Под тенью Евгении Гуцул

15 ноября в молдавской автономии Гагаузии, которая не первый год конфликтует с молдавскими властями и чей избранный руководитель Евгения Гуцул находится в тюрьме, пройдут выборы главы региона (башкана) и Народного собрания. Они должны завершить затяжной кризис власти. Однако смена руководства сама по себе вряд ли устранит противоречие между пророссийскими настроениями региона и его экономической зависимостью от Кишинева.

15 ноября жители молдавской автономии Гагаузии будут выбирать одновременно и своего руководителя, за пост которого поборются сразу восемь кандидатов, и 35 депутатов.

Выборы могут вернуть автономии полноценное руководство, но вряд ли устранят все конфликтные точки в отношениях автономии с центральными властями. Символом противостояния Комрата и Кишинева стала и остается по сей день Евгения Гуцул, избранная в 2023 году на пост башкана. Отношения с Кишиневом обострились практически с самого начала ее правления. Президент Майя Санду не включила, как того требует закон, Евгению Гуцул в состав правительства, связав ее с объявленной вне закона командой бизнесмена и политика Илана Шора. Гуцул расценила это как отказ признавать выбор жителей автономии. А в августе 2025 года ее приговорили к семи годам заключения за участие в незаконном финансировании партии «Шор». Обвинение касалось деятельности до избрания башканом, в том числе ввоза денег из России для партийной работы. Сама Гуцул вину отрицает и считает свое преследование политическим.

17 августа Народное собрание Гагаузии признало должность башкана вакантной, поэтому юридически речь идет уже о выборе преемника бывшей главы автономии.

Лидер молдавских социалистов Игорь Додон попросил президента Майю Санду помиловать ее, представив это как возможный жест примирения между центром и автономией. Несколько кандидатов также обещают добиваться освобождения бывшего башкана.

Политический капитал в Гагаузии всегда можно было набирать на сопротивлении Кишиневу и обещаниях помощи из Москвы. Еще на местном голосовании 2014 года, проведение которого суд признал незаконным, подавляющее большинство участников поддержало интеграцию в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана. Десять лет спустя почти 95% участников конституционного референдума в автономии выступили против закрепления курса на вступление Молдавии в ЕС. Эти шаги позволяли местным политикам представлять отношения с Москвой как выполнение запроса избирателей.

При Евгении Гуцул российское направление получило особенно заметное политическое оформление: в условиях отсутствия рабочего диалога с президентом Молдавии доступ к российскому руководству стал политическим ресурсом. В марте 2024 года она встретилась с председателем Совета федерации Валентиной Матвиенко, а затем с российским президентом Владимиром Путиным, который, по словам самой Гуцул, обещал поддержку в защите ее прав и полномочий.

Евгения Гуцул добивалась поставок газа по специальной цене напрямую от «Газпрома», говорила об открытии российского рынка для гагаузских товаров и финансовой поддержке населения. Объяснение же препятствий на этом пути сводилось к обвинениям Кишинева в блокировании помощи.

Наиболее наглядным примером стала договоренность с Промсвязьбанком, подписанная в Москве в апреле 2024 года. Пенсионерам и бюджетникам обещали ежемесячные надбавки в размере 2 тыс. молдавских леев (более 9,2 тыс. руб.) через счета в российском банке и платежную систему «Мир». Проект был связан с командой Илана Шора и организацией «Евразия». Однако «Мир» в Молдавии не заработал, а получение средств требовало дополнительных операций.

В октябре 2026 года Дмитрий Песков назвал освобождение Евгении Гуцул одним из шагов, необходимых для нормализации отношений Москвы и Кишинева. Кремль рассматривает ее как политзаключенную, тогда как молдавская сторона исходит из обвинительного приговора. Требуя ее освобождения сейчас, кандидаты на пост главы Гагаузии, по сути, обращаются к ее сторонникам и обозначают отношение к России.

Новому главе придется учитывать интересы производителей, для которых отношения с ЕС являются вопросом продаж, пусть даже многие избиратели отвергают европейский курс.