Пришельцы из комикса

Александр Устюгов, актер

Нас годами приучали к американской мифологии с ее супергероями. Поэтому, когда мы смотрим эти фильмы, у нас нет претензий к тому, что это недостоверно. Российский же кинематограф идет от бытовых жанров, поэтому создание исторических и мифологических реконструкций вызывает у наших зрителей некий протест. Вряд ли кто-то перечислит больше 10 русских фильмов, где фигурирует, например, русалка. Этот пласт нашей культуры только сейчас начал разрабатываться в постсоветской российской киноистории. Наши дети плохо знают отечественную сказочную мифологию, зато все понимают про Рапунцель: у нее были длинные волосы, она жила в башне и так далее. А что они могут рассказать про Аленушку? Кто были ее родители, где она родилась, как Иванушка потом отрубил голову змею?

Источник: «Известия»

Сарик Андреасян, кинорежиссер

Когда мы создавали этот фильм («Защитники».— «О»), нам казалось: «Вау, это так круто! Мы сочиняем своих супергероев, и люди к ним привыкнут!» Но это оказалось неверным подходом. Вот вышел «Последний богатырь», стал кассовым, потому что очень важно иметь какой-то культурный код. Богатырь — это культурный код, Баба-Яга — это культурный код. Все на этом выросли, все водят туда своих детей с большим удовольствием. Когда французы делают «Астерикса и Обеликса»… Эти комиксы были еще в сороковых годах. И понятно, почему на это идут. Несколько поколений на них выросло. То есть в теории можно, наверное, снять три части «Защитников» и через 10–15 лет это уже будет частью культуры. Сегодня мы бы, наверное, искали что-то, заложенное в литературе, в сказках.

Источник: телеканал «Дом кино»

Тимур Бекмамбетов, кинорежиссер

— Вы говорили о том, что придумали идею фильма «Черная молния», поняв, что российскому кино не хватает супергероев. Какой сейчас может быть русский супергерой?

— Народ слагает легенды, ему важно иметь миф, что есть кто-то, кто абсолютен. Абсолютно добр, силен, ответственен. Такие мифы постоянно складываются — если мы их не сделаем сами, они будут придуманы самим народом. Эта ниша у нас осталась незаполненной со времен советских героев. Последним героем, которого я помню, был, наверное, михалковский дядя Степа. Это был абсолютный супергерой, который служил людям и обладал сверхспособностями,— он был невероятного роста. Два признака супергероя именно такие: он должен быть абсолютно предан обществу и обладать сверхспособностями, которых нет у остальных.

— У нас еще в 90-х годах был герой Данила Багров.

— Он был просто героем, а не супергероем — он, к сожалению, не обладал суперспособностями. Это жанрово разные вещи. Я этого героя очень люблю и считаю, что он сформировал сознание целой страны на 10 лет, но с ним есть одна сложность: к сожалению, в его позиции есть тупик. Она, бесспорно, популярна, но у нее нет пути в стране, в которой живет так много национальностей.

Источник: StarsLife