Бьют по фигуре

Для победы в шахбоксе мало хорошо играть в шахматы или крепко стоять на ринге. Нужно уметь делать и то и другое одновременно

Ведущим поединка по шахбоксу между англичанином Энди Костелло и красноярцем Николаем Сажиным был художник-живописец Виктор Катющик. Боксерские раунды он комментировал очень громко и в порыве эмоций иногда скатывался на "Колян, давай!". Когда же наступал черед шахмат, красноярский художник успокаивался, уходил в темноту дальних рядов зала и переключал голос на размеренный гипнотизирующий лад. "Сейчас мы видим трезвую игру,— объяснял он происходящее на шахматной доске.— Ходы аккуратные, предсказуемые. Игра осторожная". "А как вы оцениваете сложившуюся пешечную структуру?" — вдруг попытался вывести его из состояния транса чей-то резкий голос. "Я оцениваю ее хорошо",— все так же неспешно ответил художник.

О том, что шахбокс вообще существует в природе, Виктор Катющик узнал несколько лет назад, когда его старый приятель бизнесмен Владимир Макаров решил создать в Красноярске Сибирскую спортивную федерацию шахбокса. "Об этом виде спорта я сам по "Европе Плюс" услышал. Потом вбил в поисковике слово "шахбокс", нашел контакты основателя Ипе Рубинга и попросил дочку письмо ему написать — она у меня английский знает",— ностальгирует Макаров.

Голландец Ипе Рубинг — известный во всем мире перформансист. В 2000 году он на несколько минут перекрыл центр Токио, в 2002-м поставил в Берлине инсталляцию "Чудесное дерево", под кроной которого то и дело шел дождь. А в 2003-м добрался до шахбокса, вида спорта, где раунды шахмат и бокса чередуются между собой.

Вообще, идея этого вида спорта вышла из комиксов Froid Equateur ("Холодный экватор"), созданных французским художником Энки Билалом. Главным героем здесь выступает качок в боксерских перчатках, разукрашенных черно-белыми клетками под стать шахматной доске, который высокохудожественно бьет лица недоброжелателям, знает с десяток гамбитов и уверенно действует в эндшпиле. Нестандартное совмещение физической и умственной силы — вот что подкупило Рубинга в вымышленном виде спорта. Сразу после создания Международной федерации шахбокса (не размениваться же!) голландский перформансист заявил, что очень скоро все политические конфликты будут разрешаться именно в шахбоксе. И для начала предложил таким образом выяснить друг с другом отношения Израилю и Палестине.

Письмо дочки красноярского бизнесмена Макарова Ипе Рубинга совершенно не удивило. Напротив, на тот момент национальные федерации существовали лишь в 4-5 странах, и шахбоксу просто необходима была свежая кровь. К тому же Россия в плане шахбоксерского потенциала могла бы дать фору кому угодно: сильная шахматная школа, такая же боксерская, да еще и президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов, не раз встречавший инопланетян лично, в начале 2008 года выступил за пропаганду этого вида спорта в республике.

Одним словом, участь Владимира Макарова была предрешена, и Ипе Рубинг с ходу предложил ему возглавить шахбоксерское движение в России, а сам стал всячески лоббировать российские интересы. Уже в июле 2008 года в бою за звание чемпиона мира в полутяжелом весе против немецкого полицейского Франка Штольда вышел 19-летний российский студент Николай Сажин. "Он с детства в шахматы хорошо рубился и был на тот момент чемпионом края по боксу",— говорит Макаров. Для российского шахбоксера это был первый в жизни выезд за границу, и закончился он триумфом. После очередного боксерского раунда измочаленный Штольд, сидя за шахматной доской, "зевнул" ферзя и потом с досады уложил на доску своего короля, отказавшись от продолжения борьбы. "Просто сложно человеку, которого только что три минуты били, играть в шахматы,— объясняет "Огоньку" Николай Сажин.— Он ведь думает не о том, лошадью ему или слоном ходить, а о том, что, может, лучше сразу сдаться, чтобы потом опять не побили".

