Идеальная форма

Пластические хирурги Краснодара о запросах пациентов, профессиональном табу и цене красоты

Пластическая хирургия давно доступна не только богатым и знаменитым, но мифов вокруг нее по-прежнему больше, чем правды. Мы решили разобраться, где проходит грань между «хочу» и «надо», кто сегодня диктует моду на внешность, стоит ли ехать «за носом в Корею» и почему от операции иногда лучше отказаться. Вместе с пластическими хирургами Клиники Екатерининская мы обсудили самые острые вопросы: от выбора врача и запросов пациентов до ценников и трендов завтрашнего дня.

Кокаев Казбек Таймуразович — пластический и реконструктивный хирург. Специализируется на омоложении лица и пластике тела. Помимо эстетических операций, вместе с командой выполняет реконструкцию груди после онкологических заболеваний молочной железы. Профессиональный опыт — более 15 лет.

Теремов Алексей Владимирович — пластический хирург, онколог, специализируется на эстетической и функциональной коррекции носа. Имеет профессиональный стаж более 7 лет.

Кузьменко Антон Олегович — челюстно-лицевой хирург эстетического профиля, онколог. Специализируется на омолаживающих операциях лица: эндоскопической и SMAS-подтяжке, блефаропластике. Профессиональный опыт — более 3 лет.

Как не ошибиться?

Решиться на пластическую операцию — полдела. Гораздо сложнее найти того самого хирурга, которому можно доверить свое лицо и тело. Вопросов всегда больше, чем ответов: можно ли верить отзывам в сети, кого слушать — друзей или восторженные посты в соцсетях и где подсмотреть реальные результаты работы?

Алексей Теремов, пластический хирург Клиники Екатерининская: «Безусловно, на первом месте остается "сарафанное радио" и личные рекомендации — это основной канал, откуда пациенты узнают о врачах. Также люди активно изучают отзывы на профильных порталах, например на "ПроДокторов". Что касается портфолио и оценки результатов работ, то сейчас большинство хирургов демонстрируют их на своих личных сайтах».

Казбек Кокаев, пластический хирург Клиники Екатерининская: «Оптимальный вариант при выборе специалиста — это так называемое "сарафанное радио". Если кто-то из ваших знакомых уже оперировался у конкретного хирурга, вы имеете возможность лично оценить результат его работы и услышать честное мнение из первых уст.

К информации в интернете стоит относиться с долей критики, так как нередко возникают спорные ситуации, в которых пациенты могут не до конца разобраться в медицинской специфике вопроса. При этом хирург, в силу законодательства и соблюдения врачебной тайны, просто не имеет права публично озвучивать свою позицию и детали лечения. Поэтому лучший способ составить первичное впечатление о враче — изучить его портфолио, которое сегодня есть в социальных сетях абсолютно у каждого специалиста».

Антон Кузьменко, пластический хирург Клиники Екатерининская: «Если мы говорим о реконструктивной маммопластике, то здесь возникает главный подводный камень. Пациентки часто путают эстетическую и реконструктивную хирургию.

Эстетика — это работа со здоровыми тканями, где заживлению ничего не препятствует. Реконструкция — это работа с рубцами, тканями после химио- и лучевой терапии, где сосуды могут быть толщиной с волос.

Увы, сегодня рынок переполнен предложениями от пластических хирургов, не владеющих микрохирургической техникой. Попытка провести реконструкцию через экспандеры или импланты в таких условиях часто заканчивается осложнениями — протрузией, некрозом кожи и образованием дефекта, который впоследствии приходится закрывать микрохирургическим лоскутом».

Свои или чужие?

«Куда едут за красотой?» — этот вопрос уже много лет будоражит умы тех, кто решился на пластическую операцию. В обществе прочно укоренился стереотип: лучшая медицина — за границей. Но так ли это на самом деле?

Казбек Кокаев: «Масштаб этого явления сильно преувеличен. Напротив, мы видим совершенно иную картину: огромное количество пациентов из-за рубежа стремятся попасть именно к российским врачам, часто к ним даже сложно записаться из-за плотного графика.

Уровень отечественной пластической хирургии сегодня — один из самых высоких в мире, при этом стоимость услуг остается весьма привлекательной. Поэтому сейчас мы наблюдаем активный рост въездного медицинского туризма: люди едут за красотой именно в Россию».

Алексей Теремов: «Конечно, поехать можно: за границей тоже есть хорошие специалисты, хотя не стоит считать их абсолютными гуру. Главная проблема медицинского туризма заключается в расстоянии: если в послеоперационный период возникнут какие-либо вопросы или осложнения, ваш хирург будет находиться слишком далеко, а это может создать серьезные трудности для пациента».

Мужской взгляд

В эпоху гендерного равенства и борьбы за право на самовыражение может показаться, что пластическая хирургия давно перестала быть сугубо женской прерогативой. Однако реальная статистика приемов говорит об обратном. И, судя по прогнозам специалистов, в ближайшие годы ситуация кардинально не изменится.

