Формальные основания

Валерий Панюшкин,

руководитель детского правозащитного проекта "Русфонд.Право"

Детский правозащитный проект "Русфонд.Право" на регулярной основе сотрудничает с детским правозащитным проектом "Соучастие в судьбе". Мы помогаем "Соучастию в судьбе" деньгами, которые собирают читатели Русфонда. Юристы "Соучастия в судьбе" консультируют нас и делятся с нами своим богатейшим опытом. Иногда случаи из практики "Соучастия в судьбе" таковы, что, рассказывая о них, приходится менять имена детей, скрывать фамилии судей и названия городов. Сейчас вы поймете почему.

Лена, Оксана, Ольга, Федор и Андрей жили в двухкомнатной квартире с матерью и отцом. Мать старалась как могла поднять пятерых детей. Отец, сколько дети себя помнят, нигде не работал, крепко пил и часто бил их всех. А однажды убил мать. На глазах у детей отрезал ей ножом голову. Был осужден на тринадцать лет колонии строгого режима, причем смягчающим суд признал то обстоятельство, что у убийцы пятеро несовершеннолетних детей. Это было десять лет назад. Через три года отец из колонии выйдет, если, конечно, не освободится раньше по УДО. В любом случае он вернется жить в ту самую квартиру, где совершил убийство. И где прописаны дети.

Лене сейчас 22 года, Андрею — 21, Ольге — 20, Федору — 19, Оксане — 16. Но даже взрослые, даже совершеннолетние, они ни разу и близко не подходили к квартире, в которой прописаны. Живут в общежитиях, снимают углы — где угодно, лишь бы не в проклятом месте. Они даже и вообразить себе не могут, как жить в комнате, где была убита мать. И уж тем более — как жить с отцом, который ее убил. Да, он лишен родительских прав, разумеется. Но как делить с ним коммунальную кухню?

Все вокруг — сотрудники органов опеки, заведующие детскими домами и школами-интернатами, где дети учились и жили, директора колледжей, где молодые люди учатся теперь,— все понимают, что невозможно молодым людям даже переступить порог дома, где их матери отрезали голову. Но закон неумолим.

Согласно пункту 4 статьи 8 федерального закона от 21 декабря 1996 года N159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей", с жильем у Лены, Андрея, Ольги, Федора и Оксаны все нормально. Жилье не ветхое, не аварийное, на каждого приходится по восемь квадратных метров площади. Одним словом, нет никаких законных оснований признать молодых людей нуждающимися в жилье.

Все, буквально все чиновники, педагоги и судьи, от которых зависит судьба этих пятерых сирот, в один голос говорят, что понимают — невозможно молодым людям жить на месте преступления дверь в дверь с убийцей. Но пусть же хоть какой-нибудь юрист найдет хоть малейшую законную зацепку, чтобы можно было дать сиротам, формально имеющим пригодное для жизни жилье, квартиры как бездомным.

Так вот юристы "Соучастия в судьбе" нашли такую зацепку. Президиум Верховного суда Российской Федерации 20 ноября 2013 года выпустил обзор судебной практики. Там написано: "Если при рассмотрении дела суд приходит к выводу, что возвращение детей-сирот в ранее занимаемые и сохраненные за ними жилые помещения противоречит их интересам, то суд удовлетворяет требования детей-сирот об обеспечении их жилым помещением вне очереди". Еще там написано, что "в качестве главной задачи для судов выступает не только своевременное и правильное рассмотрение дел данной категории, но и их рассмотрение с учетом всех конкретных обстоятельств".

Опираясь на эти разъяснения Верховного суда, судья, рассматривавший дело Лены, Андрея, Ольги, Федора и Оксаны, постановил: сиротам в прежний свой дом не возвращаться, а местной власти выдать каждому по однокомнатной квартире. Глава "Соучастия в судьбе" Алексей Головань говорит, что Лена, Андрей, Ольга и Федор получат квартиры в течение года, а младшая Оксана — по достижении совершеннолетия.

Проект "Русфонд.Право" получает господдержку в виде гранта, выданного Общероссийским общественным движением "Гражданское достоинство"