ВИЧ о помощи
В ООН считают, что поддержка ВИЧ-сервисных организаций поможет победить СПИД к 2030 году
СПИД может быть искоренен во всем мире к 2030 году, если будут выделены необходимые финансовые средства сообществам, борющимся с этим заболеванием в каждой стране. К такому выводу пришли эксперты Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИД (ЮНЭЙДС). Российские активисты соглашаются, что помогать ВИЧ-сервисным организациям необходимо, однако борьба с ВИЧ — медицинская проблема, и ее решение зависит от обеспеченности лекарствами и медпомощью.
Михаил Филиппов / Коммерсантъ
Согласно информации Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИД (ЮНЭЙДС), каждую минуту из-за СПИДа погибает человек, каждую неделю 4 тыс. девочек и молодых женщин инфицируются ВИЧ, а из 39 млн живущих с этим заболеванием 9,2 млн человек не имеют доступа к необходимому лечению. В канун Всемирного дня борьбы со СПИДом (1 декабря) на сайте организации появился доклад «Лидерство — сообществам!», в котором утверждается, что СПИД может быть искоренен к 2030 году, если государства и спонсоры выделят необходимые финансовые средства сообществам, работающим «на передовой линии борьбы с ВИЧ». По данным организации, проводимые НКО кампании помогли открыть доступ к дженерикам для лечения ВИЧ, что привело к резкому сокращению стоимости антиретровирусной терапии с $25 тыс. на человека в год в 1995 году до $70 во многих странах, наиболее затронутых эпидемией.
«Программы, реализуемые общественными организациями в Нигерии, по оценкам Всемирного банка, увеличили на 64% доступ к лечению ВИЧ-инфекции, удвоили вероятность использования мер профилактики ВИЧ и в четыре раза увеличили использование презервативов среди людей, подверженных риску инфицирования ВИЧ. В Танзании заболеваемость ВИЧ-инфекцией среди секс-работников, получавших пакет услуг равных консультантов, была более чем вполовину (5%) ниже, чем у секс-работников, не участвовавших в программе (10,4%)»,— уточняется в документе.
Сопредседатель межрегиональной организации «Вместе против гепатита» (часть пациентов с гепатитом инфицирована ВИЧ) Никита Коваленко отмечает: СПИД — завершающая стадия ВИЧ-инфекции, к которой приводит отсутствие лечения или неправильно подобранная терапия; а ВИЧ — собственно само заболевание, с которым при наличии правильно подобранной терапии можно жить «долго и счастливо». «Если всех ВИЧ-позитивных обеспечить правильной антиретровирусной терапией, то заболевание просто не перейдет в стадию СПИД и никто не будет умирать именно от СПИДа. Поэтому, на мой взгляд, декларация ЮНЭЙДС вполне реальная»,— комментирует господин Коваленко.
Активистка движения людей, живущих с ВИЧ и другими социально-значимыми заболеваниями, «Пациентский контроль» Юлия Верещагина говорит, что идеальная картина победы над ВИЧ выглядит так: все население протестировано, все выявленные инфицированные обеспечены терапией, и она эффективна. В этом суть стратегии «90–90–90», принятой государствами—членами ООН, в том числе Россией. Изначально она предполагала, что 90% людей с ВИЧ в нашей стране к 2020 году будут знать о своем статусе, 90% из них получать лечение, и у 90% последних вирусная нагрузка снизится и не будет определяться. Однако к установленному сроку показатели не были достигнуты, и Минздрав отложил достижение основных целей стратегии по борьбе с ВИЧ до 2030 года.
Юлия Верещагина обращает внимание, что в России до сих пор нет точной статистики по числу инфицированных ВИЧ.
Роспотребнадзор и Минздрав расходятся в оценках на несколько сотен тысяч человек, так как первое ведомство считает тех, кто сдал положительные тесты, а второе — тех, кто встал на диспансерный учет. Так, из данных Роспотребнадзора за 2022 год следует, что в стране проживало 1 168 076 россиян с лабораторно подтвержденным диагнозом ВИЧ-инфекции. На диспансерном учете состояло 835 154 больных (по данным Минздрава РФ — 850 тыс.), то есть 69,5% от числа россиян, живших с диагностированной ВИЧ-инфекцией. Получали антиретровирусную терапию в 2022 году 711 412 пациентов (включая 61 279 больных, находившихся в местах лишения свободы). Охват лечением составил 85,2% от числа состоявших на диспансерном наблюдении и 59,2% от числа живших с диагнозом ВИЧ-инфекции.
