На прошлой неделе на самом высоком уровне — с участием президента — обсуждалась перспектива развития в стране новых финансовых технологий. По итогам совещания профильным ведомствам поручено приступить к разработке законодательства, легализующего криптовалюты в России. Какие шлюзы открывает это решение, выяснял "Огонек"
Криптовалюты невозможно подержать в руках, но в реальности их могущества сомнений уже нет
Фото: DPA / ТАСС
Большие возможности чреваты большими рисками. Это и подчеркивал президент, признав, что криптовалюты набирают популярность в мире, но эта сфера несет серьезные риски. Нужно выстроить "регуляторную среду", чтобы защитить интересы граждан и бизнеса при использовании криптовалют, но возможности, которые открывают новые технологии, необходимо использовать — так была сформулирована в итоге обсуждений "дорожная карта".
О феномене криптовалют "Огонек" поговорил с экономистом Константином Корищенко*.
*Константин Корищенко — заведующий кафедрой "Фондовые рынки и финансовый инжиниринг" РАНХиГС, в 2002-2008 годах — заместитель председателя ЦБ РФ.
— Вокруг криптовалют сегодня информационный бум, и не только в России. С "цифрой" связывают надежды на революционные перемены в мировых финансах. О каких переменах идет речь?
— В мире много лет, а то и десятилетий назревал кризис денежного обращения. Дело в том, что нынешние деньги после отмены золотовалютного стандарта в 70-х годах прошлого века не обеспечены ничем — ни золотом, ни товарами. Они стали "фиатными" ("приказными"): купюра стоит не столько, сколько затрачено на ее выпуск, а как "назначит" государство, которое выпускает деньги и требует, чтобы все в стране принимали их в оплату. На советских деньгах было написано: "...казначейские билеты обязательны к приему на всей территории СССР...". И в других странах есть аналогичное требование в отношении своих национальных валют. При этом, за редким исключением, никакое государство не ограничено в объеме выпуска своей валюты. С биткойном, как с золотом или серебром, такие манипуляции невозможны, поскольку есть два свойства, отличающие криптовалюты от нынешних денег.
Первое: криптовалюты — это всемирный феномен, возникший благодаря развитию и распространению глобального интернета. Они, по сути, не могут регулироваться внутри одного государства. Интернет прошел несколько стадий развития: он поначалу был сферой обмена информации, потом каналом продвижения товаров и услуг, а сейчас добрался до самой сердцевины экономики — до денежной системы. Криптовалюты — "негосударственные", ни по форме выпуска, ни по механизму обращения. В принципе, они могут нести угрозу существованию самого государства, поскольку оно, потеряв право эмиссии денег, утратит существенный рычаг воздействия на экономику.
Второе. Криптовалюты можно рассматривать как попытку вернуться на новом уровне к модели товарных валют (раньше — золото или серебро). Недаром же биткойн на бытовом уровне называют "цифровым золотом". Несмотря на нематериальную природу, он, так же как драгоценные металлы, имеет стоимость добычи (майнинга). И эта стоимость прямо или косвенно отражается в ценах на рынке криптовалют. Сегодня разные криптовалюты имеют как свои достоинства, так и свои недостатки, "цифровой процесс" развивается очень быстро. Но все же говорить, что появилась некая идеальная криптовалюта, отвечающая всем функциям денег, пока слишком рано.
— Получается, криптовалюты по факту создают риски для государственной финансовой системы?
— Если на уровне населения произойдет сдвиг от валют, эмитируемых центральными банками, в сторону криптовалют, выпускаемых компьютерами, программами или сообществами программистов, то это подорвет способность государства контролировать ситуацию в финансах и в обществе.
— Иными словами, это неизбежно. И как тогда к этому относиться — философски?
— Об этом в 1976 году писал австрийский экономист Фридрих Хайек в работе "Разгосударствление денег — новый взгляд" (в опубликованном русском переводе — "Частные деньги"). Его идея состояла в том, что для построения свободного и эффективного общества необходимо устранить правительственную монополию на эмиссию платежных средств. Хайек показывал механизмы злоупотребления общественным доверием со стороны правительств в финансовой сфере, предлагал развивать конкуренцию частных денег.
— Трудно принять, что могут быть негосударственные деньги...
— Почему же... В нашей, российской, финансовой системе на самом деле есть два вида денег, которые обращаются параллельно. Я бы сравнил это с солнцем и двумя орбитами планет. Первая орбита, ближняя к солнцу,— наличные и безналичные деньги, выпускаемые Центральным банком. А вторая орбита — деньги, которые находятся на счетах в коммерческих банках. И те, и другие деньги называются российскими рублями, формально имеют одинаковую стоимость. Но по первым несет ответственность ЦБ, а по вторым — коммерческие банки. Разница хорошо бывает видна, когда что-нибудь случается с тем или иным банком.
— А какое место в этой "орбитальной системе" может занять криптовалюта?
— Сейчас криптовалюты почти во всех странах находятся на самой отдаленной, третьей, "орбите", связь с центробанками у них отсутствует. Но в будущем вся система может поменяться. Место денег ЦБ могут занять наиболее развитые и продвинутые криптовалюты, которые уже существуют в Сети. А место нынешних банковских денег могут занять токены, которые уже сейчас выпускаются различными компаниями как платежное средство при размещении криптовалюты на бирже,— вспомним Хайека и его конкуренцию частных денег.
— Значит, мы говорим о том, что для разных задач будут разные деньги?
— Именно. Для разных сервисов, проектов, рынков.
— И чем же тогда будет заниматься Центробанк?
