Приватизационный скандал

       Прилично ли приватизированным фабрикам и заводам общаться по государственным линиям связи?

Выгоднейший объект приватизации пытаются оставить в государственной собственности
       Неожиданно большой резонанс во время съезда народных депутатов вызвало принятое Госкомимуществом решение о приватизации государственных предприятий магистральной электросвязи, на основе которых в этом году должно возникнуть акционерное общество открытого типа "Ростелеком".
       Председатель комиссии по транспорту, связи, информации и космосу палаты республики Верховного Совета Алексей Адров обвинил подписавшего документ заместителя председателя Госкомимущества Петра Мостового в желании разрушить систему национальной безопасности, ссылаясь на то обстоятельство, что через каналы магистральной электросвязи производится управление ядерным потенциалом России. Г-н Адров утверждал при этом, что зампред ГКИ превысил полномочия и разрешил приватизацию без решения правительства.
       Г-н Мостовой, к которому корреспондент Ъ обратился за комментариями сложившейся ситуации, предпочел ответить на обвинения г-на Адрова через Ъ в форме открытого письма, которое и публикуется. Первый заместитель председателя Госкомимущества Петр Мостовой отвечает за разработку схем акционирования в ключевых отраслях народного хозяйства, в том числе стратегических. Им разработаны проекты принятых в течение прошлого года указов президента по приватизации предприятий топливно-энергетического комплекса — газовой, нефтяной и угольной промышленности. Вполне вероятно, что точка зрения человека, занимающего один из ключевых постов в Госкомимуществе, впервые высказываемая с такой степенью откровенности, будет интересна всем, кто так или иначе участвует в приватизации.
       Системы связи являются одним из наиболее привлекательных объектов для инвестиций в России, что подтверждается сосредоточением в этой сфере большой доли инвестированного в России иностранного капитала. Не вызывает сомнения, что полемика, развернувшаяся вокруг приватизации российской части единой автоматизированной сети связи бывшего СССР, в ближайшее время будет продолжена: ведь речь идет, в частности, о приватизации всех российских магистральных линий связи (кабельных, радиорелейных и спутниковых), по которым осуществляется как обычная абонентская междугородная связь, так и оперативное управление различными системами жизнеобеспечения и военными объектами (в том числе и ядерными). Кроме самих линий, приватизации подлежат и технологически связанные с ними многочисленные центры коммутации (в том числе и те, что строились под землей на случай войны), а также территориальные управления междугородных связей (УМС). По данным Ъ, инициатива приватизации "Ростелекома" принадлежит Министерству связи России.
       Эксперты Ъ отмечают, что, к примеру, в США военная продукция производится открытыми акционерными корпорациями, они же владеют и системами связи типа тех, приватизация которых стала предметом спора. Видимо, при правильно выбранной схеме акционирования, учитывающей интересы всех участвующих сторон, приватизация этого комплекса вполне осуществима.
       
