«Проколбасил всю страну мощным гипнозом»

В четверг, 8 октября, на Троекуровском кладбище в Москве состоялось прощание с Анатолием Кашпировским — советским психотерапевтом, который стал известен на всю страну благодаря телевизионным «оздоровительным сеансам». Он скончался в возрасте 87 лет, и в последние десятилетия о его «сеансах» вспоминали скорее как о курьезе из безумных 90-х. Но прощание неожиданно показало, что у Анатолия Кашпировского до последних дней были пациенты и поклонники — а его «методом» пользуются практикующие психотерапевты.

«Он уже месяц как лежал бревном! Он ходил под себя!» — кричал перед телекамерами пожилой мужчина с длинными седыми волосами и бородой. Он стоял у входа в прощальный зал Троекуровского кладбища и воодушевленно общался с толпой телевизионщиков. Отрекомендовавшись «лесным колдуном Иваном Кулебякиным», он рассказывал, что специально «заказал» на сегодняшнюю дату солнечную погоду, что едва не умер в одну ночь с Кашпировским, что в 1990-е «падал» вместе с остальными зрителями на его групповых сеансах… Журналисты были в восторге: они получили яркие кадры с похорон яркого человека.

Обойденные вниманием телекамер, неподалеку толпились более серьезные поклонники господина Кашпировского. И им тоже было что рассказать. «Пришла попрощаться с человеком, которого я считаю своим учителем, другом, соратником, коллегой,— сказала корреспонденту “Ъ” психотерапевт Инга Калмыкова.— Я практикую, но не так, конечно… Потому что это все-таки дар. Анатолий Михайлович обладал даром, которым обладает, ну, наверное, один из тысячи. У этого не может быть последователей. Это или есть, или этого нет».

Поиск в интернете показал, что госпожа Калмыкова действительно психиатр и психотерапевт, кандидат медицинских наук, университетский преподаватель и даже «организатор III Всемирного конгресса психотерапевтов и психологов». С Анатолием Кашпировским она познакомилась еще во время обучения в вузе — а последний раз встречалась на его 85-м дне рождения.

Стоявший у входа в траурный зал высокий молодой человек тоже оказался психотерапевтом. Он спокойно сообщил, что «практикует метод Кашпировского», и заверил, что в российских медицинских кругах у покойного осталось «много последователей», которые не сталкиваются с осуждением коллег. «Метод Кашпировского — та штука, которая работает и которая помогла сотням тысяч человек,— сказал он корреспонденту “Ъ”.— К нему с большим уважением относятся».

Тут же нашлась одна из этих сотен тысяч осчастливленных пациентов. Ирина приехала на похороны «врача и друга семьи» аж из Тольятти. «Да, я прямо с вокзала! За эти четыре года, как я с ним познакомилась, он стал мне родным человеком. Уникальный человек, творит чудо, святой! — восторженно рассказывала она.— Лишних разговоров не любил, все делал четко». Ирина не стала уточнять, с какой именно проблемой обратилась к господину Кашпировскому, но несколько раз повторила: «На выздоровление время нужно. Болезнь незаметно проходит. Незаметно».

Двери прощального зала открылись в полдень. Возле гроба стояло с десяток венков — от родственников, друзей и коллег. Обращал на себя внимание венок от телеведущего Андрея Малахова, и еще один, с ярко-синими цветами — от Московской школы гипноза. На экранах демонстрировались отрывки из телепередач с участием Анатолия Кашпировского и съемки его сеансов. «Мы прощаемся с очень близким, дорогим, родным, уважаемым и, конечно, любимым для вас человеком…— начал церемонию ведущий.— Анатолий Михайлович — советский и российский психотерапевт, экстрасенс…»

— Экстрасенс?! — возмутилась женщина в зале. И даже оглянулась по сторонам в поисках поддержки. Но скандалить по поводу терминологии никто не стал.

Первой к микрофону пригласили врача Елену Варфоломееву, подругу семьи Кашпировских. «Мы должны попрощаться с невероятным великим человеком. Похожих на которого никогда не было, нет и не будет,— сказала она.— Это Врач с большой буквы, который много лет посвятил Винницкой больнице — и потом всю свою жизнь положил на служение людям. Много лет он получал письма с благодарностями со всего мира, а теперь приходят соболезнования со всего света». Свою речь Елена Варфоломеева читала с листа, и ее руки заметно дрожали.

К микрофону вышел молодой человек в темных очках — он представился Станиславом и назвался учеником. «Он был для меня как отец… как друг… наставник, учитель…— медленно, сбивчиво говорил Станислав.— Заставлял учить стихи, читать книги. Между выступлениями у нас были гири — 16 и 32 килограмма. И он нас тренировал: отжимания, приседания, тяги. И так на протяжении пятнадцати лет. Хотел сделать из нас… людей…»

«В конце восьмидесятых — начале девяностых была ситуация в стране, когда миллионы людей потеряли буквально себя. Работу, зарплату. Инфляция, долги. И Анатолий Михайлович помогал этим людям,— говорил хирург Олег Луцевич.— Я видел действительно счастливых людей. Светятся глаза, они забывают о своих болячках, о своих проблемах. И вот за это Анатолию Михайловичу большое спасибо. Я, как врач, понимаю: даже если ты помог одному человек, ты уже достоин какой-то благодарности. А здесь были сотни тысяч людей».

Вдруг к микрофону вышла пожилая женщина в платке. «Когда он проводил сеансы, каждый человек потихоньку начинал понимать. В нем пробуждались какие-то силы. Прежде всего надежды,— монотонно и тихо говорила она.— У меня был страх, депрессия, неоправданные панические атаки. И тогда он сказал: "Не бойся, ничего страшного в этом мире нет. Ведь мы боимся скорее жизни, чем чего-либо другого"». В своей речи женщина так много раз цитировала Кашпировского, что было невозможно понять, где ее слова, а где его.

Пожилой мужчина со строгим профилем рассказал собравшимся, что познакомился с Анатолием Кашпировским в 1991 году и еще полгода ездил в разные города на его сеансы. Затем он начал читать очень длинное стихотворение, написанное в память о покойном. Завершалось оно так:

«Поистине, в этих строках вся жизнь Анатолия Михайловича!» — подхватил опытный ведущий и поспешно объявил о завершении прощания. Люди по очереди стали подходить к гробу. Многие не могли сдержать эмоций, так что организаторам пришлось поставить у гроба коробку с салфетками — как обычно делается на приеме у психотерапевта. Корреспондент “Ъ” заметила в очереди Ирину: еще час назад женщина вспоминала о «друге семьи» с широкой улыбкой — а теперь была вся в слезах. Она погладила гроб и вышла на улицу. Там пациенты, коллеги и поклонники долго ждали, пока с умершим простятся родственники. Все это время они обсуждали наследие Кашпировского и его вклад в «разные трансцендентные дела». Мужчина по имени Петр рассказал, что увлекся феноменом Кашпировского во время работы в институте радиотехники и электроники. По его словам, там в 1980-х годах велись исследования о биоэнергетическом воздействии рук целительницы Джуны (Евгении Давиташвили) на организм человека. «Человек, который проколбасил всю страну мощным гипнозом! — подхватил друг Петра, журналист РЕН ТВ Вячеслав Климов, сделавший в 2010-х цикл передач с участием Анатолия Кашпировского.— Он был немножко такой человек… отстраненный».

Гроб вынесли под аплодисменты. Все ожидали, что Анатолия Кашпировского похоронят тут же, на Троекуровском. Но позже родственники телеведущего заявили СМИ, что приняли решение похоронить его на Украине — где он родился и начинал свою деятельность.