Российские власти намерены начать переговоры с регуляторами Мозамбика о снижении для рыбопромышленников из РФ ввозных пошлин, достигающих сейчас 20%. Это должно расширить для компаний рынки в Африке, импортирующей рыбу совокупно на $6 млрд в год, и помочь диверсифицировать риски возможного осложнения экспорта в ЕС. Пока отправка в Африку больших объемов российского улова сдерживается не только высокими пошлинами, но и серьезной конкуренцией, дефицитом холодильных мощностей и сложным регулированием отрасли во многих африканских странах.
Фото: Павел Семчук, Коммерсантъ
Фото: Павел Семчук, Коммерсантъ
Как сообщили “Ъ” в Росрыболовстве, 27–28 июля в рамках саммита Россия—Африка российская сторона планирует обсудить с регуляторами Мозамбика возможность пересмотра для экспортеров рыбы из РФ пошлин, составляющих 20%. В декабре 2022 года Россельхознадзор уже согласовал отправку рыбы и морепродуктов в Мозамбик. Но размер пошлины, говорят в ведомстве, «сдерживает компании от поставок в эту страну».
Сейчас доля рыбы в общем объеме экспорта российского продовольствия в Мозамбик незначительна, подтверждают опрошенные “Ъ” участники рынка.
По итогам 2023 года Мозамбик импортирует 23 тыс. тонн морской и океанической рыбы, а к 2027 году — 27,09 тыс. тонн, в основном из Японии и Норвегии, прогнозирует Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO). По данным «Агроэкспорта», вылов рыбы в Мозамбике в 2022 году вырос на 7,2% год к году, до 475,6 тыс. тонн.
В другие страны Африки, несмотря на действующие там пошлины на ввоз рыбы в 19-21%, поставки идут. Текущий объем экспорта в целом по этому направлению составляет 70–100 тыс. тонн в год, отмечают в Росрыболовстве. Например, с Дальнего Востока сельдь и скумбрия доставляются в Камерун, Нигерию, Кот-д`Ивуар, Буркина-Фасо, в ЮАР — иваси для консервов. В Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья подтвердили “Ъ”, что ряд компаний отправляют сельдь в Африку, но назвать объемы затруднились.
При решении проблем, в том числе с пошлинами, объем экспорта, по словам президента Всероссийской ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ) Германа Зверева, может вырасти дополнительно еще на 150 тыс. тонн, или примерно на $500 млн в год. Сейчас эта сумма, по разным данным, составляет $300–330 млн в год, около 8% от общего импорта всего континента. С планируемым ростом поставок доля РФ может увеличиться до 14%, или $830 млн.
В Африке сейчас только Нигерия выступает крупным покупателем рыбы из России, отмечает управляющий партнер Agro & Food Communications Илья Березнюк.
По его словам, в пандемию начались поставки в Кот-д`Ивуар, куда из РФ перенаправлялась часть объемов, которая не могла быть доставлена в Китай из-за закрытия ряда местных портов. Источник “Ъ” в отрасли говорит, что Африка рассматривается как рынок для диверсификации поставок в Европу. Санкции ЕС не коснулись рыбы, но участники рынка опасаются затруднений, хотя в 2022 году экспорт российской продукции в регион вырос на 57,6%, до €940 млн (см. “Ъ” от 22 марта).
Но трудности есть и в Африке. Одна из проблем — жесткая конкуренция со стороны Китая, США и Норвегии, давно работающих на континенте, предупреждают эксперты. По данным ВАРПЭ, только с начала года, например, в Египет поставлено около 27 тыс. мороженой норвежской сельди, это 69% от общего рыбного экспорта Норвегии.
Илья Шестаков, глава Росрыболовства, об экспорте рыбы, 16 июня, ТАСС:
«Теперь мы поставляем нашу продукцию в те страны, где спрос только восстанавливается».
Еще одна сложность — ужесточение регулирования. Так, в Нигерии, по словам управляющего ГК «Доброфлот» Александра Ефремова, власти требуют от экспортеров консервов локализовать производство. Но этот процесс осложняется дефицитом во многих странах Африки холодильных мощностей, что заметно сужает и экспорт, говорит источник “Ъ” в отрасли. Для решения проблемы крупные экспортеры рыбы, включая Китай, США и Норвегию, вкладывают средства в развитие местной инфраструктуры, говорит Илья Березнюк. Хотя он признает высокие риски таких инвестиций.
В Росрыболовстве соглашаются, что доступ нерезидентов на рынки ряда стран Африки серьезно осложнен. Так, в Мавритании экипажи иностранных траулеров, добывающих рыбу в исключительной экономической зоне страны, должны на 60% состоять из местных граждан. В Намибии зарубежным игрокам необходимо передать 51% в местном юрлице локальным компаниям.