Юань заменил доллар

В июне доля юаня в суммарных объемах торговли впервые превысила долю доллара. Трансформация российского валютного рынка набирает обороты. Растет объем сделок и в других валютах дружественных стран, но меньшими темпами. Население помимо рубля по привычке часть сбережений хранит в «токсичных» валютах, но на фоне возросших инфраструктурных рисков увеличивает долю юаня, к остальным же дружественным валютам относится настороженно.

Беспрецедентные санкции, введенные против российской экономики западными странами, не смогли разрушить российскую экономику и финансовую систему. Наиболее сложными для России стали весенние месяцы 2022 года, когда были разорваны многие торговые связи, но довольно быстро российские компании подстроились под новые нерыночные условия работы, переориентировав торговые потоки в дружественные страны. К таковым в первую очередь относятся Китай, Турция, Индия, Белоруссия и Казахстан, товарооборот с которыми резко вырос в минувшем году. С Индией товарооборот вырос в 2,5 раза, до $35 млрд, с Белоруссией — на 13%, до $43,4 млрд, с Казахстаном — на 8%, до $26 млрд. В сумме на эти страны пришлось $364 млрд, или почти 43% от суммарного товарооборота, за год показатель вырос более чем на 10 процентных пунктов (п. п.).

Однако одной переориентации торговых потоков было бы недостаточно для уменьшения негативного влияния санкций, так как в основном контракты заключались в долларах и евро, с применением инфраструктуры недружественных стран. Это повышало риски блокировки сделок. В этой связи России пришлось менять структуру валютных платежей как за экспорт, так и за импорт. Одними из первых на рубли были переведены поставки природного газа в недружественные страны, затем при торговле с дружественными странами были предприняты попытки перейти на национальные валюты. Лучше всего это удалось сделать с Китаем. По итогам апреля доля китайской валюты в суммарном товарообороте России составила 26,7%, что выше аналогичного показателя в долларах США (23,9%). Такое было невозможно представить в начале прошлого года, когда на американскую валюту приходилось 47%, а на юань — лишь 1,8%.

Трансформация затронула и российский валютный рынок. Из-за санкций и ответных шагов Банка России, включающих блокировку счетов иностранных инвесторов, заметно упали объемы торгов валютами. Если в январе 2022 года суммарный объем торгов основными валютными парами против рубля (доллар, евро, юань, казахский тенге, турецкая лира, гонконгский доллар, белорусский рубль) в режиме исполнения заявок «завтра» и «сегодня» составлял почти 8,4 трлн руб., то в июне текущего года с трудом перевалил за отметку в 6,4 трлн руб. Нерезиденты всегда играли важную роль на рынке, на них приходилось до трети всей активности на нем, отмечали его участники. С другой стороны, за счет блокировки таких инвесторов удалось спасти рынок от неконтролируемого падения курса рубля в случае их выхода из рублевых активов, что было бы неизбежно в сложившихся геополитических условиях.

На фоне санкций и затруднения в проведении расчетов Московская биржа в 2022 году была вынуждена остановить торги с рядом валют недружественных стран, входящих в G7. 14 июля были приостановлены торги швейцарским франком, 8 августа остановлены операции с японской иеной, а 8 октября такая же судьба постигла и фунт стерлингов. Причиной для прекращения обращения валют стали затруднения при проведении расчетов с ними. И если в случае с франком затруднения возникли в связи с присоединением Швейцарии к шестому пакету санкций Евросоюза, то в случае с японской иеной и британским фунтом стерлингов — из-за потенциальных рисков. Из стран G7 Великобритания активнее всего вводила антироссийские санкции, а Япония регулярно присоединялась к ограничительным мерам, которые принимали Европа и США. В таких условиях усложнилось проведение трансакционных операций, вдобавок к этому выросли риски блокировки счетов НКЦ в банках-корреспондентах.

Как и в прошлую волну дедолларизации в 2014 году, на этот раз Московская биржа активно добавляла в валютную секцию новые валюты. Девять лет назад начались торги белорусским рублем, казахским тенге, гонконгским долларом и фунтом стерлингов. В минувшем году были запущены торги узбекским сумом, киргизским сомом, таджикским сомани, армянским драмом и южноафриканским рэндом. 5 июня текущего года были возобновлены торги швейцарским франком, правда, урезанные, без поставки иностранной валюты. В декабре 2022 года председатель правления торговой площадки Юрий Денисов заявлял о планах в 2023 году запустить торги дирхамом ОАЭ, азербайджанским манатом и египетским фунтом.

Курс правительства, компаний, ЦБ и банков на снижение зависимости от валют недружественных стран привел к уменьшению роли доллара США на российском валютном рынке. До событий февраля 2022 года доля американской валюты в суммарном объеме торгов в режимах поставки «сегодня» и «завтра» составляла 80–90%. К концу весны минувшего года показатель упал до 61%, что в значительной степени было связано с переходом в расчетах за газ с недружественными странами на рубли. Это решение президента России привело к двукратному росту объемов торгов в евро и увеличению его доли с 14% до более чем 33%. Заметно вырос интерес участников рынка и к юаню, который в начале года занимал на рынке символические 0,4%, а в конце весны занял 6%. При этом объемы торгов выросли с 1–3 млрд руб. в день до 15–36 млрд руб.

