Игристое откупорило рекорд
Какой алкоголь стал главным трендом рынка
Игристое вино бьет рекорды продаж, а тихое продолжает терять покупателей. Тенденцию “Ъ FM” обсудил с игроками российского рынка алкоголя. И представители бизнеса отмечают, что в обоих сегментах цены продолжают расти.
Евгений Разумный / Коммерсантъ
Купить фотоС начала января по конец октября 2026 года россияне купили более 165 млн литров игристого вина. Год к году рост составил 5%, сообщает Росалкогольтабакконтроль. И это десятилетний максимум. С тихими винами ситуация обратная. Их продажи за тот же период сократились примерно на 4%, до 485 млн литров. И такой тренд заметен по всему миру, говорит партнер агентства винного консалтинга Double Magnum Андрей Григорьев:
«Самый яркий пример — это Prosecco итальянское, которое просто побило за последние 10-15 лет все рекорды. В России, если мы посмотрим статистику последних 3-4 лет, то же самое. Игристые вина — единственная категория, которая достаточно устойчиво растет.
Спрос растет из-за более универсального формата потребления и ассоциации с праздником. Причем, интересный парадокс: с одной стороны, игристое вино — это праздник, с другой стороны — люди перестали относиться к нему как к исключительно праздничному напитку. Его покупают без особого повода, создавая праздник по факту открытия бутылки с пузырьками.
Мы это видим и по статистике производства, и по статистике продаж, и по поведению виноделов. Если посмотреть, в какую сторону российские виноделы направляют свои усилия, практически, наверное, 80% хозяйств сейчас имеют в портфеле игристые вина. Я думаю, что на них в совокупности может приходиться порядка 20-25% общего объема производства».
Доля продаж отечественных производителей в сегменте тихих вин снизилась и теперь составляет около 60%. При этом спад спроса в России затронул и зарубежные марки. Например, продажи итальянских сократились почти на 7%, а грузинских на 2%. Винодел, основатель семейного винного хозяйства UPPA Winery Павел Швец не видит смысла в погоне за трендами:
«Мы заняли свою нишу еще 20 лет назад для того, чтобы делать конкретное вино — сложное, многогранное, тонкое, терруарное. Были построены специальные цеха, куплено необходимое оборудование. Если предприятие работает, пытаясь сделать что-то качественное, то оно не может распыляться на все сразу. Поэтому мы лично никак на это не реагируем, только радуемся за то, что люди стали пить больше игристого — молодцы. На это должны реагировать крупные производители, потому что они подвержены всем этим изменениям. Мы же наоборот делаем тренды, создавая вина определенных типов и стилей.
Производить игристое, я бы даже сказал, проще. Виноград собирается значительно раньше, когда у него высокая кислотность, и меньше может быть рисков природных, погодных не получить должную степень зрелости. В плане технологического процесса, это просто по-другому, то есть другое оборудование, машины, помещения с другой температурой.
Российские виноделы в большей своей части из тех, кто появляется сейчас — это, как правило, маленькие предприятия. Все эти предприятия — это, конечно, большие инвестиции. А чтобы их окупить, необходимо делать качественное вино и достаточно дорого его продавать. А в этом премиальном сегменте колоссальная конкуренция между иностранными и российскими винами, но самое главное, что спрос падает. Экономика не очень хорошо себя чувствует, и премиальный сегмент в первую очередь ощущает эту проблему.
Сейчас ситуация не очень хорошая — для крымчан так особенно. Туристов нет, поэтому все рестораны и отели в Крыму практически закрыты. Продаж ноль, вывезти вино сложно, завезти комплектующие тоже сложно, потому что там нет свекольных заводов и производства пробки. Себестоимость вина растет, а каких-то ощутимых мер поддержки мы-то особо и не видим. Будем надеяться, что все в будущем будет хорошо».
В 2025 году именно отечественные производители обеспечили основной прирост категории игристых вин. В «Пятерочке» продажи российских марок выросли на 20%, в Metro — на 12%. При этом повышение спроса на игристое замечают и импортеры, говорит исполнительный директор компании Fortwine Александр Липилин:
«Половина всех продаж игристых вин 10 лет назад приходились на декабрь, то есть на новогодние праздники. Сейчас ситуация несколько меняется, то есть доля продаж выравнивается, соответственно, новогодние продажи — это уже где-то треть.
Что касается изменения географии, то уменьшается доля недружественных стран в силу того, что достаточно высокие пошлины, увеличивается доля дружественных. Это в первую очередь Чили, Аргентина, ЮАР. Там сейчас стали производить довольно любопытные игристые вина, особенно то, что касается Аргентины. В Южной Африке белые вина и игристые вина производили исторически. Есть Cap Classique — это, по сути, аналог шампанского с теми же самыми сортами и технологией производства. И в принципе, при разнице в цене с французским шампанским в 5-10 раз, это вино, я бы сказал, не уступает по качеству.
Подъем пошлин, естественно, спровоцировал рост цен. Для недружественных стран, особенно в ценовой категории до 1000 руб., практически сейчас уже ничего не осталось. Рост где-то был в 2,5 раза в среднем. То есть если бутылка Prosecco в 2023 году в начале стоила в районе 600 руб. или 500 руб. Сейчас цена уже где-то 1200-1500 руб. Если берем другие похожие категории ценовые, примерно то же самое произошло.
Для дружественных стран рост связан больше с логистикой, с курсом валют — это где-то примерно 20%. Российские вина тоже подтянулись. В целом продажи вина падают примерно на 5%, если мы говорим про весь рынок. Во многом, да, это объясняется тем, что по цене становятся менее доступны, потому что большая часть спроса сосредоточена в категории до 1000 руб. на полке, а там, соответственно, предложение становится меньше».
На ситуацию влияет и общее охлаждение алкогольного рынка. По данным Росалкогольтабакконтроля, за первые семь месяцев этого года розничные продажи спиртного, без учета пива и пивных напитков, сократились более чем на 2,5%. При этом годом ранее снижение было гораздо заметнее, почти 11%. В ресторанах и барах ситуация еще сложнее. Там продажи упали более чем на треть.