Алексей Теремов: «Женщин по-прежнему подавляющее большинство. Если говорить, например, о ринопластике, то соотношение женщин и мужчин составляет примерно тридцать к одному».

Казбек Кокаев: «Как и прежде, подавляющее большинство наших пациентов — это женщины. Уверен, что эта тенденция сохранится и в будущем».

В самом расцвете

Стереотип о том, что к пластическому хирургу бегут после сорока, давно устарел. Сегодня эстетическая медицина молодеет с каждым годом, но бум обращений все еще приходится на вполне конкретную возрастную группу.

Казбек Кокаев: «Сейчас основная масса пациентов — это люди в возрасте от 30 до 40 лет. Именно в этот период начинают проявляться первые заметные возрастные изменения. Возникает естественное желание продлить молодость, сохранить свежесть и тонус, ведь впереди еще долгие годы активной жизни».

Алексей Теремов: «Для каждой операции есть свой возрастной диапазон. Если говорить о моей практике, то основная часть пациентов — это люди от 20 до 40 лет».

Антон Кузьменко: «Меня спрашивают, есть ли смысл делать омолаживающие операции в 30–35 лет, чтобы "зафиксировать" результат? Да, это хороший возраст. Результат продержится до 50 лет. Но важно понимать: стареют не только кожа, но и кости с мышцами, поэтому процедуру рано или поздно придется повторять. Главная цель — быть красивой сейчас, а не терпеть ухудшение в течение 5 лет до поздней операции. Особенно важен период климакса, когда ткани сильно меняются».

Сезон охоты

Решение лечь под нож хирурга редко бывает спонтанным. Как правило, оно вызревает месяцами, но момент, когда пациент наконец берет трубку и записывается на консультацию, часто совпадает с определенными жизненными циклами: смена работы, развод, день рождения или просто приход весны. Совпадает ли этот внутренний порыв с объективной хирургической «сезонностью»?

Казбек Кокаев: «Стремление женщин быть молодыми, красивыми и подтянутыми неизменно. Это базовое желание, которое всегда будет формировать основной запрос к пластическим хирургам.

Если говорить о сезонности, то, например, в летний период традиционно возрастает спрос на операции на лице. Это объясняется тем, что такие вмешательства гораздо легче переносятся в жаркое время года с точки зрения реабилитации (в отличие от операций на теле, которые часто требуют ношения плотного компрессионного белья)».

Алексей Теремов: «Базовый топ популярных операций остается неизменным, но подходы эволюционируют. Например, в ринопластике мы идем к абсолютной естественности. В хирургии век изолированная блефаропластика отходит на второй план — чаще всего мы комбинируем ее с лобно-височным лифтингом, так как первый вариант сам по себе не всегда дает выраженный омолаживающий результат, а в пластике тела на смену классической абдоминопластике все чаще приходят комплексные бодилифты».

Естественность как тренд

Современный мир диктует новые правила игры: пластика становится естественной. Уходят в прошлое «губы-уточки» и натянутые до неузнаваемости лица, констатируют врачи.

Алексей Теремов: «Главный тренд — это стремление к максимальной естественности. Специфические, гипертрофированные или нестандартные запросы сейчас встречаются крайне редко».

Казбек Кокаев: «Глобальный тренд — это курс на естественность. Прошли времена гипертрофированных форм. Сегодня главным запросом является отсутствие видимых следов вмешательства. Результат должен выглядеть так, будто пациент не был у хирурга, а просто отлично выглядит от природы. Второй важнейший тренд — запрос на малотравматичные процедуры и максимально быструю, комфортную реабилитацию».

Антон Кузьменко: «Могу рассказать, что сейчас в тренде для создания "осиной талии". Раньше удаляли ребра. Сейчас мы делаем перелом ребер через проколы под местной анестезией, а затем пациент носит корсет три месяца для утяжки. Это сочетается с липосакцией и абдоминопластикой».

Диктатура красоты

Кто сегодня решает, что значит «быть красивой»? Индустрия потеряла монополию в этом вопросе. Сегодня в игру вступили нейросети, блогеры с миллионной аудиторией и, как отмечают врачи, близкий круг общения.

Казбек Кокаев: «Это всегда комплексный процесс. Наше окружение (семья, друзья, знакомые), медийные личности, инфлюенсеры, искусство — все они вносят свой вклад, складывая, как пазлы, общую картину того, что мы считаем красивым в тот или иной момент времени».

Право на отказ

Многие идут к хирургу с мыслью: «Это мое тело, мои деньги — что хочу, то и делаю». Однако для врача поход начинается не с изучения кошелька клиента, а с изучения его здоровья и психики. Часто ли врачам приходится отказывать пациентам?