По итогам второго полугодия 2022 года доля американской валюты на рынке опустилась ниже 50% и составила к концу декабря 47%. Схожая картина отмечалась и с евро на фоне растущих отказов Европы от российских товаров, падения объемов поставки газа и начала действия ограничений на экспорт российской нефти. В итоге к концу года доля евро на валютном рынке опустилась до 22%. В то же время юань продолжал усиливать свое влияние на рынок. По итогам третьего квартала китайская валюта догнала по объемам евро, а по итогам декабря превысила и заняла более 30% рынка.

В этом году активный переход от доллара в пользу юаня продолжился. В конце первого квартала 2023 года отрыв доллара от юаня сократился до минимальных 3,27 процентного пункта, их доли составили 38,9% и 35,67% соответственно. В то же время доля евро немного выросла и составила 24,4%, и это несмотря на то, что в конце 2022 года и в начале текущего года Европа согласовала девятый и десятый пакеты санкций. К концу второго квартала доллар немного укрепил позиции на рынке — до 39,9%, а вот евро потерял более 7 п. п. и занял только 17,25%. Вместе с тем впервые в истории российского валютного рынка юань стал самой популярной валютой. По итогам июня суммарный объем торгов китайской валютой составил 2,68 трлн руб., или 41,52% от общего объема торгов основными валютными парами.

Растут объемы торгов и в других валютах дружественных стран. К таким валютам помимо юаня относят валюты стран СНГ (белорусский рубль, казахский тенге, узбекский сум, киргизский сом, таджикский сомони и армянский драм), а также стран ближнего и дальнего зарубежья (турецкая лира, гонконгский доллар, дирхам ОАЭ и южноафриканский рэнд). Однако ликвидность наблюдается не во всех таких валютах. Условно разобьем их на те, по которым не проводятся сделки (дирхам ОАЭ, южноафриканский рэнд, таджикский сомони; была лишь одна сделка в ноябре прошлого года на 617 тыс. руб.), на валюты, где сделки проходят, но не регулярно (узбекский сум, киргизский сом), а также валюты, где ликвидность постоянна (турецкая лира, казахский тенге, белорусский рубль, гонконгский доллар и армянский драм).

В связи с тем, что ликвидность валюты имеет одно из ключевых значений для инвесторов, так как напрямую влияет на возможность оперативно выйти из нее и на ширину спреда между ценой покупки и продажи, поэтому будем рассматривать прежде всего группу валют с постоянной ликвидностью. Среди них самые высокие объемы торгов в турецкой лире и казахском тенге. По итогам июня суммарный объем торгов с ними составил 47,5 млрд руб. и 28,3 млрд руб. соответственно, в итоге они заняли на рынке лишь 0,74% и 0,44%. С этими валютами ежедневно совершаются сотни сделок на 1–3 млрд руб. Казалось бы, это совсем немного, но еще полтора года назад с лирой совершались только десятки сделок в день на несколько миллионов рублей, а с казахским тенге операции проводились вообще не каждый день.

Схожая картина до февраля 2022 года наблюдалась и на торгах белорусским рублем и гонконгским долларом. С первой валютой сделки были эпизодическими — несколько в месяц на символические сотни тысяч рублей. В случае гонконгского доллара операции проводились регулярно, но редко превышали несколько миллионов рублей в день. В настоящее время с ними совершаются десятки и сотни сделок, соответственно, на сотни миллионов рублей. По итогам июня суммарный объем торгов с белорусским рублем составил 3,7 млрд руб. (доля 0,06%), с гонконгским долларом — 4,3 млрд руб. (доля 0,07%). Из запущенных в прошлом году валют только с армянским драмом совершаются десятки сделок на десятки миллионов рублей.

Несмотря на общий тренд по дедолларизации, замещение «токсичных» валют валютами дружественных стран на счетах россиян идет медленными темпами. По данным ЦБ, по итогам мая доля «токсичных» валют в структуре валютных депозитов и счетов физических лиц составляла 87%, что лишь на 2 п. п. ниже уровня конца 2022 года и на 12 п. п.— значений двенадцатью месяцами ранее. На юань приходится 13%, с начала года доля выросла на 2 п. п., за год — на 12%. «Доллар и евро остаются самыми привычными для россиян валютами, так как российское население довольно инертно и неохотно меняет привычки. К тому же наличными долларами и евро легче рассчитываться в зарубежных поездках, чем другими валютами»,— отмечает стратег УК «Арикапитал» Сергей Суверов.

Более активный переход на валюты дружественных стран сдерживает ограниченный инструментарий, в который можно вложить валюты дружественных стран как в части банковских продуктов, так и финансовых инвестиций, а также меньшая понятность этих валют и динамики их курсов против рубля. «Разумеется, компаниям неинтересно просто держать валютные остатки на текущих счетах. Они ищут возможность размещать ликвидность под более высокие ставки (депозиты, инструменты денежного рынка), делать конверсионные и хеджирующие операции (через свопы, форварда)»,— отмечает старший вице-президент офиса рыночных исследований и стратегии Росбанка Юрий Тулинов. По его мнению, по мере того, как российские компании будут перестраивать операции ВЭД со все большей ориентацией на валюты дружественных стран, и на валютном рынке они станут более заметными.