Рекламаwww.kommersant.ru/ad

…А мы крепчаем

Сто лет назад Россия впервые попала под коллективные санкции
100 лет назад страны Антанты объявили Советской России экономическую блокаду, открыв тем самым целый век антироссийских санкций.
О том, что России к санкциям не привыкать, сегодня напоминают не только речи политиков, но и прилавки магазинов

О том, что России к санкциям не привыкать, сегодня напоминают не только речи политиков, но и прилавки магазинов

Александр Миридонов / Коммерсантъ

Купить фото
Кирилл Журенков
Парадокс: экономические санкции в истории России — знакомая напасть. Ну, к примеру, самым первым задокументированным случаем вообще-то считаются санкции во времена Ивана Грозного — эмбарго ливонцев на поставки к нам меди, серы, селитры (то есть всего того, что нужно для оружейного производства) и так далее. Но это Средневековье. А вот другой пример, уже из недавнего прошлого: в начале XX века США денонсировали торговый договор между нашими странами, и Россия лишилась, в частности, льготных ставок таможенных пошлин. Причина — неожиданная: американцы хотели добиться права для евреев (граждан США) свободно перемещаться по территории нашей страны, что по тогдашним российским законам было запрещено. Два государства так и не смогли договориться, и вот — по России ударили долларом.
Однако, пожалуй, самый известный пример экономического давления на нашу страну — блокада 1919 года. В прессе ее и вовсе называют первыми санкциями против России.
Напомним контекст: на дворе — Гражданская война, Юденич, Деникин и Колчак наступают на большевиков. Несколько месяцев назад Колчак даже отверг возможность мирных переговоров при посредничестве Антанты — одна из удивительных развилок российской истории. Словом, победа белых кажется близкой как никогда.
А тут еще и накопившееся раздражение Антанты в отношении советской власти: когда правительство Ленина отказалось платить по царским долгам, национализировало иностранные предприятия и совершило ряд других недружественных шагов, США, Великобритания и Франция ввели запрет на торговлю с Советами. Кульминацией этого невидимого противостояния стал октябрь 1919-го: Верховный совет Антанты объявил о полном запрете на любые экономические отношения с Советской Россией. Занятно, что именно тогда с подачи премьер-министра Франции Жоржа Клемансо в широкий оборот вошло и выражение «железный занавес».
— Эти санкции были призваны максимально ослабить молодую советскую республику, повлиять на смену режима. Но чувствовалось и желание разграбить нашу страну, воспользовавшись ослаблением центральной власти,— говорит Наталья Еремина, профессор факультета международных отношений СПбГУ.— Другой вопрос, что государства, вводившие санкции, порой расходились друг с другом по «русскому вопросу». Так что говорить о полной внешнеполитической изоляции, конечно, не приходится.
В чем состояли санкции? Запрет на заход судов в российские порты, на торговлю, на банковские операции... Особенно чувствительной для России в условиях Гражданской войны, стала нехватка лекарств. И все же серьезных политических последствий у эмбарго не оказалось.
Сами санкции, в отличие от нынешних, просуществовали до смешного мало — всего около трех месяцев, до января 1920 года.
Почему? У историков есть объяснение.
— Это была попытка расширить состав участников экономической блокады, Клемансо хотел привлечь к ней либо те страны, с которыми у Советской России не было никаких контактов (например, Латинскую Америку), либо, наоборот, те, которые с ней активно сотрудничали,— говорит профессор МПГУ Василий Цветков.— Клемансо считал, что для Москвы это будет ощутимый удар. Речь шла, в частности, о Швеции и Дании, где у советского правительства установились коммерческие контакты (к примеру, Данию очень интересовало наше сельхозсырье). В коммерческих отношениях с Россией были заинтересованы и немцы. Так вот соответствующее обращение французского лидера было либо проигнорировано, либо отклонено (как в случае с Германией).
По словам эксперта, для большинства этих стран экономический интерес в итоге перевесил политический. Более того, после разгрома армий Деникина и Юденича те же самые англичане сами инициировали экономическое сотрудничество с Россией, правда, через систему кооперативов. Уже в 1920 году представительство Центрсоюза, объединившего все советские кооперативы, было открыто в Лондоне, и блокада де факто оказалась прорвана.
— Начались поставки английских лекарств, сельхозмашин. Мы, в свою очередь, смогли предложить сельхозпродукцию, зерно, лен, лес, рыбные ресурсы,— перечисляет Василий Цветков.— Выступая в парламенте, премьер-министр Ллойд Джордж произнес свою знаменитую и одновременно циничную речь о том, что торговать можно даже с людоедами, главное — прибыль. То есть советская власть еще не была признана, но экономические контакты уже начали налаживаться.
Да вот еще парадокс, знакомый россиянам по нынешним временам: сообщалось, что блокада России повлияла на рост цен в странах Европы, в частности в Британии, и даже якобы вызвала недовольство простых людей.
Казалось бы, этот инструмент доказал свою неэффективность. Тем удивительнее, что для России это было лишь началом долгого санкционного противостояния с Западом.
— XX век можно считать веком антироссийских санкций,— говорит Наталья Еремина.— Одними из самых страшных стали санкции, введенные в 1925 году и получившие название «золотая блокада», когда государства Европы и США отказались торговать с СССР за золото. В результате СССР был вынужден продавать зерно и нефть, чтобы закупать необходимое для промышленности оборудование. Однако уже в 1930 году со стороны Запада последовал запрет на импорт из СССР всех товаров, кроме зерна, что способствовало масштабному голоду 1932–1933 годов. Ну а после Второй мировой войны санкции и вовсе стали системными — с их помощью старались не допустить поставок в СССР различных технологий. Санкции стали также элементом борьбы с Советским Союзом в углеводородной сфере.
Как отмечает эксперт, в XXI веке история антироссийских санкций, по сути, продолжается. Просто если раньше на Западе боролись против влияния СССР, то теперь борются против укрепления статуса России как глобальной державы.
— К тому же сегодня санкции — еще и инструмент экономической конкуренции, ведь борьба за рынки все обостряется,— подытоживает Еремина.
Простое перечисление санкций, которые были наложены на нашу страну в XX веке, поражает воображение еще и потому, что аналогии напрашиваются сами собой. Ну, например, в 1930-х Франция обвинила СССР во вмешательстве в свои внутренние дела, как результат — введение лицензирования советских товаров, их подорожание. Можно вспомнить и одну из самых известных антисоветских санкций — поправку Джексона—Вэника к Закону США о торговле (поправка была направлена против стран, ограничивающих право своих граждан на эмиграцию). Мало кто помнит, что ее действие отменили лишь… в 2012 году, когда уже давно никто никому в передвижениях не препятствовал. А ведь были еще, к примеру, бойкот московской Олимпиады и даже блокада США авиасообщения с СССР! Но самое удивительное — бизнес зачастую обходил эти санкции, как показал скандал с Координационным комитетом по экспортному контролю (КоКом) в конце 1980-х (вопреки запретам КоКом Япония и Норвегия поставляли нам необходимое оборудование).
— Если возвращаться к опыту санкций 1919 года, можно сказать, что политика, конечно, влияет на экономику. Но лишь в краткосрочной перспективе,— говорит Василий Цветков.— Потребность в торговле и сотрудничестве все равно перевешивает, а значит, отношения между странами неизбежно меняются. И в основном к лучшему.

Брифинг

Журнал "Огонёк" №42

от 28.10.2019, стр. 4

Авторы

  • Кирилл Журенков
    редактор отдела