О победе Николая Сажина написали все информагентства России, и отношение к шахбоксу, уверяет Макаров, в корне переменилось. "Раньше за глаза говорили, что мы досками шахматными размахиваем и фигурами друг друга бьем. А теперь мы распиарились, и в Красноярске все знают, что такое шахбокс",— говорит бизнесмен. Правда, до 2011-го здесь прошел всего один международный поединок, когда в город приезжал немец Лео Крафт. Вспоминать о том бое в Красноярске не любят: тот день стал черным в истории сибирского шахбокса. Мало того, что проиграл местный любимец Николай Сажин, так еще и после боя разгорелся билетный скандал.

Закрывать тот вечер должна была группа "Парк Горького". Музыканты приехали в красноярский Дворец спорта, настроили аппаратуру, а потом узнали, что денег на оплату их концерта у шахбоксеров нет. Почему так произошло, на следующий день выяснял местный телеканал ОРТВ. Оказалось, все дело в билетах. "Вы говорите, что было продано 57 штук, а я думаю, что зрителей было тысячи полторы",— пытался вывести на чистую воду администрацию Дворца спорта президент Сибирской федерации шахбокса Владимир Макаров. "Какие полторы тысячи — вы о чем говорите?" — бесстрашно смеялась ему в лицо замдиректора дворца Валентина Назарова. В конце драматичного сюжета говорилось о том, что обе стороны могут встретиться в суде, а корреспондент ОРТВ пообещал держать руку на пульсе. "Если у вас есть свои новости, звоните лично мне" — обратился он к телезрителям. И продиктовал номер телефона.

Последующие два года у красноярского шахбокса ушли на то, чтобы зализать раны: нужно было рассчитаться с долгами и "морально отойти", объясняет Николай Сажин. За эти пару лет сам спортсмен прибавил в весе, перешел в абсолютную категорию (свыше 86 кг) и стал продавать недвижимость в Красноярске. "Но шахбокс для меня все равно остается чем-то большим, чем просто хобби,— говорит Сажин.— Я себя здесь вижу не только в качестве спортсмена, но и в качестве функционера. Даст бог, может, когда-нибудь шахбокс выйдет на высокий коммерческий уровень".

В том, что это непременно произойдет, президент Владимир Макаров даже не сомневается. Вид спорта зрелищный, необычный, а главное — интриги хоть отбавляй: куда больше, чем в шахматах или боксе. "В боксе я могу выйти вперед на четыре очка, закрыться и победить. А в шахматах — выстроить оборону вокруг короля и не проиграть. Зато в шахбоксе вообще ничего не понятно. Если я увижу, что ты в шахматах впереди, то выход у меня один — побеждать нокаутом. Вот я выйду на ринг, стукну тебя — и все, победил",— говорит Макаров. Дело в том, что побеждает в шахбоксе тот, кто либо первым поставит мат, либо отправит соперника в нокаут. Если же в шахматах вдруг выходит ничья, а нокаута нет, то считают очки — как в профессиональном боксе.

Между раундами у шахбоксеров есть минута для того, чтобы снять/надеть перчатки, сплюнуть в тазик и усесться за шахматный стол. В шахматы они играют в наушниках, чтобы не слышать комментарии ведущего и подсказки из зала. Обычно, рассказывает Сажин, в наушниках играет классическая музыка, но во время матча против Костелло флешку с Моцартом забыли в гостинице, и шахбоксеры слушали группу Enigma.

Зрелищность в шахбоксе — вообще отдельная песня, поясняет глава сибирского шахбокса Владимир Макаров. Если красноярские боксеры свои турниры проводят в спортивных залах и посмотреть на них приходят разве что другие боксеры, то шахбокс направлен на куда более широкую аудиторию. В качестве площадок шахбоксеры выбирают, например, торговые центры и клубы. А необходимый антураж создают приглашенные музыкальные группы (после истории с "Парком Горького" шахбоксеры переключились на более бюджетные варианты) и стриптизерши из дружественного красноярского стрип-клуба: полуобнаженные, они ходят по рингу с картонными табличками, на которых написан номер предстоящего раунда.

Участие стриптизерш и прочий перформанс сильно бьют по самолюбию боксеров, поэтому те раз за разом пытаются вставлять палки в колеса шахбоксерам и жалуются, что те у них "воруют" перспективные кадры. "Да завидуют они",— отмахивается Макаров. В 2009-м на бой Сажина приехали телевизионщики с НТВ, "России" и даже заграничного ABC, а на чемпионат Красноярска по боксу — лишь местные телекомпании. Вот это и есть показатель, уверен президент.

