На фоне обострения отношений с Китаем, вызванного пограничным инцидентом 9 декабря, в Индии разразился политический скандал. В ходе проходящей в Дели зимней сессии парламента оппозиция, возглавляемая партией «Индийский национальный конгресс», обвинила премьер-министра Нарендру Моди в неспособности обеспечить безопасность страны. Старейшая политическая сила, находившаяся у власти в первые десятилетия индийской независимости, называет проблемы на границе результатом бездействия властей, а часть оппозиции даже обвиняет высшее руководство в сговоре с Пекином.
Премьер-министр Индии Нарендра Моди (в центре)
Фото: Amit Dave, Reuters
Премьер-министр Индии Нарендра Моди (в центре)
Фото: Amit Dave, Reuters
Проходящая в Дели с 7 по 29 декабря зимняя сессия индийского парламента вылилась в бурное обсуждение вопроса, который становится для Индии все более острым: как обеспечить безопасность и строить отношения с Китаем в будущем. «Сегодня у нас на границе с Китаем развернуто столько индийских войск, сколько никогда не было. Это сделано для того, чтобы противостоять развертыванию войск КНР, численность которых значительно возросла с 2020 года»,— заявил во вторник, выступая в парламенте страны, глава МИД Индии Субраманиям Джайшанкар. «Обязанность индийского государства и долг индийских военных — не позволить ни одной стране, в данном случае Китаю, в одностороннем порядке изменить линию фактического контроля»,— отметил Субраманиям Джайшанкар, пытаясь успокоить страсти, бушующие в здании высшего законодательного органа страны уже вторую неделю.
Триггером незапланированной дискуссии, в которой расколотая и переживающая трудные времена индийская оппозиция увидела для себя шанс бросить вызов правительству премьер-министра Нарендры Моди, стало произошедшее 9 декабря — всего через два дня после открытия зимней сессии парламента — столкновение индийских и китайских военных в секторе Таванг приграничного штата Аруначал-Прадеш.
Это был первый инцидент после того, как в мае 2020 года в горной области Ладакх на границе двух стран произошли кровопролитные столкновения, которые повлекли за собой жертвы с обеих сторон и вызвали обвал индийско-китайских отношений.
Спустя несколько дней власти сообщили подробности инцидента индийским СМИ, сделав акцент на том, что в ходе потасовки 9 декабря, произошедшей без применения стрелкового оружия, ни один человек не был убит.
По версии Дели, у китайской стороны число пострадавших было ощутимо больше (в Пекине по этому поводу традиционно предпочли хранить молчание).
Министр обороны Индии Раджнатх Сингх, специально прибывший в парламент, в деталях рассказал депутатам, как произошел и чем завершился инцидент. Он заверил их, что ситуация находится под полным контролем военных.
Однако оппозиция заподозрила, что власти что-то недоговаривают и на самом деле все было по-другому.
С подачи лидера «Индийского национального конгресса» Рахула Ганди применительно к индийским военным, участвовавшим в инциденте 9 декабря, депутаты оппозиции стали использовать слово «питаи» (в переводе с хинди — «избиение»).
Потомку политической династии Неру—Ганди, которая находилась у власти в Индии в первые десятилетия независимости страны, жестко ответил глава МИД Индии Субраманиям Джайшанкар, обвинивший лидера оппозиции в дискредитации индийских вооруженных сил. «У нас могут быть политические разногласия, это нормально. Но я думаю, что мы не имеем права прямо или косвенно критиковать наших военных. Высоко в горах наши воины несут службу на страже наших границ, и слово "избиение" применительно к ним не должно использоваться»,— предупредил Рахула Ганди глава индийского дипломатического ведомства.
Тем не менее ухватившаяся за эту историю индийская оппозиция пытается выжать из нее максимум дивидендов.
С развернутой критикой китайской политики премьер-министра Моди выступил генеральный секретарь ИНК Джайрам Рамеш, который изложил запросные позиции оппонентов властей.
«Мы должны провести дебаты в лок сабха (нижняя палата) и раджья сабха (верхняя палата). Ответы должен лично дать премьер-министр, а не министр обороны или министр иностранных дел. Ранее премьер-министры давали разъяснения в подобных ситуациях. Нарендра Моди — это первый премьер, который избегает дискуссии и не произносит слово "Китай"»,— негодовал Джайрам Рамеш. Он напомнил о том, что в 1986 году, когда у власти в Индии находилось правительство «Индийского национального конгресса» во главе с Радживом Ганди, тогдашний национальный лидер и отец Рахула Ганди разместил войска на границе с Китаем, чтобы не позволить Пекину нарушить статус-кво.
В связи с этим Джайрам Рамеш считает, что происходящее спустя три с половиной десятилетия новое изменение статус-кво — доказательство провала стратегии национальной безопасности и оборонной политики на китайском направлении правительства находящейся у власти в стране «Бхаратия джаната парти».
Пытаясь втянуть Нарендру Моди в дискуссию по Китаю, на прошлой неделе депутаты от оппозиции демонстративно покинули одно из заседаний парламента. Ведущие телеканалы показали вереницу народных избранников, с решительными лицами устремившихся на выход из зала лок сабхи.
После этого депутаты от оппозиции устроили акцию протеста у памятника Махатме Ганди, находящегося на территории комплекса правительственных зданий. На ней звучал лозунг: «Господин премьер, прервите молчание, объедините Индию».
На специально созванной пресс-конференции в Дели глава отдела по связям со СМИ «Индийского национального конгресса» Паван Кхера заявил о том, что пришедший к власти в стране в 2014 году Нарендра Моди позитивно относился к Китаю еще в ту далекую пору, когда он был главным министром штата Гуджарат.
По словам представителя оппозиции, уже тогда Нарендра Моди не видел в КНР реальной угрозы для страны и впоследствии наладил тесные контакты с председателем КНР Си Цзиньпином.
При этом, несмотря на конфликтные отношения сегодняшнего дня, две правящие партии — индийская «Бхаратия джаната парти» и Компартия Китая, а также представители руководства двух стран продолжают поддерживать активные контакты. По мнению индийской оппозиции, это свидетельствует о якобы имеющем место негласном сговоре правительства Моди с Пекином, несущем в себе угрозу подрыва национальной безопасности и сдачи национальных интересов страны.