Главной интригой британской политики после ухода Бориса Джонсона стал вопрос о его преемнике. Один из фаворитов гонки за право возглавить Консервативную партию и новый кабинет министров — бывший глава Минфина Риши Сунак, бросивший вызов Борису Джонсону еще до его отставки. В случае избрания господин Сунак станет первым британским премьером индийского происхождения. Однако приходу к власти сына эмигрантов из Индии могут помешать неоднозначная репутация его жены Акшати Мурти, имеющей двойное гражданство дочери индийского миллиардера Нараяна Мурти, а также «русский след» их семейного бизнеса — работа в России созданной тестем Риши Сунака IT-компании Infosys, покинувшей РФ только в апреле.
Министр финансов Риши Сунак был первым, кто ушел из правительства в знак несогласия с политикой и поведением премьера Бориса Джонсона
Фото: Dan Kitwood / AFP
Министр финансов Риши Сунак был первым, кто ушел из правительства в знак несогласия с политикой и поведением премьера Бориса Джонсона
Фото: Dan Kitwood / AFP
Забег на берегах Темзы
Стартовавшая в минувший четверг после скоропостижной отставки Бориса Джонсона гонка за право стать новым главой правящей Консервативной партии и осенью занять кресло премьер-министра Великобритании становится все более массовой. К понедельнику список участников расширился до 11 фамилий. Накануне, например, в него вошла глава МИДа Лиз Трасс, всегда разделявшая позиции Бориса Джонсона. «Я выдвигаю свою кандидатуру, потому что могу руководить, добиваться результатов и принимать трудные решения»,— написала госпожа Трасс в статье, опубликованной в газете The Telegraph. Своим главным достижением на посту главы МИДа она назвала создание международной коалиции против России. Комментируя в понедельник эту новость, официальный представитель МИД РФ Мария Захарова назвала госпожу Трасс «кровожадной и чрезвычайно деструктивной особой».
Согласно последним данным, британские букмекеры ставят Лиз Трасс на третье место в гонке. На втором — Пенни Мордонт, которая занимается в правительстве вопросами торговой политики, а в 2019 году на протяжении примерно двух месяцев возглавляла Минобороны. А вот фаворитом считается бывший министр финансов Риши Сунак.
В целом обращает на себя внимание то, что среди кандидатов на пост премьера есть несколько политиков, имеющих небританское происхождение, и тон среди них задают потомки выходцев из бывшей крупнейшей британской колонии — Индии. Это бывший министр финансов в правительстве Джонсона Риши Сунак и имеющий пакистанские корни экс-министр здравоохранения Саджид Джавид. Кроме того, в гонке участвует (но не на первых ролях) консерватор Рехман Чишти, который родился в Пакистане и переехал в Британию в возрасте шести лет. О своих премьерских амбициях может заявить также Прити Пател — министр внутренних дел в правительстве Джонсона, имеющая индийско-угандийские корни.
Борис, ты не прав
Борис Джонсон в понедельник заявил в интервью Sky News, что не будет публично поддерживать кого-либо из кандидатов, чтобы «не навредить чьим-либо шансам».
Между тем, исходя из политических взглядов участников гонки, их можно разделить на две конкурирующие группы — сторонников продолжения политики Бориса Джонсона и приверженцев кардинальной смены курса внутри страны (по вопросам внешней политики кардинальных расхождений в позициях претендентов нет). Наиболее заметной фигурой из тех, кто позиционирует себя как «анти-Джонсон», считают Риши Сунака, который в прошлый вторник первым из министров громко хлопнул дверью. Тем самым он вызвал лавину отставок, которая и добила казавшегося непотопляемым премьера.
Выразив несогласие с политикой Бориса Джонсона, Риши Сунак оперативно зарегистрировал сайт своей предвыборной кампании (хотя на тот момент Борис Джонсон все еще пытался держать удар и уходить не собирался). При этом, по данным газеты Financial Times, отставка Риши Сунака стала для премьера полной неожиданностью. По одной версии, глава Минфина вообще не счел нужным сообщить ему о своем уходе, по другой — Риши Сунак по какой-то причине до Бориса Джонсона не дозвонился. В связи с этим Financial Times отмечает, что сторонники Бориса Джонсона намерены приложить максимум усилий, чтобы похоронить премьерские амбиции Риши Сунака, который у британских букмекеров считается фаворитом гонки.
