Дом для Жени и Ани

О Жене Архипенкове и его дочке Ане мы писали совсем недавно. Полтора года назад у Жени умерла жена, а у Ани — мама. Женя и Аня привыкли жить вдвоем — в комнате, которую выделило ПТУ-9 города Сафонова Смоленской области, куда отец-одиночка поступил ради крыши над головой. Жене и Ане требовалась собственная квартира. Ее Архипенковым купили вы, читатели Ъ, собрав 205 360 рублей.

Я обещала Жене приехать в Сафоново на новоселье. За полтора года, прошедшие после смерти его жены Лены, Женя стал настоящим героем Сафонова. О нем писали газеты, его снимали телерепортеры. Почему-то всем казалось, что 20-летний отец-одиночка — это сенсация.

Когда мама Ани Лена умерла от гнойного панкреатита, Жене было 19, а Ане — три месяца. Женя с Леной познакомились в интернате, где оказались из-за пьянства родителей. Когда Женя остался один, соседи предлагали отдать ребенка в интернат. Женя отказался, вспоминая, как всех его сестер — мать пила и рожала — отправляли в детдом сразу из роддома. Дом в деревне Бараново, где родился Женя, со временем превратился в сарай — без света, газа, горячей воды, с обвалившейся крышей и дружками матери-алкоголички.

Репортеры, прознавшие про отца-одиночку, удивлялись Жениной ловкости — просили его искупать дочь или приготовить ей еду перед камерами. Женя смирился и с потерей жены, 19-летней однокурсницы, видевшей дочку только три месяца, и с необычной славой отца, воспитывающего ребенка самостоятельно. Он относился к репортерам даже прагматично — учеба в ПТУ подходила к концу, а значит, жить Жене и Ане становилось негде. То есть Женя рассчитывал, что вдруг кому-нибудь понравится его дочь и телезритель не допустит, чтобы девочка оказалась на улице.

Полгода назад Женя водил меня по своей общежитской "квартире" в Сафонове — по случаю рождения дочки администрация выделила ему "двушку". В стене, разделяющей комнаты, Женя прорубил арку, а крошечный коридор оборудовал под кухню. В углу поместил баллон с газом, чтобы готовить дочке еду, потому что на электрической плитке это долго. Рядом с баллоном стоял пластмассовый красный таз, в котором Женя купал дочку, а она плескалась и смеялась.

Теперь у Жени и Лены есть своя квартира. "Я и не верил, что такое бывает,— Женя рассказывает так, будто до сих пор удивляется.— Однажды прихожу в ПТУ-9, "девятку" по-нашему, а директор говорит, что Российский фонд помощи прислал бумагу о том, что деньги на квартиру перечислены на мой счет. Сказали, что могу покупать".

Женя с ходу выдает параметры нового жилья, как будто рассказывает о новорожденном. "Двушка, 62 квадратных метра, кухня большая, прихожая еще больше",— перечисляет он преимущества новой квартиры.

Женя по-европейски называет комнаты новой квартиры "спальнями" и признается, что они "небольшие, но пойдут". Отдельная радость — туалет и ванная, которые в его общежитской жизни были коллективными, то есть на жильцов всего этажа.

Когда Женя привез дочку в новую квартиру, она первым делом побежала на кухню. "Она увидела умывальник, тут же воду включила и стала руки мыть, как взрослая,— вспоминает Женя.— Плиту долго разглядывала. Теперь газовый баллон не нужен. Продам, в Сафонове у многих газа нет".

Ключи от квартиры стали для Жени долгожданным подарком. Прежний хозяин не отдавал ключи, пока не получил все до копейки. Щедростью он не отличался: дряхлую кровать продавал за две тысячи. Из квартиры все вывез, только что обои не отклеил.

На повестке дня покупка кроватей, столов и табуретов. Правда, денег не хватает. Вот телевизор Женя уже купил на сиротские пособия. Раньше Аня у Жени пела под караоке, теперь временно не поет — DVD сломался. "Зато она у меня пляшет и быстро бегает за соседскими котами".

Новая квартира хороша и тем, что по соседству детский сад и школа. "Анька в саду конкурирует за игрушки, хотя и младшенькая",— говорит Женя. Он устроился охранником на автостоянке: "Дочка целый день в саду — можно и подзаработать. И вообще собираюсь специальность сменить. У нас в городе хороший завод есть, "Компитал", производит пластмассу. Когда место освободится, тут же устроюсь — сначала подсобником, потом рабочим. Зарплаты для Сафонова очень хорошие — 10 тысяч рублей. Так что спасибо за все. Теперь прорвемся".

Для тех, кто впервые знакомится с деятельностью Российского фонда помощи

Российский фонд помощи создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в "Коммерсантъ". Проверив письма с помощью местной власти, мы публикуем их в Ъ, журнале "Домовой" и на сайте www.rusfond.ru. Решив помочь, вы получаете у нас реквизиты авторов и дальше действуете сами. Деньги через нас не ходят. Мы просто помогаем вам помогать. Читателям затея понравилась: всего собрано свыше $9,9 млн. Мы организуем и акции помощи в дни национальных катастроф: 53 семьям погибших горняков шахты "Зыряновская" (Кузбасс), 57 семьям сгоревших самарских милиционеров, 153 семьям пострадавших от взрывов в Москве и Волгодонске, 118 семьям моряков АПЛ "Курск", 52 семьям погибших заложников "Норд-Оста", 39 семьям погибших 6 февраля 2004 года в московском метро, 100 семьям пострадавших в Беслане. Фонд — лауреат национальной премии "Серебряный лучник".

Адрес фонда: 125252 г. Москва, а/я 50; www.rusfond.ru; e-mail: rfp@kommersant.ru.

Телефоны: (495) 943-91-35, 158-69-04 (тел./факс).

Страница подготовлена при содействии благотворительного фонда "Помощь".