Власти США обнародовали ключевой для страны документ — Стратегию национальной безопасности. Фактически речь идет о «дорожной карте» для американской администрации в контексте внешней и внутренней политики, угроз и приоритетов. Главными угрозами в стратегии названы растущая мощь Китая и «имперские амбиции» РФ. Помимо этого администрация Джо Байдена видит угрозы во «внутреннем терроризме», попирающем основы демократии США.
Президент США Джо Байден
Фото: Elizabeth Frantz, Reuters
Президент США Джо Байден
Фото: Elizabeth Frantz, Reuters
Администрация Джо Байдена в среду опубликовала новую 48-страничную стратегию нацбезопасности США, в которой обрисовала главные приоритеты своей внешней и внутренней политики.
В документе Соединенные Штаты объявлены «мировой державой с глобальными интересами», которая нацелена на укрепление связей с «демократическими союзниками и партнерами в Индо-Тихоокеанском регионе и Европе». Причем США как сверхдержава нацелены на расширение присутствия в каждом упомянутом регионе. «Если один регион погрузится в хаос или окажется под властью враждебной силы, это пагубно повлияет на наши интересы в других»,— объясняется в стратегии.
Под враждебными силами вашингтонские стратеги подразумевают в первую очередь КНР и Россию, которые, как утверждается, в отличие от многих других в прошлом недемократичных режимов, не пошли по пути демократии.
«К сожалению, Россия и Китайская Народная Республика (КНР) этого не делают»,— отмечают в американской администрации. Поэтому главным приоритетом на ближайшую перспективу для внешней политики США станет именно противостояние России и Китаю.
Хотя по тону документа может сложиться ощущение, что наибольшая обеспокоенность текущей администрации все-таки связана с КНР, Китай в документе упоминается 55 раз, а вот Россия — 71. Причем в большинстве случаев Китай вспоминают в стратегии именно вместе с РФ. Противостоянию этим двум странам отведена и отдельная часть документа, которая называется «Наши глобальные приоритеты».
Американская дипломатия оценивает РФ как «непосредственную угрозу свободному миропорядку», а КНР рассматривается Соединенными Штатами как противник на долгую перспективу.
Китай, как говорится в стратегии, — «единственный конкурент с намерением изменить международный порядок», способный это сделать через наращивание «экономической, дипломатической, военной и технологической мощи».
В этой связи, как утверждается в стратегии, Россию необходимо «сдерживать» как все еще «крайне опасного» игрока, а Китай — «превзойти» в конкурентной борьбе. Воздействовать собираются на противников с помощью кооперации с союзниками по НАТО, которое сегодня «сильно как никогда». Причем под воздействием подразумевается, что США и союзники будут формировать такую «внешнюю среду для Китая и России, чтобы это повлияло на их поведение». Вместе с тем в администрации США признают, что два их противника — КНР и Россия — «все больше сближаются друг с другом».
В документе отмечается, что «США продолжат поддерживать борьбу Украины за свою свободу. Мы поможем Украине восстановиться экономически. И мы будем поощрять региональную интеграцию с Европейским союзом».
Россия в документе обвиняется в «имперских амбициях», создании почвы для энергетического кризиса в Европе, нарушении не только суверенитета соседней страны, но и основных принципов устава ООН, а также разрушении стратегической стабильности. При этом в документе предсказывается ослабление «обычных вооруженных сил России», что, вероятно, усилит влияние фактора «ядерного оружия в военном планировании». Вместе с тем администрация Джо Байдена обещает (правда, не уточняет как): США не допустят, чтобы «Россия или любая другая держава использовала или угрожала использовать ядерное оружие для достижения своих целей».
Также подчеркивается заинтересованность Америки в «стратегической стабильности и развитии более инклюзивной, прозрачной и поддающейся мониторингу инфраструктуры контроля над вооружениями для успеха Нового СНВ и восстановления Механизмов европейской безопасности». Эти механизмы, по версии Вашингтона, именно «из-за действий России пришли в упадок». В этой связи официальный Вашингтон будет «развивать прагматические подходы взаимодействия» в вопросах, «по которым сотрудничество с Россией может быть взаимовыгодным».
Как отмечает газета The New York Times, каждая стратегия нацбезопасности каждой администрации несет в себе уникальные особенности, которые представляют «сочетание указаний, сигналов о намерениях союзникам и противникам». При этом, по саркастическому замечанию газеты, редко обходится без «самовосхваляющей оды американской мощи».
Например, стратегия президента Джорджа Буша-младшего была известна установлением доктрины «упреждения», которая помогла ему оправдать вторжение в Ирак. Барак Обама использовал документ, чтобы призвать мир к отказу от ядерного оружия. Его стратегия была больше об усилении США через мягкую силу, а также о победе над болезнями и глобальной бедностью.
В стратегии Дональда Трампа говорилось о конце эпохи борьбы с терроризмом и переходе к соперничеству с «ревизионистскими» сверхдержавами.
Особенность документа Джо Байдена — провозглашение превосходства демократии и ее защиты. «Как американцы, мы все должны согласиться с тем, что вердикт народа, выраженный на выборах, необходимо уважать и защищать»,— говорится в документе.
Причем в этом контексте упоминаются некие шаги против «внутреннего терроризма» и «иностранного вмешательства в выборы». Учитывая последние выступления Джо Байдена, очевидно, что он намекает на крайне правых, включая Дональда Трампа, и их отказ от признания итогов президентских выборов.
Кроме этого Джо Байден предложил несколько других необычных вещей для президента-демократа. В частности, в стратегии он призвал к более быстрой модернизации вооруженных сил США, в то время как демократы обычно больше заточены на решение социальных проблем. С другой стороны, по замечанию The New York Times, многие «критики говорят, что бюджет не отражает его амбиций».
Большую часть военного планирования, описанного в документе, предлагается нацелить на противодействие Китаю в космосе, киберпространстве и на море. В документе указывается на необходимость более агрессивных действий, чтобы «противостоять попыткам подорвать общие технологические достижения». Также предлагается ограничивать китайские инвестиции в стратегических областях и контролировать экспорт ключевых технологий в Китай. Для того чтобы успешно конкурировать на каждой из этих площадок, США потребуются огромные инвестиции.
Вместе с тем в интервью The New York Times руководитель отдела исследований по внешней политике в Американском институте предпринимательства Кори Шаке отметила, что «в бюджете не предусмотрена модернизация с такой скоростью» и стратегия, например, не успеет за «планами Китая в отношении Тайваня, сосредоточенными вокруг 2027 года». Более того, «численность войск, самолетов и противоракетной обороны в Тихом океане (США и союзников.— “Ъ”) не коррелируется с возможностями Китая». Что будут делать с этим противоречием в администрации, пока не ясно.
Возможно, это прояснится в другом стратегическом документе, который также готовится к выходу. Новая стратегия национальной безопасности дает зеленый свет Пентагону для того, чтобы тот в ближайшие недели обнародовал свою стратегию национальной обороны и связанную с ней обновленную ядерную доктрину.