О выдвижении своей кандидатуры 42-летний Риши Сунак объявил в пятницу, на следующий день после ухода Бориса Джонсона. «Давайте восстановим доверие, восстановим экономику и воссоединим страну»,— заявил он в видеоролике, содержащем рассказ об истории его семьи индийских иммигрантов, переехавших в Саутгемптон из бывшей британской колонии в 1960-е годы. Признав, что Соединенное Королевство переживает «самый тяжелый период на памяти этого поколения», Риши Сунак указал, что будущее страны зависит от того, насколько «серьезно и решительно» будет действовать ее новое руководство.
Риши Сунак апеллирует к простым британцам, обещая воплотить в жизнь их мечты о лучшем будущем, но на роль «народного кандидата» претендовать сам он никак не может: господин Сунак считается самым богатым депутатом Палаты общин, его состояние оценивается в $240 млн.
При этом едва ли не большей известностью в стране пользуется его жена Акшата Мурти — модный дизайнер одежды и дочь индийского миллиардера Нараяна Мурти, личное состояние которой оценивается в $900 млн и превышает состояние самой британской королевы. В отличие от своего мужа, Акшата Мурти родилась в Индии, провела детство в Лос-Анджелесе, а с будущим супругом, выпускником Оксфорда, познакомилась в Стэнфордском университете, где Риши Сунак получил престижную стипендию Фулбрайта.
Хотя последние десять лет Акшата Мурти проживает в Соединенном Королевстве, она по-прежнему пользуется статусом нерезидента, что позволяло ей не платить британские налоги на миллионы долларов. В связи с этим еще до выдвижения Риши Сунака в премьеры в британской прессе стали появляться публикации о том, что, в то время как ее муж, возглавляющий Минфин, выступает за повышение налогов, Акшата Мурти нашла способ уходить от обязательных выплат. Весьма вероятно, что эта тема всплывает в ходе предвыборной кампании как аргумент противников господина Сунака.
Еще одной проблемой для Риши Сунака может стать «русский след» их семейного бизнеса — работа в России созданной Нараяном Мурти (тесть политика) IT-компании Infosys, одного из ведущих мировых разработчиков ПО. Хотя война санкций началась еще в феврале, индийская Infosys проработала в России до середины апреля, после чего заявила об уходе с российского рынка «из-за конфликта интересов». Как сообщил индийский телеканал NDTV, речь о том, что Акшата Мурти владеет акциями Infosys. То есть семья главы британского Минфина получала доходы на российском рынке, в то время как Лондон ввел жесткие санкции против РФ. При этом сам господин Сунак еще 13 марта публично призвал компании из Великобритании воздержаться от инвестиций в Россию.
Если индиец идет к пакистанцу
Неоднозначная репутация одного из главных фаворитов на пост премьера вынуждает его искать союзников. Одним из них может стать еще один претендент на кресло Бориса Джонсона и выходец из другой части британской Индии, Пакистана, экс-министр здравоохранения Саджид Джавид.
Как пишет, ссылаясь на свои источники, газета The Times, «союзники Риши Сунака пытаются убедить Саджида Джавида присоединиться к его кампании за лидерство среди тори в попытке расчистить Сунаку путь к победе на выборах».
Хотя историческая родина Риши Сунака и Саджида Джавида — Индийский субконтинент, их становление и приход в британскую политику проходили разными путями. В отличие от господина Сунака, имеющего прозвище Богатый Риши, Саджид Джавид — выходец из семьи бедных пакистанских иммигрантов (его отец водил автобус и торговал одеждой, мать была домохозяйкой, которая говорила на языке урду и не знала английский). Тем не менее благодаря упорному труду и незаурядным способностям Саджид Джавид сумел получить образование и сделать карьеру финансиста, после чего пришел в большую политику, с большим основанием, чем господин Сунак, позиционируя себя «народным кандидатом». Кстати, они вместе оказались в первых рядах и среди министров, покинувших правительство Бориса Джонсона.
В связи с этим выходцы из бывшей британской колонии вполне могут попытаться найти общий язык, чтобы не допустить прихода к власти одного из продолжателей политики, у которой, как они считают, нет будущего.