Президент Международного комитета Красного Креста (МККК) Петер Маурер посетил Москву после визита в Киев, чтобы обсудить решение гуманитарных вопросов в ходе боевых действий на Украине. По его словам, стороны конфликта по-разному трактуют международное право, но в любом случае нужно искать компромисс, чтобы облегчить судьбу гражданского населения. Для Москвы встреча с президентом МККК была особенно важна на фоне провала российского проекта резолюции в Совбезе ООН по гуманитарной ситуации на Украине.
В беседе с Сергеем Лавровым и публичных заявлениях президент Международного комитета Красного Креста Петер Маурер был предельно сдержан в формулировках и никого ни в чем не обвинял
Фото: Ирина Бужор, Коммерсантъ
В беседе с Сергеем Лавровым и публичных заявлениях президент Международного комитета Красного Креста Петер Маурер был предельно сдержан в формулировках и никого ни в чем не обвинял
Фото: Ирина Бужор, Коммерсантъ
Глава МККК Петер Маурер прибыл в Москву после визита в Киев с готовыми предложениями по облегчению гуманитарной ситуации на Украине и в частично признанных Донецкой и Луганской народных республиках.
«Я хотел бы заручиться вашей поддержкой в том, что касается укрепления логистической структуры в России, чтобы улучшать нашу работу в Донбассе и других частях Украины, которые находятся под контролем российских вооруженных сил. Для этого мы отправили запрос на открытие соответствующего офиса в Ростове-на-Дону. Это будет хорошая стартовая точка для инициирования работы»,— сказал господин Маурер на переговорах с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым.
По словам главы МККК, необходимо также работать над формированием «команды на Украине, которая бы направлялась в спорные зоны».
Будучи в Киеве, Петер Маурер сообщил, что МККК увеличил бюджет помощи Украине до 250 млн швейцарских франков (около $270 млн). «Доноры очень щедры во всем, что касается ситуации на Украине. Нам это позволит расширить нашу деятельность. Теперь Украина наша самая крупная в мире операция»,— сказал глава МККК в интервью украинскому изданию «Сегодня». До начала российской специальной операции на Украине наибольшие бюджеты для финансирования деятельности МККК были выделены для Сирии и Афганистана.
Среди задач МККК на Украине — доставка гуманитарной помощи, содействие эвакуации гражданского населения из зоны боевых действий и посреднические усилия в таких вопросах, как обмен пленными и телами погибших, а также объединение семей. «МККК является гарантом Женевской конвенции, выполняет эту роль, и мы движемся по всем этим пунктам досье и, конечно, обеспечиваем выполнение международного гуманитарного права»,— сказал Петер Маурер на переговорах с Сергеем Лавровым. Он также отметил, что и у Москвы, и у Киева разные толкования международного права, но для МККК важно соблюдать нейтралитет, ради того чтобы иметь возможность оказывать помощь гражданскому населению. «Я здесь защищаю людей и их потребности. Мы должны примирить их в рамках диалога воюющих сторон. А нейтральность, конечно, зависит от конфиденциальности. Нужно работать для выработки доверия между сообществами, людьми на местах и воюющими сторонами»,— добавил глава МККК.
По словам господина Маурера, линия фронта имеет сложные очертания, из-за чего многие мирные люди попали в ловушку, и невозможно говорить о доступе или эвакуации в Мариуполе или где-либо еще, если нет проработанного и утвержденного твердого соглашения между военными с обеих сторон. Так весьма деликатно господин Маурер описал ситуацию на земле, в то время как Сергей Лавров в очередной раз обвинил Киев в использовании гражданского населения в качестве «живого щита». В Москве также утверждают, что украинские власти намеренно не уведомляют граждан об открытых гуманитарных коридорах. Особо остро стоит проблема в Мариуполе. В то же время Мариупольский горсовет опубликовал в четверг в своем Telegram-канале заявление о «дезинформации» со стороны российских военных, которые оповещают население через громкоговорители, что «Запорожье уже не принимает беженцев и нужно ехать в Россию».
Истории, рассказанные людьми, эвакуированными из Мариуполя на российскую и украинскую территорию, порою сильно разнятся.
