Уроки с поправкой на ИИ

Распространение генеративного искусственного интеллекта стимулирует пересмотр подходов к обучению и оценке знаний школьников. Если еще несколько лет назад основная дискуссия касалась цифровизации школ и доступа к технологиям, то сегодня эксперты обсуждают, какие функции должны оставаться за педагогом, а какие могут взять на себя алгоритмы.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Распространение искусственного интеллекта в российских школах и вузах не приведет к замене педагогов алгоритмами, однако заставит перестроить систему контроля знаний. К такому выводу пришли участники сессии «Эволюция технологий в образовании. Возможности и границы» на ЦИПР-2026.

ИИ прежде всего возьмет на себя рутинные задачи — от подготовки материалов до проверки типовых работ, тогда как за учителем останутся мотивация учеников и сопровождение образовательного процесса. «Технологии будут присутствовать практически в каждом процессе и смогут подстраиваться под каждого ученика, но за монитором всегда будет учитель», — отметил на сессии зампредседателя ВЭБ.РФ Александр Тарабрин.

В условиях быстро меняющегося рынка труда будущим специалистам придется не раз менять профессию и развивать новые навыки. «Задача учителя — научить детей учиться, дать все те функции, которые максимально развивают мозг и создают возможность для обучения и развития мыслительного процесса», — добавил Александр Тарабрин. Директор департамента цифровой трансформации и больших данных Минпросвещения Андрей Горобец пояснил, что технологии не отменяют необходимости фундаментальной подготовки по базовым дисциплинам, которая формирует критическое мышление и способность самостоятельно оценивать информацию.

Впрочем, ИИ уже меняет требования учеников к процессу: образовательный контент должен конкурировать с цифровыми сервисами по уровню вовлечения. «Образовательный контент можно сделать интересным. Давать не просто примеры, а задачи, которые цепляют. Ребенку нравятся трансформеры? Пусть решает задачи с роботами. Геймификация — один из ключей к возвращению детского внимания», — предложил директор направления «Молодые профессионалы» в Агентстве стратегических инициатив (АСИ) Александр Вайно.

Домашние задания меняют формат

По данным доклада ОЭСР «Перспективы цифрового образования — 2026», большинство старшеклассников и студентов уже регулярно используют искусственный интеллект в учебном процессе. Наиболее распространенные сценарии — поиск информации и объяснение сложных понятий, генерация идей и текстов, а также получение готовых решений учебных задач. Педагоги также применяют технологии для подготовки занятий и составления учебных материалов.

«Использование ИИ в образовании — и учащимися, и педагогами — это новый контекст, который существует объективно, вне зависимости от нашего желания», — говорит руководитель направления образовательных программ Центра трансформации образования «Сколково» Ольга Немирович. По ее словам, технологии прежде всего сделали привычные практики более доступными: если раньше школьнику нужно было искать решебник или обращаться за помощью к одноклассникам, то теперь достаточно загрузить задание в чат-бот.

Впрочем, эксперты полагают, что домашние задания не должны исчезнуть, но обязаны трансформироваться. «Вместо рутинных задач, которые легко решит нейросеть, акцент смещается на развитие критического мышления, креативности и навыков командной работы. Важно оценивать не только результат, но и сам процесс — как ученик рассуждает, аргументирует, ищет и проверяет информацию», — рассказывает Александр Вайно.

Академический директор онлайн-школы «Фоксфорд», доктор наук об образовании Дмитрий Аббакумов отмечает, что генеративный ИИ снижает ценность заданий с единственным верным вариантом ответа. «Это низший уровень когнитивной нагрузки в образовательном процессе, и именно простое воспроизведение информации автоматизируется в первую очередь», — поясняет эксперт.

В качестве альтернативы таким заданиям эксперт предлагает два типа заданий. Первый — задания без ключа: те, в которых ответ выстроен на последовательности аргументов, рассуждений и в которых виден мыслительный процесс ученика, не сводящийся к готовому решению. Второй — совместные задания с ИИ как участником: они позволяют выявить способность ребенка формулировать задачи, управлять процессом и верифицировать результат. «Отдельно возрастает значимость метакогнитивных навыков: умения ставить факты под сомнение и перепроверять их, искать альтернативные интерпретации. Хорошее домашнее задание сегодня — это задачи, где когнитивная нагрузка, метакогниция и гибкие навыки — креативность, сотрудничество, критическое мышление — переплетены намеренно, а не случайно», — добавляет Дмитрий Аббакумов.