Антон Кузьменко: «Мы отказываем, если нет подходящих сосудов (по КТ) или нет избытка жировой ткани на животе для лоскута. Также если у пациентки были операции на животе. В таком случае предлагаем альтернативу или просим набрать вес. Также мы часто отказываем в классической верхней блефаропластике, так как без эндоскопии (подтяжки бровей) она дает осложнение — А-образную деформацию. Также были случаи, когда пациентки отказывались приезжать на очный осмотр, потому что я им понравился по фото в Telegram. Мы просим приходить лично, чтобы объективно оценить проблему.

Еще пример: приходят пациентки, которые хотят сделать все и сразу (лицо, тело, ребра, ноги). Мы тоже отказываем. Есть четкая этапность, особенно после массивной потери веса. Сначала делаем центр (бодилифт), затем крепим к нему грудь, руки и ноги. Всего может быть до четырех этапов. Пациентам с завышенными ожиданиями мы также отказываем».

Алексей Теремов: «Отказываю нечасто, но такие случаи бывают. Например, когда пациент приходит с уже прооперированным и объективно хорошо сделанным носом, но хочет переделать все ради какой-то едва заметной мелкой детали. В таких ситуациях риск не оправдывает цель, и операцию лучше не делать. Также я могу отказать, если эстетические запросы пациента в корне не совпадают с моим профессиональным видением того, как должен выглядеть гармоничный результат».

Казбек Кокаев: «На самом деле нечасто. Современные пациенты стали гораздо более осознанными: они адекватно оценивают свою внешность и приходят на консультацию уже с реальными показаниями к вмешательству. Сегодня наша работа чаще заключается не в отказах, а в коррекции ожиданий пациента — мы обсуждаем реальные возможности хирургии и подбираем оптимальный объем операции для достижения гармоничного результата».

Цена вопроса

«Это дорого» — главная причина, по которой женщины отказываются от мечты изменить внешность. Да, операция стоит как несколько зарплат. Но стоит ли путать «дорого» и «недоступно»?

Казбек Кокаев: «Утверждение, что пластика — это услуга только для очень богатых людей, сегодня уже миф. Существует множество клиник и высококлассных специалистов, которые оперируют на мировом уровне, сохраняя при этом разумную ценовую политику. Поэтому можно смело сказать, что сейчас ту или иную эстетическую коррекцию может позволить себе практически каждый».

Алексей Теремов: «Объективно, пластическая хирургия — это недешевое удовольствие. Человеку со средним заработком, скорее всего, придется целенаправленно и довольно долго копить, чтобы позволить себе качественную операцию».

Секрет на миллион

Молчание о пластических операциях стало негласным правилом. С одной стороны, каждый из нас волен распоряжаться телом по своему усмотрению, и врать о визите к хирургу — не преступление. Но совсем другое дело, когда, к примеру, некая знаменитость приписывает подтяжку лица зарядке, а осиную талию — чудесам диетологии. Как врачи относятся к тому, что пациенты скрывают факт пластики?

Алексей Теремов: «Это очень индивидуально. Большинство наших пациенток абсолютно не скрывают, что сделали операцию, и открыто об этом говорят. Конечно, есть и те, кто предпочитает сохранить это в тайне и просит не публиковать их фото в наших социальных сетях. Мы всегда уважаем этот выбор».

Казбек Кокаев: «Каждый человек имеет полное право поступать со своим телом и информацией о нем так, как считает нужным. Проблема возникает в другом: когда публичные люди выдают результат работы хирурга за собственные достижения — изнурительные диеты, тренировки в спортзале и так далее. Окружающие, пытаясь достичь такого же идеального результата исключительно естественным путем, зачастую просто наносят вред своему здоровью».

Взгляд в будущее

Сложно предсказывать, подарит ли нам наука таблетку от старения уже завтра или через сто лет. Но, пока мы ждем этого чуда, пластическая хирургия не стоит на месте — она становится умнее, безопаснее и тоньше. Какой же видят завтра пластическую хирургию сами врачи?

Казбек Кокаев: «Сложно загадывать. Возможно, уже завтра наука создаст препарат, который подарит людям вечную молодость без скальпеля. Но пока этого не произошло, мы просто продолжаем работать здесь и сейчас: совершенствуем работу и ищем новые, более безопасные и эффективные пути решения возрастных и эстетических проблем».

Алексей Теремов: «Думаю, со временем изолированная блефаропластика станет крайне редкой операцией. И пациенты, и врачи уже понимают, что сама по себе она не дает комплексного омолаживающего эффекта. Будущее за эндоскопическими подтяжками. Изолированная пластика век останется, скорее всего, только для возрастных пациентов исключительно по функциональным медицинским показаниям: например, когда нависание век мешает зрению.

Самая динамично развивающаяся отрасль сегодня — это постбариатрическая хирургия, то есть операции после массивной потери веса. Те самые комплексные бодилифты (круговые подтяжки тела) сейчас активно совершенствуются и набирают огромную популярность».

https://www.clinic23.ru/

Реклама.