Спустя полгода Эмманюэль Макрон все-таки ответил на предложение Владимира Путина по ракетам средней и меньшей дальности. И сказал нет. Президент России летом написал письмо лидерам европейских государств с предложением ввести мораторий на размещение такого оружия на территории Европы. В НАТО сразу назвали письмо «не заслуживающим доверия». Спор разгорелся незадолго до визита Владимира Путина в Париж — 9 декабря там пройдет саммит в «нормандском формате». Как Запад готовится к приезду президента России? Об этом Иван Якунин.
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото
Вообще, слова президента Франции восприняли двояко. Кто-то, услышав однозначный отказ от предложения Путина, поспешил сделать вывод об очередном идеологическом клинче между Россией и Европой. А пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, например, ухватился за фразу Макрона: «Это может стать основой для дальнейших дискуссий»,— и сообщил, что в Европе с пониманием отнеслись к озабоченности России. Эту тему, по словам Пескова, Путин и Макрон смогут обсудить на саммите в «нормандском формате». Однако невольно возникает вопрос: как при такой разнице в подходах сторонам удастся хоть о чем-то договориться? Профессор Сорбонны Мишель Сологуб считает, что шансов нет: «Так как Путина остается одинокий на международной сцене, неудивительно, что он не может получить поддержку со стороны наших вождей. С Путиным сейчас невозможно о чем-то конструктивном договориться, потому что он не соблюдает правила демократического движения. Он, скорее, опасный, чем договороспособный».
С другой стороны, публика в последнее время увидела несколько положительных сигналов: обменялись пленными, развели войска, вернули корабли. Лед, можно сказать, тронулся. И теперь нужно понять, чего ждать от Европы? А это предсказать трудно. Идеологические разногласия внутри Евросоюза стали очевиднее после фразы Макрона о «смерти мозга НАТО», за которую он был вербально растерзан Ангелой Меркель — она заявила, что «вынуждена снова и снова склеивать разбитые Макроном чашки, чтобы они могли хотя бы выпить чаю». Впрочем, по Украинскому вопросу в Берлине настроены оптимистично, рассуждает старший научный сотрудник Германского совета по внешней политике Джакопо Пепе: «Правительство Германии сейчас, конечно, больше заботят внутренние проблемы.
Но если удастся усадить Россию и Украину за стол переговоров, это уже будет хорошо.
Сейчас чаще звучит идея, что с Владимиром Путиным нужно разговаривать — это очень прагматичный подход. Он вовсе не означает, что есть какое-то желание снова назвать Путина признанным и уважаемым партнером и отказаться от обвинений в его адрес по поводу инцидента в Солсбери и войны на Украине».
Однако у возможной сделки 9 декабря есть несколько сдерживающих факторов. Во-первых, очевидно, что Россия готова пойти навстречу, получив что-то взамен. Гипотетически это могла бы быть поддержка по вопросу размещения ракет в Европе, но на это Путину уже однозначно ответили нет. Во-вторых, возможный союз меча и орала вряд ли обрадует Вашингтон, прогнозирует американский дипломат Джеймс Джатрас: «Я помню, когда в 2003 году Америка вторгалась в Ирак, в Европе нас поддержали только Великобритания и Испания. И тогда люди в Вашингтоне били тревогу, что теперь Париж и Берлин могут объединиться с Москвой. Это вылилось в негласный приоритет сохранять партнерство с Францией и Германией. И до сих пор мы отлично справлялись. Но Трамп испортил отношения с Европой, и теперь Евросоюз, возможно, чувствует необходимость достучаться до Москвы, восстановить дружбу. Мне кажется, поможет только чудо, но, может, это и затеял Макрон».
В Госдепе и накануне говорили, что продолжат оказывать давление на Россию по украинскому вопросу, что вовсе не удивительно. Хотя формально США в «нормандском формате» не участвуют, поэтому шанс договориться с Россией есть. Так, чтобы и немцы сыты, и чашки целы.
Накануне вечером пресс-служба Владимира Зеленского сообщила, что президент Украины провел телефонный разговор с Ангелой Меркель, который был посвящен подготовке саммита в «нормандском формате». Детали переговоров не разглашаются.