Одним из самых востребованных спектаклей нынешнего европейского фестивального лета стала новая постановка знаменитого швейцарского режиссера Мило Рау «Антигона в Амазонии». Этой работой он завершил период своего руководства театром NTGhent. На премьере в бельгийском Генте побывала Эсфирь Штейнбок.
Греческая трагедия и бразильские страсти стали частью одного спектакля
Фото: Kurt van der Elst
Греческая трагедия и бразильские страсти стали частью одного спектакля
Фото: Kurt van der Elst
Мило Рау, с будущего года возглавляющий фестиваль «Винер Фестфохен», премьерой «Антигоны в Амазонии» начал прощание с фламандским Гентом, театр которого он за несколько лет превратил в центр притяжения всей театральной Европы. Этой же постановкой он завершил и свою «Трилогию античных мифов», в рамках которой ранее выпустил спектакль «Орест в Мосуле», материал для которого собирали на севере Ирака, и фильм «Новый госпел», снятый в лагерях для беженцев на юге Италии. Ну и заодно завершил и ковидную театральную паузу: спектакль должен был выйти три года назад, но постановочной группе «Антигоны» пришлось прервать работу и покинуть Бразилию в середине репетиций. Весной нынешнего года бразильская часть работы была завершена, и тогда стало возможным выпустить спектакль — очередь из европейских фестивалей, включая Вену и Авиньон, за ним уже давно выстроилась.
Казалось бы, где древнегреческая «Антигона» Софокла, а где Амазония? Для Мило Рау хронологические и географические расстояния — не препятствие, а источник вдохновения. Современного театра без внятного, острого и актуального послания для него не существует. И только в воображении такого художника может возникнуть связь между восставшей против абсолютной власти царя Креонта дочерью Эдипа Антигоной и бразильским движением безземельных рабочих MST. Цель этого крупнейшего марксистского движения в Латинской Америке — обеспечение людей возможностью владеть и пользоваться землей. Конечно, движение устраивает массовые акции, одна из которых несколько лет назад закончилась трагически. Члены MST перекрыли одну из ключевых автомобильных трасс в Амазонии, правительство послало полицию, в результате столкновения с ней несколько протестующих были убиты.
Мило Рау увидел рифму между античной героиней, не побоявшейся похоронить своего погибшего брата, и бразильскими революционерами, протестующими против сегодняшнего капитализма. Какой бы произвольной или, наоборот, прямолинейной ни казалась многим такая ассоциация, «Антигона в Амазонии» с художественной точки зрения выглядит вполне убедительно. Она смонтирована из видеофрагментов, снятых в Амазонии, и «живого плана» в исполнении актеров на сцене NTGhent. Итак, на почти пустой сцене в Генте — бразильские актер Фредерико Араужо и музыкант Пабло Казелла и гентские актеры Сара Де Бошер и Арне Де Тремери. На опускающихся и поднимающихся экранах — видеозаписи, на которых чередуются разыгранные в Бразилии сцены из «Антигоны» и разговоры с активистами MST.
Главная сцена всего спектакля — это «реэнэктмент», то есть воспроизведение, реконструкция кровавого происшествия на шоссе, давней стычки демонстрантов с полицейскими. Сам Мило Рау известен как мастер театральных реконструкций: когда-то он прославился спектаклем «Радио Ненависть» о событиях в Руанде, тогда-то понятие «реэнэктмент» вошло и в театральный обиход. Нынешний своего рода следственный эксперимент на бразильской дороге даже вызвал в Бразилии скандал, но путешествие и игра стоили свеч: кадры выглядят сильно, энергия протеста транслируется в благополучный зал гентского театра даже через экран. Реальность же классовой борьбы меняет и театральную реальность: бразильская перформерка-активистка Кей Сара, участие которой предполагалось вживую, отказалась от роли Антигоны незадолго до премьеры. Она решила, что дома она важнее, чем в Генте, и премьера даже была поставлена под угрозу срыва. Но ситуация была спасена совместными усилиями.
Мило Рау вроде бы провозглашает конец гегемонии европейской культуры, играет на стороне противников глобализации. Но есть и неприятный вопрос, который повисает в воздухе: как, провозглашая борьбу с культурным империализмом, самому не впасть в злосчастный империализм? В спектакле про Антигону есть лирический по интонации, но откровенно публицистический по содержанию монолог Арне Де Тремери, где он впрямую размышляет о том, что европейские актеры ничуть не выше бразильских и что разница между ними лишь в том, что актеры из Гента могут позволить себе путешествие в Амазонию, а вот бразильские актеры приехать в Бельгию не могут. Но ведь, с другой стороны, это Мило Рау и его театр не на словах, а на деле используют бразильских перформеров для создания своего спектакля, а бразильцы бельгийцев ни для какой своей затеи использовать не смогут.
Этическое противоречие налицо. И сейчас, когда корректность поведения художников стала предметом придирчивого внимания общества, оно могло бы разрушить репутацию спектакля. Но Мило Рау спасен, потому что он не просто борец за справедливость, но тонкий и умелый режиссер. Он и побеждает не как политик, а как художник — ритмами и интонациями, чередованиями крупных и общих планов на видео, сочетанием статики и динамики, доверительными интонациями своих актеров, правильным построением диалогов сцены и экрана. А почти оперная магия финала транслирует вовсе не социальный оптимизм, а художественное оцепенение перед лицом подлинно трагического несовершенства мира. И то, что любой власти сегодня нечего предъявить в свою защиту, лишь усиливает «эффект Антигоны».