Помимо переговоров в МИД РФ Петер Маурер встретился также с представителями Минобороны для обсуждения практической работы на земле и уполномоченным по правам человека в РФ Татьяной Москальковой. В официальном релизе ее аппарата говорится, что «обсуждались ключевые вопросы в области гуманитарного реагирования, особое внимание было уделено поддержке вынужденных переселенцев из Луганской и Донецкой республик и с Украины, а также адресной помощи наиболее нуждающимся людям».
Очевидно, что поднимался и вопрос обмена пленными. В начале недели Татьяна Москалькова сообщила в интервью телеканалу RT, что Россия передала МККК данные более чем о 500 попавших в плен украинцах, которых готовы обменять. На этом фоне в четверг вице-премьер Украины Ирина Верещук сообщила о состоявшемся в этот день «первом полноценном обмене военнопленными» по формуле «10 на 10».
Для российской стороны переговоры с МККК, который подчеркнуто уходит от любой политической дискуссии и заявляет о нейтралитете, были особенно важны в свете провала в среду предложенного Москвой проекта резолюции по гуманитарной ситуации на Украине, соавторами которой выступили Белоруссия, КНДР и Сирия. За проект проголосовали Россия и Китай, остальные 13 членов Совета Безопасности воздержались. «Сейчас, как мы наблюдаем в ООН, наши западные коллеги пытаются всеми силами политизировать гуманитарные вопросы, придать им антироссийский характер. Тому подтверждением стало голосование в четверг по резолюции, которую Россия представила и одобрение которой на деле позволило бы решить многие проблемы на земле, с которыми в том числе сталкивается команда МККК на Украине»,— сказал Сергей Лавров.
Накануне в ходе дискуссии на заседании Совета Безопасности в Нью-Йорке постоянный представитель РФ при ООН Василий Небензя отметил, что при подготовке проекта Россия стремилась уйти от какой-либо политизации, в то время как западный вариант возлагал ответственность за ситуацию на Украине только на Россию.
По его словам, в российском проекте призывы обеспечить гуманитарную помощь были адресованы всем сторонам. В то же время постпред Великобритании при ООН Барбара Вудворд заявила, что не будет голосовать за какую-либо резолюцию по Украине, если та не будет признавать, «что Россия — единственная причина этой гуманитарной катастрофы и, следовательно, является ключом к ее прекращению». «Нам не нужна эта фарсовая резолюция, чтобы оказывать гуманитарную помощь. США предоставили украинскому народу гуманитарную помощь на более чем $600 млн, и мы продолжим оказывать столько помощи, сколько потребуется Украине и соседним странам, которые принимают у себя украинцев»,— заявила, в свою очередь, постпред США при ООН Линда Томас-Гринфилд.
Фотогалерея
Военная операция на Украине
Фото: Reuters
Фото: Thomas Peter / Reuters
Фото: Reuters / Thomas Peter
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters / Serhii Nuzhnenko
Фото: Reuters / Nacho Doce
Фото: Reuters / Marko Djurica
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters / Marko Djurica
Фото: Reuters / Thomas Peter
Фото: РИА Новости
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: ARIS MESSINIS / AFP
Фото: Reuters / Thomas Peter
Фото: Пресс-служба губернатора Белгородской области
Фото: Валерий Мельников / РИА Новости
Фото: Rodrigo Abd / AP
Фото: Sergei Grits / AP
Фото: Валерий Мельников / РИА Новости
Фото: Максим Блинов / РИА Новости
Фото: Максим Блинов / РИА Новости
Фото: Михаил Андроник / РИА Новости
Фото: Коммерсантъ / Василий Дерюгин / купить фото
Фото: Reuters / Pavlo Palamarchuk
Фото: Reuters / Marko Djurica
Фото: ARIS MESSINIS / AFP
Фото: Reuters
Фото: Alexei Alexandrov / AP
Фото: Reuters / Oleksandr Lapshyn
Фото: Reuters / Oleksandr Lapshyn

Фото: Reuters / Kai Pfaffenbach
Фото: Reuters / Roman Baluk
Фото: Reuters / Vladyslav Musiienko
Фото: Reuters
Фото: Reuters
Фото: Reuters
Фото: Rodrigo Abd / AP
Фото: Felipe Dana / AP
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Максим Блинов / РИА Новости
Фото: Reuters / Sergey Pivovarov
