Валдайские сигналы для победы

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Выступление Владимира Путина на пленарной сессии Валдайской конференции было, как всегда, фундаментальным и актуальным. Одно из важнейших его заявлений касалось рисков эскалации: «Момент, когда ничего уже нельзя будет изменить, может наступить очень быстро и неожиданно для всех». Оно тесно перекликается с его же словами о том, что многие действия европейских стран НАТО в отношении России (учения с отработкой военных ударов по РФ, захваты наших гражданских судов, риторика о якобы неизбежности войны с Россией и практическая подготовка к ней) являются эскалацией и что, если произойдет прямое военное столкновение России и НАТО, «неизбежно и немедленно» появится вопрос применения Российской Федерацией всех вооружений, имеющихся в распоряжении нашей страны. Это серьезное предостережение западным глобалистским элитам, которые вплотную подошли к прямому военному столкновению с Россией, крайне необходимое в этих обстоятельствах усиление ядерного сдерживания.

Интенсивность конфронтации со стороны Запада и риск прямого военного столкновения России и НАТО, которые сегодня максимальны с худших моментов холодной войны, связаны с тремя причинами на глобальном, европейском и украинском уровнях, и о каждой из них тоже говорил президент.

На глобальном уровне Запад сопротивляется формированию многополярного мира и пытается сохранить или восстановить доминирующее положение за счет ослабления или разрушения ключевых евразийских соперников. Отсюда стремление «доразвалить российскую империю», втягивание России в войну на Украине и попытка нанести ей с помощью этой войны стратегическое поражение. Отсюда же агрессия США против Ирана. Пока стойкость России и Ирана и формирование феномена незаинтересованного в реставрации западной гегемонии Мирового большинства обрекли эти агрессии на провал, и формирование многополярного мира лишь ускорилось. Но то, что подобные попытки будут предприниматься еще, не вызывает сомнений. И каждая из них может спровоцировать глобальный конфликт.

На европейском уровне имеет место попытка теряющих поддержку традиционных элит сохранять власть и превращать Евросоюз в военный блок за счет конфронтации с Россией и подготовки к войне с ней. Экономическая и миграционная ситуация в ключевых европейских странах неутешительна. Модель развития, основывавшаяся на безопасности от США, дешевых энергоносителях от России и доступе к рынку Китая разрушена. Рейтинги нынешних руководителей ключевых европейских стран и традиционных партий бьют антирекорды. Наибольшую популярность приобретают внесистемные силы правого и левого толка.

На этом фоне раздувание образа России как врага и обвинение внутриполитических соперников в пророссийских настроениях становятся важнейшим инструментом борьбы за власть.

В условиях же кризиса модели развития и ломки традиционных трансатлантических отношений, все больших сомнений в надежности гарантий безопасности со стороны США выход традиционные элиты видят в «военном кейнсианстве» и выстраивании Евросоюза как военного блока с меньшей самостоятельностью стран-членов. Обоснование этого тоже требует нагнетание антироссийской истерии.

Наконец, на украинском уровне сложилась наиболее критическая для киевского режима ситуация с весны 2022 года В ответ на развязанную Киевом при поддержке и участии западных патронов кампанию дальнобойных ударов по российским гражданским объектам с целью принудить ее к заморозке конфликта Россия резко нарастила удары по наиболее чувствительным отраслям украинской экономики и по Киеву. Это совпало с массовым производством в России реактивных беспилотников «Герань-4» и «Герань-5», эффективно противодействовать которым ВСУ пока не в состоянии, дешевых крылатых ракет «Бандероль» при дальнейшем наращивании производства баллистических ракет, а также с исчерпанием у Киева запаса американских систем ПВО «Пэтриот» — единственных, способных перехватывать российскую баллистику.

Как результат — остановка украинской металлургической промышленности и судоходства через ее черноморские порты, непрекращающиеся воздушные тревоги в Киеве и других крупных городах с тяжелыми последствиями для экономики, перспектива транспортного коллапса в результате российских ударов по мостам, локомотивам и депо, а также угроза краха энергетической системы зимой. На этом фоне растет дефицит военного и невоенного бюджета Украины, причем в таких объемах, что у европейских стран нет средств для сведения дебета с кредитом, кроме как путем конфискации замороженных в «Евроклир» российских активов, против чего по-прежнему вполне резонно возражают Бельгия и ряд других стран ЕС.

