«Строительной отрасли нужно привыкать жить по принципу сценарного планирования»

Российский строительный рынок переживает кризис. После продолжительного периода роста объемы строительных работ возвращаются к уровню 2022 года, а запуск новых проектов замедляется. По мнению директора B2B-департамента строительного торгового дома «Петрович» Елены Азаровой, поддержать региональный рынок сможет развитие промышленных и логистических проектов. О том, почему главной проблемой стройки сегодня становятся не цены на материалы,— в интервью Елены Азаровой.

— Что могу сказать: поздравляю, мы в кризисе. Отрасль консервативна, поэтому, даже когда предчувствие кризиса возникло пару лет назад, мы еще долго по инерции двигались к той точке, в которой сейчас оказались. К сожалению, это, скорее всего, еще не дно. До 2025 года мы каждый раз фиксировали рост объема строительных работ — в среднем на 4–5%. Сейчас возвращаемся к уровню 2022 года. По прогнозам аналитиков, 2026 год можем закончить с падением на 1,7%, а в 2027 году снижение может составить еще 0,4%. Если эти цифры подтвердятся, это будет беспрецедентная история: примерно 10 лет мы наблюдали стабильный рост. Сейчас замедляется старт новых проектов, что повлияет на рынок не в моменте.

При этом рынок неоднороден. Мы условно делим его на пять сегментов: жилищное, социальное, коммерческое, промышленное и инфраструктурное строительство. В каждом свои тренды.

Екатеринбург действительно отличается высоким объемом строительства жилья, но сейчас лидирует по другому показателю — распроданности. Но у Свердловской области есть большое преимущество: драйверами роста стройотрасли на ближайший период будут промышленность, инфраструктура и логистика. Регион очень промышленно насыщен, и это может серьезно поддержать отрасль.

— Я бы не сказала, что оно совсем уйдет на второй план. Но так, как оно росло на фоне расширения ипотечных программ, уже не будет. В Свердловской области перспективным сегментом будет промышленное строительство — и я бы не ограничивалась только понятием «новые предприятия». Большинство уже существующих предприятий требуют постоянных инвестиций в собственное поддержание, реконструкцию, инфраструктуру, а в перспективе — и расширение.

— Это сказывается на спросе и всех процессах, которые с ним связаны. Снижение спроса мы вынужденно констатировали по большинству регионов.

Увеличение сроков строительства тоже имеет значение. Если раньше два года считались нормальным сроком, то сейчас три с половиной — уже хороший результат. На те же квадратные метры и тот же объем материалов поставки теперь растягиваются на более длительный период.

Но для «Петровича» негативный тренд несколько сглаживается тем, что мы работаем почти во всех сегментах строительства. Плюс региональное развитие — в конце прошлого года мы зашли в Екатеринбург.

— Послепандемийный удар по ценам мы до сих пор помним. Основной скачок пришелся на 2021–2023 годы. В пандемию накопился колоссальный отложенный спрос, а когда он выплеснулся на рынок, никто к этому не был готов. Не было достаточных запасов, не было возможности быстро расширить мощности. Возник дисбаланс спроса и предложения, плюс подорожала логистика, были разорваны многие цепочки поставок.

Но последние два года ситуация другая. Если говорить о стройматериалах нашего сегмента, по многим продуктам мы видим снижение цены. Любой профицитный рынок ведет к ее снижению. Если говорить очень усредненно, то рост составляет около 5%.

По тяжелым материалам по многим группам мы вообще видим дефляцию. Поэтому стоимость стройматериалов сейчас — не та катастрофа, о которой в строительстве нужно думать в первую очередь.

— Ключевая ставка давит на спрос, на девелоперов и подрядные организации. Но самое сложное сейчас — кассовый разрыв и дебиторская задолженность. Это складывается из большого количества компонентов. Ставка в том числе влияет на ситуацию: ты не можешь легко перекредитоваться.

Строительство — нестабильный процесс, его сложно планировать пошагово: в цепочке огромное количество неопределенностей. Часть подрядных организаций сейчас находится в состоянии кассового разрыва, с долговой нагрузкой, превышающей их возможности. И это, безусловно, давит на стройку. Когда у руководителя уже есть потребность в определенном объеме денежных средств, а спрогнозировать, когда именно он их получит, сложно, предприятие оказывается в тяжелом положении.

— Максимальное давление в этом году приняли на себя общестроительные материалы: стеновые, теплоизоляционные и гидроизоляционные. Самое большое снижение именно там.

Показателен рынок цемента. В январе он фиксировал падение на 27%, по итогам первого полугодия — на 15%. Профицит на этом рынке провоцирует снижение стоимости. Большинство производителей и комплектаторов работают на пределе собственной доходности.

Поэтому по этим продуктам мы видим либо минимальный инфляционный рост, либо в отдельных случаях цены ниже прошлогодних.

— Как бы мы ни печалились по поводу рынка жилья, он по-прежнему занимает доминирующую долю в отрасли. Были периоды, когда он занимал 70–80%, сейчас больше 50%. Следом идет социальное строительство: школы, детские сады, больницы, программы капитального ремонта. Далее — инфраструктура: дороги, мосты, но мы не работаем в этом сегменте.

Конечно, коммерческое строительство. К нему мы относим и крупные складские комплексы, поскольку за ними стоят коммерческие инвесторы. Сейчас этот сегмент затих на фоне последних событий, но он может неожиданно изменить вектор спроса. Если вдруг будет принято решение, что поврежденные склады надо будет восстанавливать, то мы еще и дефицит материалов увидим.

Промышленное строительство — отдельный сложный сегмент. Его тяжелее анализировать, потому что инвестиционные программы могут быть рассчитаны на годы и продлеваться.

— Если говорить непосредственно о рынке стройматериалов, всего около 4% приходится на импорт. Это лифтовое оборудование и материалы люкс-класса для объектов бизнес-класса. Поэтому в самом рынке стройматериалов зависимости практически нет: мы в основном все производим внутри страны.

Но если посмотреть шире, на входные потоки в производство, ситуация гораздо сложнее. Основная проблема — оборудование для производства стройматериалов.

Сейчас нам кажется, что все хорошо, потому что рынок профицитный и мощностей хватает. Но они рассчитаны на умеренный рынок. Всплеск спроса может привести к дефициту. А открытие новых производств требует оборудования, и здесь начинается импортная зависимость.

— Если говорить о той части, на которую мы можем влиять,— это покупка материалов впрок. У нас до сих пор используется подход: «лучше завезти, чтобы было». Но стройплощадка — это не склад. Материал может испортиться, а главное — вы замораживаете деньги.

Нужно развивать управление цепочками поставок и цифровые инструменты управления ими. Сейчас далеко не каждая компания может ответить, сколько материалов было закуплено, сколько использовано и сколько потеряно.

Цифровизация пока не работает на полную мощь, так как у руководителей другие заботы. Рост банкротств за первое полугодие составил 37%, около 30% подрядных организаций находятся в серьезных финансовых сложностях. Когда ты не знаешь, будут ли у тебя деньги через месяц, сложно думать о долгосрочной цифровой трансформации. До цифрового управления цепочками поставок руки не доходят.

— На всех нас влияют внешние факторы. Поэтому приходится строить несколько сценариев. Первый прогноз — умеренная стагнация в течение двух-трех лет. Второй — неожиданный рост спроса, дефицит и инфляция на стройматериалы. Я считаю эти сценарии равновероятными.

Строительной отрасли нужно привыкать жить по принципу сценарного планирования. И не расстраиваться, если какие-то прогнозы не сбудутся. И не хвастаться, если сбудутся.