На фоне трений с боксерами отношения с Федерацией шахмат складываются у шахбоксеров образцово-показательно. А все потому, что делить нечего, считает Макаров. "Настоящие шахматисты никогда в шахбокс не пойдут. Когда тебе 4-5 раундов по голове постучат, это уже совершенно другая игра получается",— говорит глава Федерации шахмат Анатолий Урдаев. При этом ничего плохого он в шахбоксе не видит: "Это необычно, интересно — примерно как выращивать ананасы вместо картошки". Но есть и другая причина, раскрывает тайну Макаров: "У нас все шахматы под крышей ФСБ, да и генерал Урдаев сам из КГБ будет, вот ему и приятно, что шахматисты с нашей помощью выходят из категории беззащитных ботаников, которых можно обидеть или щелкнуть по носу".

Настоящего шахбоксера по носу, конечно, не щелкнешь. Все шахбоксеры — крепкие парни, но середняки, которые не могут шагнуть выше определенного уровня ни в шахматах, ни в боксе. Того же Николая Сажина в Красноярске за глаза называют "кандидатом": мастером спорта ни в шахматах ни в боксе он так и не стал. "Да у меня и задачи нет тягаться с элитой,— объясняет спортсмен.— Есть у меня свой вид спорта, вот здесь я себя и вижу". Конкурентов у Сажина пока немного: в России работает одна-единственная Сибирская федерация шахбокса, и спортсменов здесь можно по пальцам пересчитать. "Недавно стали детей к шахбоксу подтягивать,— говорит шахбоксер Иван Липин.— Сначала боксу обучаем, потом — шахматам".

44-летний англичанин Энди Костелло впервые оказался в России. Сначала он заблудился в родном лондонском аэропорту, потом едва не опоздал на рейс Москва — Красноярск, но в итоге добрался до номера в гостинице "Три медведя", который забронировала Сибирская федерация шахбокса. Энди Костелло — главная звезда грядущего Кубка Всемирной федерации шахбокса и предстоящий соперник Николая Сажина. А гостиница "Три медведя" — это ответ Красноярска западной моде на экоотели. Ее кирпичное здание в 4 этажа (до 2002 года — профилакторий при Красноярском заводе телевизоров) находится в Студенческом городке в 20 минутах ходьбы от остановки. Через лес вдвое короче, но лучше не пробовать: в утренней дымке прохожим являются непонятные тени в капюшонах, а вдалеке заунывно лают собаки.

"Если относиться ко всему, что здесь видишь, серьезно, можно сойти с ума",— улыбается Энди, разглядывая обшарпанный балкон. В его распоряжении — небольшой двухкомнатный номер, в который поначалу хотели подселить корреспондента "Огонька". Но до крайностей не дошло, и наше знакомство Костелло начинает с ряда признаний. Во-первых, его собственный сын, оказывается, прозвал его chessboxing clown ("шахбоксерский клоун"), на что Энди не обижается: "Люди часто улыбаются, услышав о шахбоксе. Но это не мешает серьезно готовиться к поединкам".

Во-вторых, его самое слабое место в шахбоксе — шахматы. В Россию Энди даже взял переведенный на английский самоучитель Гарри Каспарова и по вечерам отрабатывал ходы. Вообще, в Красноярск он прилетел за трое суток до поединка (хотел привыкнуть к 7-часовой разнице во времени), но боя за выживание не ожидал. "Я много слышал о русской кухне, но первый опыт был какой-то странный. У вас действительно принято, чтобы куриный суп был похож на воду и там совсем не было курицы?" — интересуется Энди.

О своем первом дне в России Костелло рассказывает в лобби отеля. При этом он подозрительно косится на завернутый в пищевую пленку беляш и изумляется, когда видит в холодильнике тарелку с замерзшим супом. Однако в радиусе 2 км никаких кафе с ресторанами, поэтому Костелло либо покупает курицу-гриль в супермаркете рядом с тренировочным залом, либо продолжает знакомство с русской кухней в гостинице. "Вообще-то он не привередливый,— говорит Владимир Макаров.— Вот на завтраке один боксер из Татарстана начал: это люблю, это не люблю, а сосиски из чего — из свинины? А с Энди просто. Я говорю: яичницу будешь? Кивает. Сосиски будешь? Кивает. Блины с мясом? Кивает. Даже официантка сказала, мол, какие же они англичане в этом плане приятные".

