Рекламаwww.kommersant.ru/ad

«Становился лучшим даже в выращивании помидоров»

С экс-министром печати Михаилом Полтораниным простились в узком семейном кругу
В четверг, 19 ноября в ритуальном зале больницы «Коммунарка» прощались с Михаилом Полтораниным. На траурной церемонии было очевидно, что когда-то близкий соратник Бориса Ельцина, министр печати и даже вице-премьер новой России, не доживший всего неделю до своего 87-летия, в последние десятилетия был уже вовсе не политиком, а отцом, дедом и даже садоводом. И прощались с ним поэтому в узком семейном кругу. Но, как отметили немногочисленные друзья и коллеги, знавшие его в разные периоды жизни, в любой из ролей ему удавалось если и не быть лучшим, то хотя бы достигать заметных результатов.

Антон Великжанин / Коммерсантъ

Купить фото
Прощание с политическими деятелями разных масштабов, как правило, проходит в больших ритуальных залах: с мраморным полом, высокими потолками, отдельным балконом для прессы и удобным заездом и парковкой для автомобилей. Подходящие есть, например, в Центральной клинической больнице или на Троекуровском кладбище. В морге московской «Коммунарки» такого нет. В патологоанатомическом корпусе больницы несколько небольших комнаток, перед входом в которые кучкуются группки родственников умерших, а в предбаннике — оформляются свидетельства о смерти и решаются другие, сугубо бытовые вопросы.
Чтобы попасть к этому корпусу, нужно отстоять в очереди на проходной и оформить пропуск, обязательно показав удостоверение личности. Документ просовывается в маленькое окошко, хмурая сотрудница за стеклом вертит его в руках и задает стандартные вопросы:
— Куда?
— В зал прощаний.
— Фамилия усопшего?
Утром 19 ноября часть стоявших в очереди отвечала на этот вопрос — «Полторанин».
Взрослые мужчины в кепочках и с тростями, сжимая в свободной руке букеты роз, растерянно называли фамилию экс-министра, женщины, говоря ее, немного всхлипывали. Вместе с ними в очереди было множество людей, произносивших другие имена,— в «Коммунарке» ежедневно проходит много прощаний.
Для прощания с Михаилом Полтораниным была выделена комнатка слева — зал №1. На углу около нее стоял одинокий венок. На ленте значилось: «Михаилу Полторанину от коллектива ТВ-3 2001–2006». Около нее толпилась семья политика: сыновья, внуки, их матери и жены. И небольшая группа друзей и коллег. Управлял процессом сын политика, Константин, в прошлом — чиновник Федеральной миграционной службы (упразднена в 2016 году). Он уверенно пожимал руки пришедшим мужчинам и организовывал собравшихся — кто с кем поедет на машине на кладбище, где нужные документы. К самому началу церемонии из теплого холла Константин вывез на инвалидной коляске мать. Вдова Михаила Полторанина в черном платке прилагала усилия, чтобы не плакать, но, когда собравшиеся начали наперебой подходить к ней и обнимать, все-таки не сдержалась. За спинами собравшихся к залу прощаний подъезжали катафалки — к ним выносили гробы из соседних комнаток, из которых выходили такие же заплаканные, немного растерянные люди.
К 11:00 двери зала №1 раскрылись — внутри комната оказалась еще меньше, чем показалось снаружи. В центре зала стоял гроб с телом Михаила Полторанина, занимавший приблизительно все пространство. Места для собравшихся остались по периметру, почти под завязку заполнившемуся пришедшими, всего около 30 человек. Самым пожилым предложили сесть на несколько свободных стульев, остальные же вжимались в стены. Из-за гроба показался батюшка, попросивший отключить телефоны. Почти сразу началось отпевание — в комнатке запахло ладаном, стало невыносимо душно, открыли двери на улицу. Панихида заняла не больше 20 минут, затем священник попросил подойти прощаться с умершим. Пришедшие потихоньку начали выходить на улицу, а батюшка незаметно исчез.
Журналистов на прощании было мало — пришли корреспонденты едва ли из трех изданий. Родственники неуверенно косились на них, пытаясь, кажется, понять, нормально ли, что они не узнают этих людей, или они действительно чужие.
Но были на церемонии и «свои» журналисты, согласившиеся поговорить c “Ъ” о своем коллеге, друге и даже оппоненте. «Мы с ним занимали совсем разные политические позиции. О, сколько мы спорили — в том числе и о будущем России,— вспоминал журналист и историк Александр Черняк.— Вот мы спорим, и я говорю, вот то, что вы сделали с Россией,— это же не всем хорошо оказалось. А он соглашался, но добавлял: "Но мы хотели, чтобы всем было хорошо, просто не получилось"». Обведя взглядом небольшую группу собравшихся, он добавил: «Сейчас о нем и немногие вспомнят. Но он выполнил главную миссию человека на земле. Вырастил сыновей — двух прекрасных парней. Посадил сад. Построил дом. Написал несколько книг и передал свой опыт. Это же главное, что можно сделать в земной жизни».
Главный редактор газеты «Ваши 6 соток», экс-депутат Госдумы Андрей Туманов тоже спорил с Михаилом Полтораниным и был ему за это очень благодарен.
«Он многому меня научил, раньше министру можно же было просто позвонить журналистам — не как сейчас. И он всем помогал. Ни один бы зал не вместил всех, кому он помог, хотя сегодня и пришли немногие. Последний романтик в политике и в отношении к свободе прессы. Сейчас таких уже нет»,— рассказал “Ъ” господин Туманов.
Отдельно он вспомнил, как еще во времена их совместной работы в 1990 году Михаил Полторанин любил шутить, что газета для садоводов «Ваши 6 соток» — самая полезная, потому что, когда он уйдет на пенсию, он по советам оттуда будет растить помидоры. «И он же действительно на пенсии их выращивал и всем раздавал. И мы снова шутили, как я горжусь своим учеником. Но он же во всем был таким — мог стать и заметным политиком, и заметным журналистом, острым на язык. И даже в выращивании помидоров он становился лучшим»,— заключил журналист.
Пространство перед залом №1 быстро опустело — кто-то уехал вместе с семьей на кладбище. Кто-то ушел сразу после панихиды. Спустя десять минут распорядители уже готовили комнату к следующему прощанию, и во двор подъезжали другие катафалки.
Через несколько часов Михаила Полторанина похоронили на кладбище в деревне Губцево в Новой Москве.

Авторы

  • Полина Ячменникова
    Полина Ячменникова
    корреспондент