«Руслан» и арбитры

“Ъ” проанализировал ситуацию вокруг разбирательства в международном инвестиционном арбитраже по иску российской авиакомпании «Волга-Днепр» к Канаде из-за ареста самолета в 2022 году. По оценкам юристов, шансы авиакомпании добиться в суде возврата самолета зависят от ряда факторов: обстоятельств и оснований изъятия воздушного судна, наличия защищаемых по межгосударственному соглашению инвестиций и выбора арбитров. В частности, позицию истца существенно усиливает то, что арестованный Ан-124 «Руслан» перевозил гуманитарный груз.

“Ъ” разобрался в нюансах спора грузовой авиакомпании «Волга-Днепр» с властями Канады. О подаче иска в международный инвестарбитраж компания сообщила 26 августа, обвинив Канаду в «экспроприации имущества» и нарушении положений двустороннего соглашения между СССР и Канадой о поощрении и взаимной защите инвестиций от 1989 года.

Представляющий интересы истца партнер коллегии адвокатов «Монастырский, Зюба, Степанов и партнеры» Кирилл Удовиченко заявил “Ъ”, что помимо блокирования и ареста самолета «Канада совершила ряд иных действий, разрушивших бизнес авиакомпании на своей территории, где "Волга-Днепр" до этого вела активную коммерческую деятельность». Соглашение предполагает возможность компенсации убытков инвестора, которые авиакомпания предварительно оценивает минимум в $100 млн.

По словам господина Удовиченко, столь долгий период до инициирования арбитража связан с тем, что компания «надеялась на то, что Канада все же прекратит противоправные действия, возместит понесенный ущерб и освободит заблокированное воздушное судно». Кроме того, по инвестсоглашению требовался ряд юридических действий до подачи иска, уточнил юрист истца.

Разбирательство в инвестарбитраже «может занять несколько лет», отмечает старший юрист Verba Legal Анастасия Симонова. Процедура похожа на процесс по делу ЮКОСа против РФ, то есть суд создается для конкретного спора (ad hoc), истец и ответчик выбирают по одному арбитру, которые затем выбирают третьего. Спор будет рассматриваться по правилам ЮНСИТРАЛ (комиссия ООН по праву международной торговли).

При этом пока неясно, что именно компания к ним относит и подпадает ли под них один самолет, указывает Анастасия Симонова. В принципе по условиям соглашения с Канадой от 1989 года к инвестициям относится «любое движимое и недвижимое имущество». Однако нередко арбитры используют «тест Salini», рассказывает госпожа Симонова, по которому «инвестиция должна являться вкладом в экономическое развитие страны, иметь определенную продолжительность, содержать элементы риска». Многое будет зависеть от того, решат ли арбитры обратиться к данному тесту в этом деле, подчеркивает она.

С точки зрения санкционного контекста дела важным для суда может быть еще один момент. После включения в санкционные списки Великобритании владельца «Волга-Днепра» Алексея Исайкина он передал акции топ-менеджменту. Позднее санкции на него наложила и Канада. По мнению источников “Ъ” в авиаотрасли, на успех арбитражного разбирательства повлияет и то, потребует ли суд подтвердить реальность выхода подсанкционного владельца компаний из бизнеса и сможет ли «Волга-Днепр» это доказать.

С другой стороны, позицию авиакомпании значительно усиливает то, что самолет был в гуманитарном рейсе, говорит Александр Боломатов: «Поведение Канады ставит под сомнение сложившуюся систему международной гуманитарной помощи». Поскольку здесь затрагиваются интересы международных гуманитарных организаций, по мнению юриста, их позиция в арбитраже помогла бы истцу защитить свои интересы.

«Образно говоря, здесь столкнулись антироссийские санкции и общие гуманитарные принципы. Тот или иной исход дела через решение арбитража или заключение мирового соглашения позволит измерить степень влияния каждого из этих факторов в текущий момент и в целом важен для института защиты инвестиций»,— полагает господин Боломатов.