— На самом деле у него много функций, среди которых регулирование денежного обращения — только одна из них. О роли ЦБ в будущей криптовалютной денежной системе сейчас можно только гадать. Однако можно с уверенностью говорить, что роль ИТ-составляющей в его деятельности будет только расти. Как будет устроена денежная система в дальнейшем, будет ли она одноуровневой или многоуровневой, как будут взаимодействовать криптовалюта "в ядре" и деньги различных финансовых и нефинансовых институтов "в окружении",— это вопрос открытый.
— Сегодня высокотехнологичные стартапы используют криптовалюты в качестве инвестиционного механизма. Значит ли это, что криптовалюты связаны с трансформацией экономики?
— Не совсем. Они не сопутствующий продукт, а следующая стадия этой трансформации. Сошлюсь на статистические исследования экономики США, которая первой пошла по этому пути. В 1980-х годах на балансе американских предприятий находилось 80 процентов материальных активов (здания, оборудование, станки и проч.) и 20 процентов — нематериальных. Сейчас значительно больше 80 процентов — это интеллектуальный капитал, компьютерные программы. В США набирает обороты кризис в розничных сетях: роль супермаркетов и моллов резко падает, торговую недвижимость сложно продать или сдать в аренду: их заменила интернет-торговля. Примерно в этом же русле развивается и ситуация с "финтехом" — это начало перехода инвестиционного процесса от традиционного банковско-фондового варианта в сторону криптовалют, токенов и ICO.
— Вы сказали, что криптовалюты несут в себе угрозу для государства. Но как с этой угрозой эффективно бороться? Да и возможно ли это?
— Государства к криптовалютам относятся по-разному. Есть страны, где они полностью запрещены. Это, например, Бангладеш — там за сделки в цифровых валютах можно получить 12 лет тюрьмы. Не признают криптовалюты в Боливии, Эквадоре. Даже в развитых странах подступают к ним с осторожностью, вводят различные ограничения (Япония, США, Европа). А как не быть осторожными, если эмиссия денег частными лицами — это вызов для государства? Но феномен криптовалют возник и надо согласиться, что это явление не имеет государственных границ. Запрещать бессмысленно, как бессмысленно запрещать интернет, можно лишь закрыть отдельные сайты, блокировать отдельные домены. Нельзя и в одной отдельно взятой стране принять всеобъемлющий закон о криптовалютах — для этого нужен современный аналог Бреттон-Вудской конференции, установившей новый мировой валютный порядок. Остается прагматичный подход: для практических целей внутри страны можно и нужно регулировать отдельные аспекты обращения криптовалют (налогообложение, регистрация обменных операций, контроль за посредниками и т.д.).
— Выходит, открывая для "цифры" двери, каждый будет пытаться играть по своим правилам?
— Вот пример Японии. Государство сказало: мы можем приравнять биткойн к платежным инструментам и вводим правило, что все посредники, кто проводит операции с криптовалютой, должны регистрироваться как специальные лицензированные организации. Однако сейчас в рамках международных финансовых структур, таких как ОЭСР, МВФ, Банк международных расчетов, есть проекты, которые посвящены использованию криптовалют и для международных операций. Директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристин Лагард на конференции в Банке Англии высказалась вполне определенно: криптовалюты могут вдохнуть новую жизнь в валюту МВФ под названием SDR (Special Drawing Rights — специальные права заимствования, резервное и платежное средство, эмитируемое МВФ, имеет только безналичную форму в виде записей на банковских счетах, банкноты не выпускаются.— "О").
— А может ли государство придушить криптовалюты?
— Вряд ли. Если государство выберет путь запрета, оно же и пострадает. Просто потеряет этот рынок, он уйдет к соседям. Потом придется догонять. Что мы сейчас наблюдаем в ситуации между Японией и Китаем: запрет китайских властей на биржевые операции с криптовалютами выдавливает игроков на японский рынок. Но в то же время нужен контроль. Финансовые игры плохо заканчиваются. История с МММ у нас еще не забыта. И есть свежий пример — "Вим-Авиа". Бесконтрольность отражается на людях, вызывает социальное напряжение. Надо уметь пройти посередине.
— Получается, на криптовалюты мы обречены?
— На самом деле сюжет значительно шире. Сейчас понятно, что криптовалюты — это не только финансовый, но и политический, социальный феномен. Может быть, даже и феномен религиозный.
Экономист Константин Корищенко
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ
— Поясните.
— В священных книгах прописаны нормы, регулирующие финансовые отношения людей. И чаще всего там зафиксировано негативное отношение к долгам, ростовщичеству и взиманию процента. Но последние лет пятьсот денежное обращение именно на этих основах и развивалось. Так вот, криптовалюты не связаны с процентом. Их никто не может дать в долг и получить с этого проценты. И уже появились так называемые кошерные биткойны. А еще есть довольно много исследований, которые говорят о достаточном соответствии криптовалют нормам, записанным в Коране. Во всяком случае, отказ от процента может сильно изменить нашу систему финансовых отношений.
— Есть ощущение, что не только финансовых...
— Разумеется. Еще есть, например, социальный аспект: сейчас вокруг криптовалют формируются новые социальные группы и сообщества. Причем это самоуправляемые структуры, о которых мы мало знаем. Но и это не все: в некоторых странах уже обсуждается возможность замены централизованной системы голосования на выборах технологией блокчейн — "базовой" технологией по выпуску криптовалют. Такая замена серьезно повлияет на избирательные механизмы, потому что содержащуюся в ней информацию изменить, подправить, подтереть или переписать невозможно. Иными словами, феномен криптовалют не остановится только на денежном обращении, он обязательно войдет в социальную жизнь людей, в политику. И государству придется решать вопрос, как выстраивать с ним отношения.