Юань наступает

На юань в первом квартале 2024 года на Московской бирже пришлось более половины всех валютных торгов. Объем торгов китайской валютой за это время составил почти 11 трлн руб., что более чем вдвое выше значений аналогичного периода прошлого года. Спросу на другие дружественные валюты мешают возросшие риски вторичных санкций. Доля доллара в торгах впервые составила менее трети. Аналитики ждут дальнейшего уменьшения влияния «токсичных» валют, но сомневаются, что удастся их полностью заместить дружественными.

По оценке «Денег», основанной на данных Московской биржи, по итогам первого квартала 2024 года суммарный объем торгов основными валютами относительно рубля в режимах торгов «сегодня» и «завтра» превысил 21 трлн руб. Этот результат на 36,5% больше показателя аналогичного периода прошлого года.

Сильные изменения произошли в структуре торгов. Если в первом квартале 2023 года около 67% рынка приходилось на торги «токсичными» долларом и евро (до 2022 года они занимали более 98% рынка), то по итогам первого квартала 2024 года на эти валюты пришлось чуть менее половины рынка. При этом доллар занял чуть менее трети (7 трлн руб.), удерживая второе место. Доля торгов евро составила менее 16% (3,3 трлн руб.), он так и остался на третьем месте. Юань, возглавивший рейтинг еще в мае прошлого года, по итогам текущего отчетного периода впервые занял 51% (10,9 трлн руб.). За год объемы торгов выросли на 116%, а доля — на 19 процентных пунктов (п. п.).

Основная причина продолжающегося вытеснения с рынка доллара и евро — продолжение переориентации российских компаний в торговых отношениях на контрагентов из дружественных стран. По данным ФТС, товарооборот России в прошлом году составил $710,1 млрд, из которых 33,8% пришлись на Китай ($240,1 млрд), 9,1% — на Индию ($64,9 млрд), почти 8% — на Турцию ($56,5 млрд), 7,7% — на Белоруссию ($55 млрд). Пятерку крупнейших торговых партнеров с показателем 3,7% замыкает Казахстан ($26 млрд). В 2021 году топ-5 стран — торговых партнеров России был иным. На первом месте, как и сейчас, был Китай с долей 17,9% ($140,7 млрд), далее шли Германия — 7,4% ($57 млрд), Нидерланды — 5,9% ($46,4 млрд), Белоруссия — 4,9% ($38,4 млрд) и США — 4,4% ($34,4 млрд). Турция занимала шестое место — $33 млрд (4,2%), Казахстан — 10-е с $25,6 млрд (3,3%), Индия — 14-е с $13,6 млрд (1,7%).

Параллельно с этим развивался еще один тренд — переход РФ во внешнеэкономической деятельности с валют недружественных стран, которые и стали «токсичными», в юань и другие валюты дружественных стран. По данным ЦБ, в 2023 году доля китайской валюты в экспорте составила 26,3% против 8% годом ранее, в импорте она выросла с 14% до 32,4%. Доля рубля по итогам минувшего года выросла в экспорте на 11,4 п. п., до 38,8%, в импорте — только на 1,6 п. п., до 29,9%.

Интерес к юаню проявляют не только компании и банки, участвующие в ВЭД, но и игроки, не связанные с ней, а также локальные инвесторы. «Экономические субъекты, не связанные с внешнеэкономической деятельностью, используют юань как актив для хеджирования валютного риска, субъекты ВЭД — для проведения международных расчетов. Кроме того, юань используется для обеспечения достаточной валютной ликвидности в отечественной финансовой системе»,— отмечает главный аналитик ПСБ Денис Попов.

Объемы торгов валютами других дружественных стран демонстрируют разнонаправленную динамику. Объем торгов турецкой лирой увеличился за квартал на 24% г/г, до 46,7 млрд руб. (доля 0,22%). Почти на 10% вырос объем торгов казахским тенге — до 63 млрд руб. (0,29%). Объемы торгов гонконгским долларом и белорусским рублем снизились на 60% и 10% — до 7,26 млрд руб. (0,03%) и 13,7 млрд руб. (0,06%) соответственно. Иные валюты дружественных стран, в отличие от юаня, менее популярны, отмечает эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций» Михаил Зельцер. Причины — неразвитая инфраструктура, ограниченная конвертируемость, небольшая распространенность в мире.

Есть и технические аспекты низкого спроса. Если юань характеризуется относительно низкой волатильностью, то турецкая лира нестабильна. С начала года она подешевела к доллару почти на 10%, а за пять лет — в 5,4 раза. «Гонконгский доллар летает на десятки процентов в месяц относительно рубля на Мосбирже, хотя имеет жесткую сцепку с долларом,— там высоки переживания участников из-за инфраструктурных рисков и регулярных угроз санкций против НКЦ»,— отмечает господин Зельцер.

В этом году выросли и риски вторичных санкций при торговле рядом валют дружественных стран. 22 декабря президент США Джо Байден подписал указ, которым предоставил американскому Минфину полномочия наказывать иностранные банки, нарушающие санкции против России. Банки из дружественных стран стали отказывать в проведении трансакций с российскими контрагентами, что привело к снижению активности в ранее быстро набирающих обороты турецкой лире и казахском тенге.

Российские компании продолжат избавляться от «токсичных» валют, но полностью отказаться от них не смогут, считают аналитики. «Умеренные объемы торгов долларом и евро должны сохраниться с учетом небольшого набора доступных иностранных валют для активного использования и широкого перечня стран — торговых партнеров России»,— считает Денис Попов. Вытеснять их будет, как и прежде, один только юань. «Популярность юаня в РФ, вероятно, продолжит расти по мере продолжения тенденции к увеличению взаимной торговли с КНР. На локальных площадках уже присутствуют инструменты денежного рынка, есть возможность инвестировать юани в облигации российских эмитентов»,— полагает начальник аналитического управления банка «Зенит» Владимир Евстифеев.

Активность может вырасти и в других валютах дружественных стран при условии, что будут найдены схемы обхода или снижения рисков вторничных американских санкций. Денис Попов не исключает появления на рынке новых иностранных валют, но — в среднесрочной и долгосрочной перспективе. «Потенциально привлекательным выглядит развитие торгов рупией с учетом достаточно существенных перспектив торговых отношений с Индией»,— считает эксперт.