Вопрос почти навсегда

15 февраля 1989 года завершился вывод советских войск из Афганистана. Это была самая длинная война в истории СССР, а споры о причинах и последствиях как для страны, которая послала «ограниченный контингент войск», так и для Афганистана не закончились до сих пор и, скорее всего, не завершатся в ближайшее время. О том, как депутаты Госдумы пытались отменить постановление съезда народных депутатов СССР и почему у них это не получилось, рассказывает корреспондент “Ъ” Софья Самохина.

К 30-летию вывода советских войск из Афганистана Госдума собиралась принять заявление — с оценкой тех событий и действий руководства СССР. В проекте документа, с одной стороны, подчеркивалось, что решение о вводе войск принималось с учетом «неоднократных просьб афганского руководства о прямом вмешательстве СССР в конфликт». С другой стороны, депутаты признавали «не соответствующим принципам исторической справедливости» постановление съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года. В нем говорилось, что решение о вводе войск в Афганистан в 1979 году «заслуживает морального и политического осуждения».

Эта знаменитая формулировка стала результатом тяжелой дискуссии. Война в Афганистане обсуждалась еще на I съезде народных депутатов в мае-июне 1989 года, вспоминает его участник, впоследствии ставший советником президента Бориса Ельцина, Сергей Станкевич: «Впервые вся страна наблюдала острейшие и откровенные дискуссии по прежде запретным темам, включая войну в Афганистане. Ситуацию взорвало знаменитое выступление депутата-академика Андрея Сахарова, в котором он назвал решение о вводе войск ''преступным'', а саму войну связал с ''многочисленными нарушениями''». В итоге по предложению председателя Верховного совета СССР Михаила Горбачева съезд поручил комитету ВС по международным делам изучить вопрос и подготовить постановление с оценкой.

«Когда комитет получил доступ к секретным документам, выяснилось, что решение о вводе войск в Афганистан принималось с нарушением всех советских законов, включая Конституцию СССР. Решение не обсуждалось ни в парламенте, ни в правительстве, ни в Министерстве обороны. Несколько престарелых членов политбюро ЦК КПСС (назывались Леонид Брежнев, Дмитрий Устинов, Андрей Громыко) дали добро на вторжение и войну вопреки возражениям военных и спецслужб»,— вспоминает Сергей Станкевич. По его словам, оппозиция хотела «потребовать документы на стол и разбирать партийную кухню еще глубже», но в состав демократической оппозиции — межрегиональной депутатской группы — входило около 300 из 2250 депутатов, поэтому «шансов провести свое решение или настоять на значимых поправках практически не было».

В итоге текст постановления со словами «заслуживает морального и политического осуждения» составил комитет по международным делам. «Такой неопределенный текст («заслуживает осуждения» вместо однозначного осудить) нужен был им, чтобы перехватить и закрыть тему»,— считает господин Станкевич. За постановление проголосовало консервативное съездовское большинство, а оппозиция проголосовала за него по принципу «хоть что-то». Получилось, говорит Сергей Станкевич, что КПСС в лице своего руководства сначала приняла решение о начале войны в Афганистане, затем руководила войной, потом распорядилась о выводе войск и, наконец, сама же осудила свое изначальное решение.

В 2018–2019 годах у депутатов Госдумы на обсуждение и согласование формулировок времени было больше. Подвести политический итог войны Владимиру Путину предложили еще в апреле прошлого года на заседании Совета законодателей. Президент тогда идею поддержал, сказав, что решением этого вопроса должны заняться сотрудники администрации президента (АП), депутаты Госдумы и сенаторы. Для принятия документа даже подобрали символическую дату — 14 февраля, то есть в канун полного вывода войск из Афганистана. Но сложных аппаратных согласований проект не пережил.

При этом в сопроводительных материалах к постановлению отмечалось, что оно согласовано с Минобороны РФ и МИДом. По словам первого зампреда думского комитета по обороне Андрея Красова, документ все еще находится «в проработке — пока не получены ответы от МИДа и АП». Полпред правительства в Госдуме Александр Синенко не стал отвечать на вопрос “Ъ”. Сергей Станкевич считает, что «самым правильным было бы не отменять постановление ушедшего в историю съезда, а принять постановление Госдумы с учетом сегодняшнего знания и сложившегося в обществе отношения к войне в Афганистане».

Главный редактор журнала «Историк» Владимир Рудаков отмечает, что в российском обществе есть заслуженные, уважаемые люди — герои афганской войны, которые испытывают вполне понятное неудовлетворение от того, как парламент в 1989 году оценил события, в которых они участвовали. По его мнению, в 1989 году такое решение сложилось во многом из-за того, что «возобладал наивно-романтический взгляд на внешнюю политику, в соответствии с которым эту сферу деятельности оказалось возможным оценивать исключительно с позиций морали и нравственности». Но сейчас, «будем надеяться, наивно-романтический период в нашей внешней политике давно в прошлом», поэтому и могла быть предпринята попытка иначе взглянуть на события тех лет, полагает эксперт. По его мнению, если и давать оценки, то скорее политические, чем моральные.

Впрочем, согласно данным социологов, именно политические оценки обществом тех событий за 30 лет изменились не сильно. В октябре 1999 года 65% опрошенных ВЦИОМом называли ввод войск в Афганистан «политической авантюрой», в феврале 2009 года таких было 47% (при этом 58% респондентов говорили, что участвовать в войне «не было необходимости»). А в октябре 2015 года на вопрос ВЦИОМа, какой главный урок следует извлечь из войны СССР в Афганистане, чуть больше половины респондентов отвечали, что «лучше не вмешиваться в чужие конфликты, тогда врагов будет меньше».

Гендиректор ВЦИОМа Валерий Федоров объясняет это тем, что в 2009 году появилось молодое поколение, которое «ничего не знает о той войне и воспринимает ее так же, как и Русско-японскую». Опрос, проведенный к 30-летнему юбилею, показал, что число тех, кто негативно относится к тем событиям, «не увеличилось», но выросло количество сторонников ввода войск — таких порядка 30% (в 2009 году около 20%). Господин Федоров считает, что это происходит на фоне «роста противоречий с Западом». А сложившееся в обществе отношение к Афгану гендиректор ВЦИОМа объясняет тем, что война не закончилась победой, была кровопролитной, принесла много потерь, а главное — обществу так и не объяснили, зачем она была нужна.