Открытое письмо
       народному депутату А. Н. Адрову
       и его единомышленникам (истинным и мнимым)
       Уважаемый Алексей Николаевич!
       Ввиду того, что я не имею возможности обратиться к Вам с той же трибуны, с которой прозвучали Ваши обвинения в мой адрес, тиражированные затем средствами массовой информации, я вынужден избрать для своего ответа форму открытого письма, в надежде на то, что здравомыслящие и компетентные люди, способные по достоинству оценить нашу с Вами полемику, на Руси не перевелись.
       Итак, Вы утверждаете, что в моем решении о приватизации предприятий магистральной электросвязи содержится угроза национальной безопасности. При этом Вы игнорируете положительные заключения Министерства обороны, Министерства безопасности, Госкомитета по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям, Федерального агентства правительственной связи — т. е. всех государственных органов, отвечающих за национальную безопасность в интересующей Вас сфере. Боюсь, Вы не считаете необходимым разобраться в том, что в действительности происходило и происходит в отрасли.
       Позволю себе несколько цитат из официального доклада о состоянии отрасли, представленного правительству.
       В течение всех лет советской власти развитие отрасли "Связь" осуществлялось по "остаточному принципу": по уровню обеспеченности населения и народного хозяйства страны услугами связи СССР, а впоследствии — Россия далеко отстали от промышленно развитых стран, в приоритетном порядке финансировались только системы оборонного назначения, многие из которых абсолютно нерентабельны и не могут эффективно использоваться в других целях.
       Из-за распада СССР предприятия связи лишились значительной части доходов (валютных) от международного обмена.
       Под влиянием общего экономического спада в последние годы непрерывно снижался темп обновления основных фондов, сегодня вынужденное сокращение бюджетных расходов на военные нужды и инфляция лишают государственные предприятия всяких надежд на получение дополнительных средств.
       В результате этих процессов катастрофическое ухудшение технических характеристик линий и каналов связи, снижение их надежности уже создали реальную угрозу национальной безопасности. Устранить ее можно, только радикально изменив условия деятельности предприятий, обеспечив им свободный доступ к негосударственным инвестиционным ресурсам, что невозможно без их преобразования в акционерное общество и широкомасштабной конверсии. Но для Вас не имеют значения ни объединение всей системы магистральной электросвязи в единую структуру (хотя по другим поводам Вы и многие Ваши коллеги не раз громогласно заявляли, что Госкомимущество разрушает технологические связи между предприятиями), ни происходящее при этом восстановление взаимодействия систем связи на территории СНГ, ни сохранение контрольного пакета акций создаваемого АО "Ростелеком" в федеральной собственности.
       Все это содержится в цитируемом Вами распоряжении, но Вы предпочли полностью исказить его смысл, чтобы воздействовать на эмоции остальных депутатов, с этим документом не знакомых.
       Даже привлечение Верховного Совета к работе создаваемой в соответствии с законом комиссии по приватизации Вы пытаетесь поставить мне в вину (вместо того чтобы использовать эту легальную возможность для защиты своего понимания национальных интересов)!
       Утверждая, что я не имел права принимать решения о приватизации предприятий магистральной электросвязи, так как государственная программа относит их к приватизируемым по решению правительства, Вы игнорируете тот факт, что правительство своим постановлением от 22.12.92 г. #1003 разрешило приватизацию предприятий связи, установило условия, на которых принимаются решения об их приватизации, и поручило рассмотрение этих вопросов Госкомимуществу. Так что это мое решение, которое я считаю необходимым обнародовать, строго соответствует закону, и если бы кто-нибудь взял на себя труд рассмотреть другие — вывод, уверен, был бы тот же!
       Такая позиция объяснима лишь если предположить, что Ваше понимание исчерпывается "законом о национализации". Иначе трудно объяснить столь откровенное игнорирование Закона, фактов и пренебрежение элементарным здравым смыслом. Приходится признать, что Ваше выступление преследовало исключительно политические цели: положить конец приватизации и вообще экономическим реформам в России, дискредитировать тех, кто осуществляет эти реформы. Меня не удивляет, что на VIII съезде народных депутатов Ваши слова оказались вложенными в уста уже откровенно реакционных деятелей — к этому ли Вы стремились, г-н Адров?
       Разумеется, обсуждение мнимой "угрозы национальной безопасности" политически очень выигрышно: "предостерегать", "бить тревогу" — это обещает широкий общественный резонанс, особенно если "общественное мнение" уже наэлектризовано. К тому же это много легче, чем взвешивать все "за" и "против" в поисках реального выхода из трудной ситуации. Но подталкивая власти к консервативному, "охранительному" решению, отдаете ли Вы себе отчет в том, насколько отдаляется при этом выход из кризиса и насколько тяжелее становятся его последствия? Не слишком ли велика такая плата за сиюминутный политический результат?
       Впрочем, я забыл — Вы ведь не несете за свои действия никакой ответственности, кроме моральной. От судебного преследования Вы (в отличие от меня) защищены депутатским иммунитетом. И я, конечно, не жду, что Ваши политические взгляды заставят Вас больше думать о завтрашнем дне России, чем о собственном сегодняшнем. Но моему личному и гражданскому достоинству, профессиональной репутации Вы нанесли огромный ущерб, и, зная Вас как человека порядочного, я жду от Вас удовлетворения. А достаточным удовлетворением я счел бы публичное признание Вами своей неправоты, сделанное при обстоятельствах, аналогичных тем, при которых прозвучали Ваши обвинения — на заседании Верховного Совета.
       
Честь имею,
       П. Мостовой,
       первый заместитель председателя
       Госкомимущества России