«Типографиям нужно перестраивать бизнес-процессы, менять продукцию»

Этот год стал одним из тяжелейших для российской полиграфии за последние десять лет: издатели начинают все активнее печататься в Китае из-за дефицита необходимых материалов в России, а отраслевые компании вынуждены сокращать штат примерно на 30%. О давлении на типографии, сокращении заказов и необходимости перестройки бизнес-процессов “Ъ” рассказал основатель сети копицентров Copy.ru, цифровой типографии «МДМпринт» и платформы HelloPrint для управления полиграфическим бизнесом Руслан Галифанов.

— Я вам скажу больше: есть типографии, которые крайне редко работают с издательствами. Допустим, наша — цифровая типография полного цикла. Мы в принципе не можем брать большие тиражи. Если говорить про книги, к нам чаще приходят авторы с самиздатом. У нас экономически выгодный тираж — до 500 книг. Свыше 500 — это уже офсет, а не цифровая печать. Это другие типографии, совершенно другой бизнес. Поэтому между издательствами и типографиями — большая пропасть.

Само издательство не занимается печатным бизнесом. Оно выбирает выгодных для себя авторов, инвестирует в них, а дальше эти вложения окупаются или не окупаются. К нам по большей части обращаются авторы, которые печатают для себя или только-только пробуют издаваться. Но здесь есть важный момент, к которому мы подходим очень осторожно. Мы просим авторов, чтобы они сами оформляли эти данные и выступали в качестве издателей. Вы знаете, сейчас законодательство поменялось: издательство обязано проверять материалы на нарушения законов — в том числе на пропаганду ЛГБТ (признано экстремистским и запрещено в России).

Если к нам приходит такой запрос, мы можем выступить в качестве издателя и оформить для клиента необходимые данные. Но в этом случае получается дорого, и клиенты отказываются, потому что мы включаем в стоимость проверку книги. Мы ищем эксперта, который в этом разбирается: он должен проанализировать книгу и выдать заключение, что она не содержит запрещенной пропаганды и не нарушает другие требования законодательства. Поэтому мы стараемся избегать такой работы. Мы типография. Мы не эксперты в вопросах нарушения этих норм.

— Не сказал бы. С 2026 года выросла налоговая нагрузка, усилилось давление на бизнес. Ставка ЦБ РФ до сих пор высокая: налоги растут, а ставка не падает. Все это давит на бизнес. Если до 2026 года мы росли примерно на 20% год к году, то сейчас даже не можем выдерживать прошлогодний темп. Мы падаем по отношению к предыдущему году. При этом у нас выросли расходы на персонал на 11% в первом полугодии, выросли налоги, а суммарная выручка упала на 24%.

Буквально сегодня общался с коллегами, спрашивал, как дела. Они говорят: «Сентябрь был хуже, чем август». Сколько занимаюсь полиграфией — больше 15 лет,— такого ни разу не было. Объясняется просто: полиграфия — это тот вид расходов, который можно сократить в первую очередь. Можно заказать не 100 календарей, а 50, не 100 блокнотов, а 50. У нас есть достаточно крупные клиенты, и мы видим, что они снижают объем заказов. Если раньше наш контрагент заказывал 300 календарей, то в этом году размещает заказ на 100.

Бизнес активно сокращает издержки на то, что не является первой необходимостью. Сейчас у нас должен быть активный сезон. Осень — такое время, когда в прошлом или позапрошлом году разместить заказ было очень сложно: чаще всего все уже загружены до конца года. В этом году такого не происходит. У нас есть свободные мощности. И не только у нас.

— Сократился на 22% за период. Опять же, на заказчиков тоже влияет высокая налоговая нагрузка, ставка ЦБ. Мы тоже вынуждены из-за этого повышать стоимость наших услуг на 20%, поскольку затратная часть выросла на 30%. В результате мы находимся в постоянном стрессе, изучении новых законов, пытаемся избежать штрафов.

— Тут важно заметить: цифровую технику, принтеры, по сути, могут делать только японцы или американцы. Пока никто другой в мире делать их не научился — ни китайцы, ни европейцы. Мы с ушедшими компаниями не работали. Наши партнеры — японские компании Ricoh и Konica. Они и раньше работали в России не напрямую. У них была такая структура: офис в Великобритании, ниже — офис в Нидерландах, а уже ему подчинялось российское подразделение. Ни Ricoh, ни Konica «чемоданы не собрали». У нас даже такой случай был — Ricoh собирала своих клиентов, европейцы подключились по видеосвязи и говорят: «Ребят, держитесь, мы скоро вернемся. Все хорошо, мы понимаем, никто не готов отказываться от такого сладкого пирога, как Россия».

Ответственно заявляю: японские компании, по крайней мере, все остались, кроме Canon. Но у них и так дела в России шли не очень, поэтому рынок их ухода особо не почувствовал. Да, изменилась структура поставок. Теперь они не могут официально поставлять через Европу, поэтому делают это через Китай, через Казахстан. Официально об этом никто не заявляет, но все работает. Да, стало дороже. Но существенно ничего не поменялось.

— На 30–40%. Раньше у нас были выгодные контракты, когда мы работали напрямую с европейцами. Мы могли, условно говоря, выкручивать поставщикам руки. Сейчас такой возможности нет. Теперь позиция такая: хотите — работайте, хотите — не работайте. Больше проблем, наверное, возникло с бумагой, а не с оборудованием.

А если что-то и производим, то этого не хватает: физически не можем полностью закрыть внутренний спрос.

— Офсетную бумагу в России делать можем, с ней проблем нет. Хотя и она поначалу была желтая, если помните. С мелованной бумагой периодически возникают проблемы, хотя часть ее уже научились делать китайцы. Но мы сейчас говорим, наверное, даже не столько про мелованную бумагу, сколько про дорогие премиум-материалы — например, с фактурой льна. Про те, которые производят в Европе — в Италии, во Франции.

— Последние лет десять мы наблюдаем тенденцию к снижению тиражей. Печать становится более индивидуальной, ориентированной на конкретного клиента. При этом мир быстро меняется: постоянно обновляются каталоги, появляется новая продукция, новые фотографии. Я общался с коллегами из других типографий. Они говорят: «У нас, допустим, два заказа в день, один заказ в день. А у вас может быть 300 в день. Как вы выстраиваете бизнес, чтобы физически обрабатывать на производстве 300 заказов в день?» Сейчас на типографии, особенно на офсетные, оказывается колоссальное давление: машины не загружены. А работать так, как мы, они не могут. Поэтому число типографий будет сокращаться. Те, кто не смогут перестроиться, потихоньку уйдут. Но печатные книги никуда не денутся еще лет 50–100. Никуда не денется и упаковка: ее все любят, ее потребление растет. Никуда не денется мерч.

У нас, допустим, сильно выросло количество заказов на стикерпаки, хотя раньше их доля была практически нулевой. В прошлом году мы купили в Китае две автоматические машины и сейчас печатаем стикерпаки в большом количестве. Такие тренды нужно постоянно ловить и на них строить бизнес.

— Выручка точно не вырастет, мы пытаемся ее сохранить хотя бы на уровне прошлого года. EBITDA уже сократилась за полугодие на 30%. Мы надеемся на сезон — ноябрь и декабрь. В прошлом году в это время мы очень хорошо поработали. Но боюсь, что в этом году все будет уже не так хорошо, как в предыдущем.