За день до боя Владимир Макаров стал Костелло родной матерью: кормил завтраком, играл с ним в шахматы, потом отправился в зал боксировать. "Подрывную работу веду",— хихикнул Макаров после спарринга с Костелло. Оказалось, президент Сибирской федерации хотел на собственном примере выяснить, что светит Сажину в завтрашнем матче. "Но Костелло крепким орешком оказался. В шахматах я так и не понял, как он играет. А в боксе вообще показуху какую-то устроил",— признался Макаров. Но главную тайну Костелло все-таки выдал: оказалось, что он левша, и ценные сведения тут же передали Николаю Сажину. Он тоже отправился готовиться к бою в уединенное и экологически чистое место, но выбрал для этого не "Трех медведей", а церковь Архангела Михаила, что в деревне Зыково.

"Мне это нужно, чтобы успокоится, от суеты городской отойти, у боженьки победы попросить",— объяснил Сажин. В качестве легкой физической нагрузки спортсмен делал пробежки по сопкам, колол дрова, молился и готовился к походу в купель. "Она у нас волшебная,— объяснил Александр, которого боксеры ласково называют церковным завхозом.— Однажды девушку на коляске привезли, она вообще ходить не могла. Прошло пару месяцев — и она вокруг церкви бегать стала".

Дорога от гостиницы до торгового центра MixMax, где должен был состояться бой, проходит мимо городского кладбища, забор которого украшает граффити с изображением пенсне и пистолета и надписью "Неуловимые мстители". Это ярко-красное пятно выбивается из промозглого субботнего утра и отчего-то радует глаз. При этом рекламы боя Сажин — Костелло в городе нет: единственная растяжка висит над самим торговым центром, а на третьем торговом уровне, где продают двери и шкафы, то и дело включают запись "Только сегодня! Захватывающий бой...". За полчаса до начала (в программе — два боя по шахбоксу и еще один по смешанным единоборствам) перед рингом прогуливается Энди Костелло. "Какого черта? — он болезненно морщится, когда диджей включает легкий джаз.— И они хотят, чтобы я дрался после такой музыки?" Диджей тут же исправляется и включает энергичную композицию "Казантип — что за нах?".

Зрителей в зале немного. "Это не удивительно. У шахбокса пока что очень специфические болельщики. Сюда не пойдут те, кто любит только бокс или только шахматы — им это неинтересно",— объясняет Костелло. Впрочем, продолжает боксер, связано это еще и с тем, что сам вид спорта молодой. "Я представляю, как смеялись люди, когда им впервые показали крикет или регби",— говорит Энди.

При этом любители красноярского шахбокса имеют друг с другом много общего. Мужская часть зала — в основном черные кожаные куртки и джинсы; сопровождающие их девушки либо в вечерних платьях, либо в мини-юбках. Поединок Костелло — Сажин начинается с шахмат, но действительно интересно наблюдать за шахматным поединком после боксерского раунда. Пропустивший пару ударов Энди сильно потеет, жадно хватает ртом воздух и как-то странно смотрит из стороны в сторону, будто хочет найти в толпе кого-то из своих. Николай Сажин уткнулся в кулаки и, видимо, пытается сконцентрироваться. Пауза продолжается секунд 15. "Пап, пойдем отсюда уже",— говорит 7-летний сын одному из болельщиков. "Да погоди ты,— отмахивается отец.— Сейчас девки выйдут".

Девки выходят и уходят, боксеры проводят еще один боксерский раунд, а потом Костелло проигрывает в шахматы. Зал ревет "Ууу". "Молодец, Колян",— ревет в микрофон ведущий Виктор Катющик. Владимир Макаров обнимается сначала с Николаем Сажиным, а потом с девушками-стриптизершами. Все довольны, праздник — на славу. "А мне вот больше всего понравилось, что в шахматах все решилось,— говорит Анатолий Урдаев.— Это лишний раз доказывает, что даже здесь для победы недостаточно накачать гору мышц — а там хоть трава не расти. В шахбоксе тоже математика, анализ и расчет на первом месте стоят".