В среду в Париже прошли переговоры лидеров Франции и ФРГ Эмманюэля Макрона и Олафа Шольца. Встреча европейских тяжеловесов на этот раз заставила говорить не о потенциале франко-германского тандема, а о глубоком кризисе в отношениях руководителей двух ведущих стран ЕС. По наиболее спорным вопросам энергетики и обороны было решено создать специальные двусторонние рабочие группы.
Атмосфера на переговорах между президентом Франции Эмманюэлем Макроном и канцлером ФРГ Олафом Шольцем была, судя по всему, не столь дружелюбной, как на протокольных фото
Фото: Christophe Ena, AP
Атмосфера на переговорах между президентом Франции Эмманюэлем Макроном и канцлером ФРГ Олафом Шольцем была, судя по всему, не столь дружелюбной, как на протокольных фото
Фото: Christophe Ena, AP
«Сегодняшний разговор был хорошим и важным. Он был посвящен энергообеспечению в Европе, росту цен и совместным оборонным проектам. Германия и Франция тесно работают вместе и вместе отвечают на вызовы»,— скупо прокомментировал в Twitter канцлер ФРГ Олаф Шольц итоги трехчасовой беседы и совместного обеда с президентом Макроном. По данным AFP, стороны договорились о создании рабочих групп по энергетике, обороне и инновациям. Правда, учитывая, что отношения между Францией и Германией сейчас находятся не в лучшем состоянии, запуск дополнительных форматов может быть свидетельством того, что на уровне лидеров или профильных министерств договориться так и не получилось.
Прошедшая встреча — не просто переговоры двух лидеров, которые и без того видятся довольно часто, вдвоем или на международных мероприятиях. Это франко-германский саммит, до пандемии проводившийся ежегодно в очном формате. Возобновить его планировалось 26 октября вместе с совместным заседанием правительств двух стран, но первым тревожным звонком стал перенос этого заседания на январь.
Неожиданно было решено отменить и традиционный совместный выход лидеров к прессе — как будто похвастаться им было совсем нечем.
По данным немецких СМИ, Берлин до последнего рассчитывал, что пресс-конференция все же состоится, тем более что с канцлером прибыл пул журналистов. Однако Париж, похоже, не стал идти навстречу кабинету канцлера. И причины протокольного демарша ни для кого не секрет.
Как отмечает французское издание Le Figaro, кризис во франко-германском тандеме стал одним из побочных эффектов происходящего на Украине: действия России «спутали все карты на Европейском континенте», и две ключевые страны ЕС столкнулись с серьезными вызовами в области экономики и обороны. Еще на прошлой неделе, на полях саммита Евросоюза, президент Макрон обрисовал проблему в общих чертах: «Я продолжу работать с канцлером Шольцем, потому что то, что он изолируется, не хорошо ни для Германии, ни для Европы». В Париже недовольны тем, что Берлин делает ставку на закупку вооружений третьих стран вместо развития европейского оборонного комплекса, выступает против установки потолка цены на газ и поддерживает строительство ненужного Франции газопровода MidCat из Испании (см. “Ъ” от 20 октября).
Раздражает Францию и тот факт, что попытку «отстроиться» от соседа Германия предпринимает вопреки достигнутым ранее договоренностям. Дело в том, что уже в послевоенное время между двумя странами установились привилегированные отношения, а в 1963 году лидеры двух стран Шарль де Голль и Конрад Аденауэр договорились, что Париж и Берлин будут согласовывать политические шаги. С подачи французского президента в 2019 году Эмманюэль Макрон и тогдашний канцлер ФРГ Ангела Меркель пошли дальше, подписав в Ахене Договор о сотрудничестве и интеграции между Францией и Германией, согласно которому две страны взяли на себя обязательства сотрудничать в двустороннем порядке не только в политике, но и в экономике и обороне. Тогда, особенно после «Брексита», этот шаг казался естественным. Однако теперь Парижу остается с неудовольствием отмечать, как немецкая сторона не торопится ни идти навстречу соседу, ни даже согласовывать свою позицию.
Впрочем, в Елисейском дворце назвали парижские переговоры если не дружескими, то во всяком случае «весьма конструктивными». Журналистам, оставшимся без выхода лидеров к прессе, оставалось поверить этому на слово.