За высшее положение запросили авторитетный срок

Гособвинитель во время судебных прений в Свердловском областном суде запросил для Георгия Акоева по прозвищу Гия Свердловский 13 лет колонии особого режима со штрафом более 3 млн руб. Согласно обвинению, он был наделен статусом вора в законе в ноябре 2008 года, имел колоссальные влияние в преступной среде, пропагандировал воровскую культуру, следил за «общаком». Вину он не признал.

В Свердловском областном суде закончились прения по уголовному делу Георгия Акоева (Гия Свердловский), обвиняемого в занятии высшего положения в преступной иерархии (ст. 210.1 УК РФ). СМИ называли его последним вором в законе на Урале.

Гособвинитель запросил для подсудимого 13 лет колонии особого режима со отбыванием первых трех лет в тюрьме и штраф более 3 млн руб.

По версии следствия, Гия Свердловский стал вором в законе в начале ноября 2008 года — когда он отбывал срок за разбой (ст. 162 УК РФ). «Коронация» прошла по протекции Тимура Мирзоева (Тимур Свердловский) — племянника одного из самых влиятельных криминальных авторитетов Аслана Усояна (Дед Хасан).

В те годы, по данным следствия, Гия Свердловский во время разговора с работниками ГУФСИН причислял себя к запрещенному в России экстремистскому движению «А.У.Е.». Он пропагандировал преступную культуру, вел и контролировал «общак» — формируемый из доходов от азартных игр, имел колоссальное влияние и авторитет в криминальной среде.

По словам засекреченных свидетелей, в 2024 году Гия Свердловский помог вернуть знакомому статус «мужика» — его вычеркнули из преступной иерархии за употребление наркотиков. Другие свидетели указывали на постоянные «прогоны» (обращения криминальных авторитетов к арестантам) Георгия Акоева. Когда его отправили в СИЗО в ноябре 2025 года, местные арестанты встречали его словами: «Братва, вор заехал».

Как считает обвинение, Гия Свердловский принимал решения о назначении, повышении и понижении криминальных статусов, противопоставлял себя пенитенциарной системе.

Георгий Акоев на судебных прениях назвал обвинительное заключение «халтурой» и перечислил несколько, по его мнению, существенных ошибок. «Мне не предъявили конкретного преступления, которое я бы мог совершить. Нет конкретики, которую можно было бы назвать доказательством»,— сказал он.

По словам Георгия Акоева, показания свидетелей относятся к его первому сроку, а закон не имеет обратной силы. Он добавил, что засекреченные свидетели противоречили сами себе и отталкивались от слухов о нем. Гия Свердловский указал на то, что в материалах уголовного дела отсутствуют финансовые следы перемещения «общака». «Если бы я тратил их на свое усмотрение, то у меня были бы дома, а не ипотечная квартира, новые автомобили, а не 10-летней давности»,— сказал он.

Свое выступление он закончил цитатой из «Фауста» Гете: «Где же чувству чистому развиться, что к справедливости ведет?».

После прений подсудимый выступит с последним словом, и суд вынесет приговор.