ЦБ вышел на дистанцию

ЦБ планирует ввести регулирование дистанционной продажи финансовых продуктов и услуг. Сейчас наибольшие претензии у граждан вызывает онлайн-кредитование — в части навязывания допуслуг, несоответствия реальной ставки заявленной и ряда других параметров. Для борьбы с этими явлениями ЦБ предлагает расширить набор запретов и ограничений для банков. Участники рынка признают актуальность инициативы, но считают важным не перегнуть палку.

Банк России опубликовал доклад о подходах к регулированию дистанционных продаж финансовых продуктов и услуг у банков и микрофинансовых организаций (МФО).

Исходя из результатов исследования ЦБ предложил на обсуждение набор регуляторных мер. Среди них, в частности, запрет заранее проставлять галочки о согласии заемщика с условиями кредита, на единое согласие с блоком условий. Кроме того, предлагается запретить использование кредиторами формулировок, вводящих в заблуждение, и приемов, подталкивающих к принятию определенного решения в процессе оформления договора. Также банк должен организовать изучение заемщиком всех документов, связанных с кредитом, так, чтобы без этого он не мог подписать договор и оформить допуслугу.

Участники рынка отмечают актуальность предложенного регулятором документа на фоне высокой доли онлайн-кредитов в общем объеме выдач.

В Moneyman подтверждают, что в микрофинансовом секторе сохраняется «уверенный тренд на цифровизацию, роль онлайн-каналов выдачи будет только усиливаться». По словам гендиректора финансовой онлайн-платформы Webbankir Андрея Пономарева, на фоне регуляторных ограничений для МФО (см. “Ъ” от 6 октября) некоторые компании пытаются компенсировать сокращающиеся доходы за счет внедрения допуслуг или скрытых комиссий. Глава совета СРО «МиР» Эльман Мехтиев признает, что «при любом ужесточении регулирования кредиторы всегда будут искать новые источники дохода». В частности, при введении ограничений полной стоимости кредита банки начали активно предлагать дополнительные услуги.

Однако участники рынка подчеркивают, что важно не перегнуть палку. В частности, в отношении использования формулировок, вводящих в заблуждение. «В данном случае речь идет не о сообщении ложной информации, а о некоей менее определенной, "серой" зоне»,— отмечает глава НСФР Андрей Емелин. Вызывает вопросы и планируемый запрет на блочное согласие с условиями, поскольку некоторые из них жестко взаимосвязаны. «От того, готов ли заемщик застраховаться или нет, зависит ставка по кредиту, и банк не может разрешить клиенту выбрать минимальную ставку, но отказаться от страховки»,— поясняет эксперт.

Господину Емелину непонятна и идея обязать заемщика перед подписанием договора прочитать все документы, которые связаны с предоставлением как основного, так и дополнительного продукта, особенно на фоне параллельного целенаправленного упрощения восприятия заемщика информации о кредите через индивидуальные условия договора. «В них прописаны только основные, персонально значимые параметры, и возвращаться теперь к тому, чтобы обязать клиента прочитать весь набор документов, вряд ли даст потребителю дополнительную защиту»,— поясняет глава НСФР.

Господин Мехтиев добавляет, что сейчас уже действует период охлаждения (когда заемщик может отказаться от той или иной услуги), который составляет 14 календарных дней и распространяется в том числе на любые дополнительные услуги (юридическое сопровождение, консультации, телемедицина и др.), если заемщик был вынужден приобрести их вместе с заключением договора.