не менее Алексея Юмашкина вскоре отпустили, а Харисову и Лазовскому предъявили обвинения только в незаконном хранении оружии и использовании поддельных документов. Они получили по два года и штраф 40 млн руб. При этом большую часть срока они отбыли, находясь под следствием и судом.
Смерть
После освобождения Хромой переехал в особняк в поселке Успенское Одинцовского района Московской области и, по словам его знакомых, ударился в религию. Весной 2000 года, вскоре после освобождения, его расстреляли автоматной очередью на выходе из храма.
Могила Андрея Щеленкова и Романа Полонского на Медведковском кладбище
Канал «Пешком по Москве» в «Яндекс.Дзене»
Посмертный суд
Смерть Лазовского странным образом активизировала следствие по старым делам. Оставшимся в живых участникам банды были предъявлены обвинения в организованных покойными Натаевым и Лазовским убийствах. Перед судом предстали приятель Макса Марсель Харисов, его водитель Владимир Акимов, а также второстепенные участники банды Владимир Абросимов, Александр Подшибякин и Марат Васильев, которые подвозили «авторитетов», стояли на шухере, хранили оружие и боеприпасы.
Прокуратура обвинила их по самым тяжким статьям УК, как будто пытаясь отыграться за Хромого. «Конструкция предъявленного всем подсудимым обвинения такова, что наряду с ныне здравствующими обвиняемыми, находящимися в зале суда, в качестве живых процессуальных лиц указываются те, которые давно считаются погибшими»,— возмущался адвокат Юрий Тюрин, потребовавший отправить на доследование дело, в котором «мертвые молчат, что позволяет следствию раскрыть значительное число тяжких преступлений».
Дело, однако, осталось в суде, и в июле 2002 года гангстеры выслушали приговор. Из оглашенного в суде обвинительного заключения следовало, что подсудимые входили в преступную группировку Натаева и Лазовского, созданную при фирме «Ланако». Им вменили в вину убийство бандитов из «Разгуляя», расстрел шести человек в офисе фирмы «Дагмос», расправу с «таганскими» и два взрыва в столице. Интересно, что мертвые лидеры банды стали основными фигурантами дела.
Следствие по какой-то причине не указало в обвинительном заключении, что они убиты, а подсудимые бандиты-статисты фактически отвечают за дела мертвых.
Из десяти эпизодов уголовного дела суд признал доказанным лишь один — об убийстве трех «таганских» Шмидта, Шила и Пыри. Причем непосредственные исполнители так и не были установлены. В итоге реальный срок дали лишь двоим. Харисов и Васильев, отбывавший на тот момент 13 лет за убийство, получили по 5 лет. Остальные подсудимые были полностью оправданы — их освободили в зале суда.