Риски применения ИИ школьниками связаны с развитием «когнитивной лени» — когда решение перекладывается на чат-бот, производительность растет, а реального прогресса в знаниях нет, объясняет Ольга Немирович. Поэтому главной задачей становится не ограничение использования ИИ, а сохранение самостоятельной интеллектуальной работы учащихся.

От массового обучения — к персональному

Технологии помогают адаптировать образовательную траекторию под конкретного ученика. По словам Дмитрия Аббакумова, универсальный для всех контент не может закрыть реальный разброс в темпе, уровне и мотивации учеников: одни и те же задачи кому-то могут быть избыточными, а другим — недостаточными. «ИИ способен адаптировать сложность и объем заданий на основе данных о прогрессе ученика, его реакциях на конкретные задачи и паттернах активности», — добавляет эксперт.

Однако есть системное ограничение: персонализация заданий без качественной обратной связи от учителя теряет педагогический смысл. Если ученик не получает содержательной обратной связи, он перестает воспринимать задание как значимое — индивидуально подобранные задания превращаются лишь в техническую настройку процесса.

Одной из наиболее обсуждаемых моделей организации обучения остается «перевернутый класс». В этой системе ученик знакомится с теоретическим материалом самостоятельно — через видеоуроки, интерактивные курсы и цифровые ресурсы. Учебное время используется для обсуждений, решения практических задач и совместной работы. «Учитель перестает быть транслятором знаний и становится наставником, проектировщиком образовательной среды», — поясняет Ольга Немирович.

С технической точки зрения внедрение подобных практик не требует сложной инфраструктуры: нужны лишь интернет и базовые цифровые инструменты, отмечают в АСИ. Однако массовое распространение «перевернутого класса» сталкивается с организационными ограничениями.

По оценке Дмитрия Аббакумова, модель показывает хорошие результаты в школах с высоким уровнем методической зрелости. Для успешного внедрения «перевернутого класса» необходимы качественный и автономно понятный теоретический контент, прозрачный интерфейс с четкой последовательностью действий, система контроля прохождения теории до практического занятия, а главное — смена роли учителя с транслятора знаний на помощника в их применении.

Новой школе — новые люди

Многие обсуждаемые сегодня модели обучения предполагают появление нового профиля педагога. От него требуется не только передавать знания, но и проектировать образовательную среду, сопровождать индивидуальные траектории развития, модерировать дискуссии и работать с групповой динамикой. При этом значительная часть педагогов сформировалась в системе, где основной функцией было именно объяснение материала.

Дополнительным ограничением остается высокая нагрузка на учителей. По мнению Александра Вайно, без системных инвестиций и пересмотра нагрузки на педагогов даже самые передовые технологии останутся лишь красивым дополнением, не меняющим сути учебного процесса.

Отдельный вопрос связан с готовностью самих учеников к большей самостоятельности. По словам Ольги Немирович, в обсуждениях будущего образования часто фигурируют образ «идеального учителя», способного выстраивать индивидуальные траектории для каждого ребенка, и образ «идеального ученика», который хочет и умеет учиться самостоятельно. На практике оба условия не всегда выполняются, а в образовательном процессе присутствуют еще и родители. Согласно исследованию Global Parents Survey, российские родители тратят на помощь детям с учебой около 7,5 часа в неделю — больше, чем в США (6,5 часа), Германии (5 часов) и Франции (3,9 часа).

Новые форматы домашних заданий потребуют большей самостоятельности от учеников и готовности родителей передавать ребенку ответственность за результаты обучения. Сами же технологии не способны решить две фундаментальные задачи — сформировать мотивацию к обучению и научить человека самостоятельно выстраивать познавательный процесс.

Екатерина Кузнецова