«Архитектура безопасности, а не территории»

США хотят создать условия для прямых переговоров России и Европы. Об этом заявил спецпосланник президента США Джаред Кушнер накануне встречи в Абу-Даби. Перед началом трехсторонних консультаций между Москвой, Киевом и Вашингтоном американские представители отдельно обсудили с Украиной, Евросоюзом и НАТО вопросы безопасности. Владимир Зеленский, в свою очередь, согласовал позиции с главой Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен. Глава ее аппарата также посетит ОАЭ, пишут СМИ. Обозреватель “Ъ FM” Максим Юсин задумался о том, что изменилось с предыдущего раунда переговоров.

Переговоры по урегулированию украинского конфликта возобновляются после паузы, продлившейся девять месяцев. В феврале этого года, когда Дональд Трамп решил нанести удары по Ирану, Вашингтону стало не до Украины, а без его посреднических усилий, как выяснилось, оказалось невозможно наладить диалог между враждующими сторонами.

Во-первых, резко усилилась интенсивность (и болезненность) ударов вглубь территории противника. Мишенью оказались многие объекты и отрасли экономики, которые до этого старались не бомбить. В этом смысле конфликт стал если не тотальным (некоторые красные линии все-таки сохраняются), то гораздо более беспощадным.

Во-вторых, замедлилось продвижение на фронтах. В условиях господства в воздухе беспилотников установление устойчивого контроля даже над небольшим населенным пунктом стало сложнейшей задачей, на решение которой уходят недели, если не месяцы.

В-третьих, всеобщая усталость от конфликта, о которой недавно говорил президент Белоруссии Александр Лукашенко, начала ощущаться не только в Киеве и в Москве, но и в Европе, ставшей в последнее время главной опорой, главным спонсором Украины. В европейских столицах все чаще стали звучать заявления, еще недавно казавшиеся немыслимыми. Например, о том, что денег на поддержку Киева в прежнем объеме нет и взять их неоткуда; о том, что политика международной изоляции Москвы себя не оправдала; о том, что все труднее становится убедить население европейских стран в необходимости поддерживать Украину и тем самым рисковать столкновением с крупнейшей ядерной державой.

В-четвертых, накануне переговоров в Абу-Даби политики и дипломаты все чаще говорят о будущей структуре безопасности в Европе и все реже — о территориальном вопросе, который в феврале казался центральным и самым принципиальным. Тем самым, хотя вслух западные представители этого и не признают, они начинают постепенно соглашаться с логикой Кремля, что необходимо обсуждать безопасность всех сторон (а не только Киева), говорить о первопричинах конфликта, добиваться гарантий, что после заключения перемирия боевые действия через какое-то время не возобновятся.

На этом фоне могла возникнуть мысль: а не потерпеть ли еще два года, не дождаться ли окончательного крушения Трампа и его партии, возвращения к власти демократов, которые возродят антироссийский альянс с Европой и Украиной? Проблема, однако, в том, что эти два года надо еще благополучно пережить. А есть ли такая возможность у Европы, столкнувшейся с огромным количеством внутренних проблем, есть ли такая уверенность у Украины, с ужасом ждущей надвигающейся зимы, большой вопрос.

Как показала гуманитарная операция в Алешках, при желании не только Москва, но и Киев могут быть ответственными, конструктивными, досконально соблюдать достигнутые договоренности. Возможно, эта тенденция проявится и в Абу-Даби. Во всяком случае, хочется на это надеяться.