Юлия Верещагина говорит, что в 2022 году показатель охвата терапией стал самым высоким за пятилетний период, однако добиться этого удалось только благодаря средствам из бюджета 2023 года: Минздрав России (ФКУ ФЦПиЛО МЗ РФ) провел дополнительные закупки на средства из бюджета, предусмотренного на АРВ-препараты на 2023 год, на сумму 8,5 млрд руб. При этом сумма, предусмотренная на закупку АРВ-препаратов для лечения ВИЧ (совместно с закупками препаратов для туберкулеза и гепатита В и С) в рамках постановления №1512 на 2023–2025 годы, не была увеличена и составляет 31,7 млрд рублей ежегодно.
В 2023 году сумма контрактов Минздрава России на АРВ-препараты составила 24 млрд руб. Этих средств совершенно недостаточно, чтобы покрыть дефектуру АРВ-препаратов во многих регионах, отмечает госпожа Верещагина.
С начала 2023 года «Пациентский контроль» получил более 500 сообщений о нехватке АРВ-препаратов и вынужденной замене схемы лечения ВИЧ без медицинских показаний из 56 регионов, включая новые, 17 учреждений ФСИН и трех учреждений ФМБА. В 2022 году таких сообщений было 210. «Как тут говорить о победе над ВИЧ? — задается вопросом госпожа Верещагина.— На нашей памяти самым перебойным был 2017 год, когда Россия переходила с региональных на федеральные закупки. Потом все стало выравниваться, но в прошлом году заглохло. В результате у нас в этом году жалоб на перебои больше, чем в ужасный, как нам казалось, 2017 год».
Господдержку сообществ, которые находятся на переднем крае борьбы с ВИЧ, Юлия Верещагина считает действительно важной. По ее словам, к ключевым группам, то есть к потенциальным пациентам, смогут дойти только волонтеры и активисты. При этом именно сейчас для ВИЧ-сервисных организаций ситуация, по ее оценке, тяжелая. «Участие НКО в профилактике ВИЧ предусмотрено госстратегией противодействия распространению ВИЧ-инфекции. При этом средств, которые выделяет государство, недостаточно, а финансирование из иностранных источников ограничено законами об иноагентах. А только на пожертвования граждан ни одна организация не выживет»,— объясняет Юлия Верещагина. По мнению Никиты Коваленко, не совсем верно ставить проблему ВИЧ/СПИДа в зависимость от финансирования НКО: «Это все-таки медицинская проблема. И ее решение в первую очередь зависит от медицинских вопросов: обеспеченности лекарствами и медицинской помощью вообще».
Ранее главный внештатный специалист по ВИЧ-инфекции Алексей Мазус говорил “Ъ”, что специалисты фиксируют уверенный тренд на ежегодное снижение числа новых больных — так, в 2021 году было 59 тыс. новых случаев, что ниже на 2% по сравнению с 2020 годом. Кроме того, напомнил он, Россия сохраняет лидирующие позиции в мире по охвату тестированием на ВИЧ-инфекцию — в 2021 году этот показатель составил более 28%. Господин Мазус обратился к данным «многолетних репрезентативных исследований», которые показывают, что высокая мотивация к тестированию на ВИЧ, как и в целом высокий уровень знаний об инфекции, стала результатом «широкомасштабных просветительских кампаний, которым российское здравоохранение уделяет значительное внимание». «Сегодня о своем диагнозе не знает каждый одиннадцатый больной ВИЧ-инфекцией в стране. В Европе речь идет о каждом восьмом больном! — заявляет Алексей Мазус.— Подобная ситуация, позволяющая говорить о скрытой эпидемии ВИЧ-инфекции в европейском регионе, вызывает озабоченность профессионального сообщества и находится в приоритетной панели вопросов рабочей группы высокого уровня Минздрава России и ВОЗ по ВИЧ-инфекции».
Газета «Коммерсантъ» №222
от 29.11.2023, стр. 5