Фото: Reuters / Oleksandr Lapshyn
Фото: Vadim Ghirda / AP
Фото: Bernat Armangue / AP
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters
Фото: Эдуард Корниенко / URA.RU / TASS
Фото: Reuters / Marko Djurica
Фото: Коммерсантъ / Таисия Воронцова / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Таисия Воронцова / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Таисия Воронцова / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Таисия Воронцова / купить фото
Фото: Reuters / Thomas Peter
Фото: Efrem Lukatsky / AP
Фото: Коммерсантъ / Таисия Воронцова / купить фото
Фото: Reuters
Фото: Evgeniy Maloletka / AP
Фото: Evgeniy Maloletka / AP
Фото: Evgeniy Maloletka / AP
Фото: Evgeniy Maloletka / AP
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Reuters / Thomas Peter
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Reuters / Stoyan Nenov
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Reuters
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Reuters / Fabrizio Bensch
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Efrem Lukatsky / AP
Фото: Reuters
Фото: Visar Kryeziu / AP
Фото: Reuters / Kai Pfaffenbach
Фото: Reuters / Kai Pfaffenbach
Фото: Reuters
Фото: Reuters / Serhii Nuzhnenko
Фото: Reuters / Lukasz Glowala
Фото: Reuters / Pavlo Palamarchuk
Фото: Reuters
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Reuters / Serhii Nuzhnenko
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Andriy Dubchak / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters / Mykola Tymchenko
Фото: Reuters / Viacheslav Ratynskyi
Фото: Коммерсантъ / Виктор Коротаев / купить фото
Фото: Reuters / Pavlo Palamarchuk
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Bernat Armangue / AP
Фото: Reuters / Umit Bektas
Фото: Ricard Garcia Vilanova / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters / Viacheslav Ratynskyi
Фото: Serhii Nuzhnenko / AP
Фото: Serhii Nuzhnenko / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters / Carlos Barria
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters / Vyacheslav Madiyevskyy
Фото: Reuters / Vyacheslav Madiyevskyy
Фото: Reuters / Vyacheslav Madiyevskyy
Фото: Reuters / Vitaliy Gnidyi
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Reuters / Viacheslav Ratynskyi
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Czarek Sokolowski / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters / Irakli Gedenidze
Фото: Efrem Lukatsky / AP
Фото: Visar Kryeziu / AP
Фото: AP / Mykola Tys
Фото: Andreea Alexandru / AP
Фото: Vadim Ghirda / AP
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Efrem Lukatsky / AP
Фото: Petr David Josek / AP
Фото: Reuters / Gleb Garanich
Фото: Sergei Grits / AP
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото
Фото: Reuters
Фото: Oleksandr Ratushniak / AP
Фото: Reuters / Olga Yakimovich
Фото: Reuters / Alexander Ermochenko
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Reuters / Maksim Levin
Фото: Sergei Grits / AP
Фото: Umit Bektas / Reuters
Фото: Sergei Grits / AP
Фото: Vadim Ghirda / AP
Фото: Evgeniy Maloletka / AP
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Reuters
Фото: Reuters / Vyacheslav Madiyevskyy
Фото: Reuters / Kacper Pempel
Фото: Reuters / Carlos Barria
Фото: Valentyn Ogirenko / Reuters
Фото: Reuters / Carlos Barria
Фото: Reuters / Valentyn Ogirenko
Фото: Reuters / Gleb Garanich
Фото: Reuters / Valentyn Ogirenko
Фото: Vadim Ghirda / AP
Фото: State Border Guard Service of Ukraine / Handout / Reuters
Фото: Efrem Lukatsky / AP
Фото: Sergei Grits / AP
Фото: AP
Фото: Umit Bektas / Reuters
Фото: Wolfgang Schwan / Anadolu Agency / AFP
Фото: Press Service of the State Emergency Service of Ukraine / Handout / Reuters
Фото: Vadim Ghirda / AP
Фото: ARIS MESSINIS / AFP
Фото: Emilio Morenatti / AP
Фото: Коммерсантъ / Виктор Коротаев / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Виктор Коротаев / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Виктор Коротаев / купить фото