В этих условиях есть три способа предотвращения коллапса Украины этой зимой.

Первый — принять российские условия прекращения огня и перехода к переговорам об окончательном урегулировании, которые пока остаются неизменными с прошлогоднего саммита в Анкоридже, даже несмотря на дальнейшее смещение баланса сил в пользу России. Для киевского режима и стоящей за ним европейской партии войны это равноценно поражению.

Второй — убедить Москву отказаться от ударов по самым чувствительным отраслям экономики Украины: энергетике и портовой инфраструктуре. Именно поэтому с подачи Запада, как сказал Владимир Путин на «Валдае», «из каждого утюга» в адрес России раздаются призывы пойти на энергетическую и черноморскую частичные «деэскалации». Их цель — дать киевскому режиму возможность пережить зиму, время для разработки и массового производства реактивных дронов-перехватчиков, способных сбивать реактивные «Герани», время для производства украино-европейских баллистических ракет и тем самым создать условия для продолжения войны с новой силой. Понимая все это, Владимир Путин уже дал там же, на Валдае, недвусмысленный ответ «нет».

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Тем самым единственным становится третий путь спасения киевского режима: эскалация вплоть до непосредственной угрозы прямого военного столкновения России и НАТО. Предполагается, что в этом случае обе стороны просто остановятся, и Москва согласится на «заморозку» на Украине как более приемлемую альтернативу Третьей мировой войне. Данный сценарий не обязательно должен начаться с неожиданного массированного авиа- и ракетного удара НАТО по территории России. Более вероятны эскалация внешне руками Украины, но на деле с непосредственном участии европейских стран (наращивание ударов вглубь России западными ракетами и дронами с украинской территории), более агрессивная кампания по захвату российских гражданских судов, наращивание террористической деятельности западных спецслужб на территории России (подрывы объектов, саботаж и т. д.). Все это может привести к прямым ударам России и европейских стран по территории друг друга.

В этих условиях заявление Владимира Путина о том, что Россия не хочет подобной эскалации, но готова к ней и применит в случае прямого военного столкновение с НАТО «все имеющиеся средства», в том числе ядерные, где она обладает серьезными преимуществами,— это необходимое сдерживание и единственный способ сорвать попытки лишить нас победы за счет угрозы эскалации.

Принципиально важно, что одновременно с усилением ядерного сдерживания Владимир Путин подчеркнул в валдайском выступлении готовность России к восстановлению диалога и даже налаживанию сотрудничества и с США, и с европейскими странами «без предварительных условий». Тем самым был послан сигнал о том, что после победы на Украине Россия намерена не нападать на страны ЕС НАТО, как ложно утверждают их нынешние руководители по внутриполитическим причинам и для обоснования все новых расходов по поддержанию киевского режима на плаву, а, напротив, стремится выстраивать с ними прагматические добрососедские отношения.

Но вероятность того, что на Западе будут к этому готовы, не гарантирована.

Более того, вероятная победа демократов на промежуточных выборах в Конгресс США временно усилит антироссийскую партию войны — традиционные глобалистские элиты. В Европе нынешние элиты продолжат раздувать антироссийскую истерию и после завершения войны на Украине. В этих условиях огромное значение имеют Валдайские заявления Владимира Путина о БРИКС как «прообразе строительства будущего миропорядка» и о дальнейшем развитии Большого евразийского партнерства, включая разработку Евразийской хартии многополярности и многообразия в XXI веке. И то и другое — это обустройство глобального управления и нашего «большого евразийского дома» в интересах нашего развития и безопасности и интересах развития и безопасности наших партнеров. Причем не обязательно против Запада, а скорее без него — пока сам он к конструктивному участию в формировании справедливого многополярного мира не готов.

Дмитрий Суслов, замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики», старший преподаватель департамента международных отношений факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, замдиректора исследовательских программ Совета по внешней и оборонной политике