Бог помоста

На 80-м году жизни после продолжительной болезни скончался Давид Ригерт, одна из икон советского спорта. Для него, автора шести с лишним десятков мировых рекордов, в тяжелой атлетике, казалось, не существовало ничего невозможного, никаких пределов. И самое удивительное не в количестве выигранных Ригертом титулов, которых набралось огромное количество, а в том, что олимпийское золото среди них только одно — монреальское 1976 года. Два других, им точно заслуженных, великий штангист упустил из-за «баранок» в рывке и несчастливых обстоятельств.

В 1970-е тяжелая атлетика в Советском Союзе была безумна популярна, а героев жанра знали в лицо. Давид Ригерт занимал место в списке героев самых-самых главных, потому что творил со штангой настоящие чудеса и выглядел как накачанный герой западного боевика — не квадратная махина, а атлет идеальных пропорций с подчеркнутой, рельефной мускулатурой. А еще, справляясь с чудовищными весами, он не забывал поиграть на публику, например, как бы слегка подкинув над собой после удачного подхода тяжеленный, под два центнера, снаряд, и умудрялся при этом сохранять какой-то поразительно спокойный, как любили писать, аристократический вид и ледяной взгляд нездешней кинозвезды, лучше фамилии рассказывающий о далеких предках, перебравшихся в Россию из Германии в XVIII веке.

По современным меркам чудесным был и его путь в спортивную элиту. Родился в деревне в Северном Казахстане, у черта на куличках. Там же провел детство и юность. В штангу влюбился, увидев, как супертяжеловес Юрий Власов, у которого в огромной стране был на пике славы примерно тот же статус, что и у Юрия Гагарина, побеждает на Олимпиаде 1960 года. Но долго ни о каком профессиональном спорте, просто о спортивных секциях не мог и мечтать.

Затем был переезд на Кубань, занятия боксом, не отбившие тягу к железу, служба в армии с первыми успехами в играх с ним и знакомство после дембеля со знаменитым тренером Рудольфом Плюкфельдером. В Шахтах в Ростовской области Плюкфельдер воспитал целый отряд знаменитых чемпионов — таких как новый лидер супертяжелого веса Василий Алексеев. А полутяж без заслуг и опыта, которого он согласился взять, покорил наставника прежде всего дисциплинированностью, граничившей с одержимостью: тренировался по три раза в день и справлялся с такими нагрузками, с какими больше никто не мог справиться. И наплевать на то, что при этом нарушал режим и время от времени встревал во всякие переделки — прибавлял же, невзирая на них. А прибавлял Ригерт какими-то фантастически темпами — десятки килограммов за год, хотя ведь какое-то время пришлось параллельно трудиться электриком в шахте.

Давид Ригерт взлетел стремительно. Только что никому не известный мастер спорта — и вот уже член сборной страны. А вот уже и ее лидер в категории до 90 кг, который выигрывает в 1971 году в Лиме первый свой чемпионат мира, устанавливает пачку рекордов, а в 1972-м едет на Олимпиаду в Мюнхен безусловным фаворитом.

На ней с Давидом Ригертом случилась ужасная катастрофа. После первого упражнения — жима, отмененного после тех Олимпийских игр,— он уверенно, с запасом шел впереди. А рывок решил начать, когда все конкуренты с ним уже закончили. Просто стартовый вес заявил такой, что никто из них к нему не подступался. В первом и втором подходе при приседе штанга ушла куда-то назад, за спину, в третьем, заключительном, наоборот, осталась впереди. «Баранка», означавшая, что никакой медали не будет. Законное золото Ригерта досталось болгарину Андону Николову, чья сумма была на 37,5 кг меньше принадлежавшего советскому штангисту рекорда.

От слов насчет самоуверенности, переоценки собственных возможностей, естественно, некуда было деться. Сам же Давид Ригерт говорил о странном мюнхенском помосте — как бы немножко наклоненном. Наклон сбил всю технику и ему, и еще нескольким штангистам, привыкшим на нее полагаться.

И олимпийское золото от него никуда не делось. В 1976-м он завоевал его в Монреале, сумев превратить лишенные на самом деле даже подобия борьбы соревнования (ближайший преследователь отстал на два десятка килограммов) в хит. Никто в зале не понимал, почему гриф и наверченная на него груда блинов, которые человеку с такой, почти обычной комплекцией, наверное, и оторвать-то от пола не суждено, так легко взмывают в воздух, так твердо застывают вверху. Сколько этот монстр зафиксировал в толчке? 212,5 кг?! Когда Ригерт приближался к снаряду, устанавливалась мертвая тишина, когда покидал помост, ее разрывали оглушительные овации. Канада и не могла представить, что тяжелая атлетика тоже может быть роскошным шоу, если есть тот, кто так умеет его делать, используя отведенные минуты на сцене и не переходя за рамки сурового тяжелоатлетического регламента.

А шоумен на пьедестале с трудом сдерживал слезы. Не счастья, а нахлынувшие, как он признавался, из-за воспоминаний четырехлетней давности. В мгновения триумфа его все равно душили досада и обида на Мюнхен.

Шестой свой чемпионат мира — в 1978 году — Давид Ригерт выиграл, перейдя в категорию до 100 кг, в которой с такой же регулярностью бил рекорды. В общей сложности мировых у него, если следовать канону, набралось 63, но есть и данные, что в действительности их даже больше. Однако через пару лет, перед московской Олимпиадой, его вернули в категорию прежнюю. Надо было затыкать образовавшуюся в ней дыру, чтобы не упустить золотую награду.

Он практически сразу со спортом попрощался, но в тяжелую атлетику, посвятив себя разным видам бизнеса, в том числе фермерству, разумеется, возвращался. Ригерту, создавшему в конце концов собственную академию в Таганроге, дважды довелось занять должность главного тренера сборной страны — в середине 1980-х советской, в нулевые — российской. Многие из выступавших за нее спортсменов называли его кумиром, заставлявшим верить в невозможное. Некоторые — просто богом штанги.