«Должники боятся осуждения за банкротство больше, чем просрочек и их последствий»
Сооснователь компании «Практика банкротства 365» Максим Попов — о страхах, связанных с несостоятельностью граждан
Совокупный объем долгов россиян к началу года превысил 45 трлн руб. Объем просроченной задолженности по розничным кредитам — 1,6 трлн руб. Это следует из данных ЦБ РФ. При этом граждане не спешат проходить процедуру банкротства. Это связано с низкой финансовой грамотностью населения, незнанием механизма признания граждан несостоятельным, культурными установками и страхом, что другие узнают о проблемах с деньгами, считает сооснователь компании «Практика банкротства 365» Максим Попов.
Фото: предоставлено Максимом Поповым
Фото: предоставлено Максимом Поповым
«К началу года совокупный объем долгов россиян превысил 45 трлн руб. За квартал он увеличился на 2,2%. Объем просроченной задолженности по розничным кредитам населения достиг 1,6 трлн руб. Это почти на 30% больше, чем годом ранее. Такие данные приводит ЦБ РФ. Среди физлиц в России насчитывается более 2,2 млн банкротов.
Чаще всего граждане допускают просрочку по кредитам из-за задержки зарплаты или потери работы. В условиях избыточной кредитной нагрузки многие должники продолжают гробить свое здоровье на подработках, ломают позвоночники на складах или в курьерской доставке, закладывают в банки единственное жилье — в общем, делают все, что угодно, лишь бы не подавать на банкротство.
Причин, почему в российском обществе сложилось негативное отношение к банкротству, несколько. Во-первых, советское наследие. В СССР кредитов не давали, и, заняв денег у соседа или коллеги, возврат займа становился так называемым делом чести. В результате несколько поколений выросли с убеждением, что долг — это священное обязательство, которое нужно отдать любой ценой.
Во-вторых, православная культура. Долг ассоциировался с грехом, будто иметь его неправильно с моральной точки зрения. Если ты в долгах, значит жил не по средствам, был алчен и расточителен. В такой парадигме банкротство воспринимается как попытка “избежать расплаты за грехи”.
В-третьих, люди боятся осуждения извне — они готовы годами жить в долгах, лишь бы соседи, родственники или коллеги не узнали об этом и не обсуждали их финансовые проблемы. Наблюдается парадокс: должники боятся осуждения за банкротство больше, чем просрочек и их последствий.
Кроме того, исторически в России законы воспринимались не как защита, а как репрессивный инструмент. Поэтому даже законная процедура банкротства кажется жителям преступлением. Кроме того, граждане обладают низкой финансовой грамотностью: многие просто не знают, что банкротство — это законное право, а не лазейка или обман банков. При этом банки, микрокредитные организации и коллекторы специально давят на граждан, чтобы они продолжали платить минимальные платежи годами и боялись процедуры банкротства.
В четвертом квартале 2025 года, по данным ЦБ РФ, объем реструктурированных кредитов физлиц сократился более чем в два раза, до 149 млрд руб. Доля отказов по новым кредитам и на рефинансирование достигла 82%. Как итог — люди обращаются к микрозаймам и еще глубже погружаются в долговую яму.
В действительности, банкротство является законным механизмом, разработанным государством специально для защиты добросовестных граждан и семей, попавших в тяжелую финансовую ситуацию. Эту процедуру используют миллионы людей по всему миру. Но установки, указанные выше, сильнее логики, из-за чего на банкротство человек решается подать только тогда, когда увидит успешный личный пример кого-то из своего близкого окружения».