Здоровье оказалось дороже

Московский онкологический центр имени Блохина оказался в центре скандала: по данным СМИ, Генпрокуратура еще в апреле сообщила Минздраву о массовых жалобах пациентов на необходимость оплачивать бесплатные услуги. Проверка онкоцентра началась после заявления Фонда ОМС.

«Коммерсантъ FM» удалось связаться с некоторыми пациентами онкоцентра и их родными. Так, москвич — сын одной из пациенток — на условиях анонимности сообщил, что в медучреждении взимают плату даже за простые анализы:

«Ничего не делают бесплатно, начиная с МРТ и заканчивая простым забором крови. Надо всем давать денег, всем абсолютно.

Я там с матерью все два года находился, вообще не выходил оттуда. По ОМС, да, мы должны были получать, но получали просто единицы. Причем даже за то, что мы получали по ОМС — ту же операцию, все равно все в палате говорят: надо 50 тысяч дать тому, кто оперирует, анестезиологу надо, гепатологам. Обычная операция обходится тысяч в 200».

По данным Фонда ОМС, с 2015 года более 2 тыс. тысяч пациентов онкоцентра на Каширке были вынуждены отдавать деньги за бесплатные услуги. Речь идет о сумме в 5 млн рублей, уточнили в Генпрокуратуре.

В онкоцентре, в свою очередь, говорят, что брали деньги с пациентов, которые приезжали из регионов без анализов. «Коммерсантъ FM» побеседовал с такой пациенткой — Марина Притчина регулярно приезжает в учреждение из Воронежа.

«Я лечусь у себя в Воронеже, а в Москву приезжаю на контрольное обследование каждые два месяца. Мне назначили контрольное обследование, оно было сделано бесплатно, срок — две недели от даты назначения. У нас в Воронеже я бы ждала гораздо дольше, — рассказывает она. — Тут у меня ситуация просто с назначенными таблетками очень сложная в Воронеже, мне их не давали долгое время, мы во многие организации жаловались — это уже претензия к нашему местному воронежскому онкоцентру, который мне не предоставлял лекарства, мы покупали за свой счет. Хотя обязаны были по жизненным показаниям. Дали спустя только три месяца — сегодня в первый раз я получила лекарства».

Глава Центра Михаил Давыдов в беседе с «Коммерсантъ FM» переложил вину на систему ОМС, заявив, что тарифы фонда просто не покрывают стоимости медицинских услуг.

Это не первый громкий случай, связанный с работой онкологических центров в столице. Уволенный после противостояния с департаментом здравоохранения Москвы главврач 62-й больницы Анатолий Махсон сообщил «Коммерсантъ FM», что ОМС действительно не покрывает всех затрат на услуги: «Пример из жизни 62-й больницы: мы были на бюджете, а потом нас перевели на ОМС. Мы отлечили больных даже чуть больше, но получили на 800 млн меньше. И у нас тоже делали какие-то платные услуги. Если в кассу люди платили, то могу себе представить, что брали за то, на что не хватало ОМС. А если больной приезжал необследованный — абсолютно правильно, по всем положениям его должны обследовать по месту жительства. Генпрокуратура, эти все проверки… Попробовали бы они вылечить больных, когда у тебя нет денег ни на лекарства, ни на расходники. Для онкоцентра 5 млн — это вообще не разговор. Финансирование, я думаю, что у них не меньше 5 млрд. 5 млн — это 0,1%».

Обвинения в несовершенстве системы в Фонде ОМС сразу же отвергли, заявив, что утвержденные тарифы полностью соответствуют стоимости лечения онкологических заболеваний.

Однако даже основатель системы обязательного медицинского страхования, первый директор Фонда ОМС Владимир Гришин считает, что система уже нуждается в реформировании.

С тезисом о необходимости реформирования системы ОМС согласен и ведущий научный сотрудник управления здравоохранением Первого МГМУ имени Сеченова Андрей Рагозин. Он считает, что причина скандала — несовершенство системы формирования тарифов ОМС. Причем нужно реформировать всю систему в целом, а не пытаться приводить в порядок каждое медицинское учреждение по отдельности, отметил эксперт: «Сама система ОМС, к сожалению, опирается на искаженный бухучет лечебных учреждений. Тарифы в системе обязательного медицинского страхования формируются не рыночным способом, а исходя из оценки затрат лечебных учреждений. Последние 30 лет, как у нас существует система обязательного медицинского страхования, система учета затрат, бухучета искажена. Реально никто не знает на самом деле размер фактических затрат. Первоочередная задача — создать действительно реальную систему учета затрат лечебных учреждений».

Пациенты с онкологическими заболеваниями часто обращаются за помощью к специальным фондам в случаях, когда сами не могут оплатить лечение. Однако чаще всего запросы касаются медицинских услуг, не покрываемых обязательным медицинским страхованием, рассказала «Коммерсантъ FM» директор благотворительного фонда помощи детям с заболеваниями в области онкологии и онкогематологии «Жизнь» Карина Михайлова: «К нам обращаются иногда с просьбой оплатить какое-то обследование, но это все-таки часто не на уровне анализов крови — как правило, это покрывается действительно средствами ОМС. К нам, бывает, обращаются, когда нужны какие-то дополнительные обследования — допустим, МРТ одной зоны входит в квоту, а если врачу необходимо сделать МРТ нескольких зон, то это уже не входит в квоту, и он обращается за дополнительной помощью в фонд. Принципиально важно именно заключение врача. Это не то, что человек пришел и сказал: мне надо. Ему написал доктор, что ему это необходимо, но не оплачивается за счет таких-то средств».

В начале ноября стало известно, что директор онкоцентра имени Блохина Михаил Давыдов должен покинуть свой пост в связи с возрастным цензом — ему исполнилось 70 лет. Как заявил «Коммерсантъ FM» сам Давыдов, формально срок его полномочий заканчивается 28 ноября, однако он не намерен уходить со своей должности. Он считает, что информация о проверках в его медучреждении — заказ, связанный с его предстоящей отставкой. Представитель Минздрава комментировать ситуацию отказался.