День несвятого Валентино

Сто лет назад, в июне 1922 года, кумир тысяч, если не миллионов, американок, звезда немого кинематографа Рудольф Валентино предстал перед судом по обвинению в двоеженстве. Судебный процесс был странным, как и вся короткая жизнь безумно популярного актера.

Родольфо Альфонсо Раффаэлло Пьер Филиберт Гульельми ди Валентина Д`Антонгуолла родился 6 мая 1895 года в небольшом итальянском городе Кастелланета (провинция Таранто в области Апулия). Сейчас в этом городе есть Музей Валентино, художественная галерея «Валентино», памятник актеру в роли Шейха, ресторан, носящий его имя.

Родители мальчика принадлежали к среднему классу. Отец Джованни Антонио Джузеппе Феделе Гульельми ди Валентина Д`Антонгуолла, итальянец по национальности, был военным, дослужился до капитана, после увольнения из армии окончил Неаполитанский университет и стал работать ветеринаром. Мать, француженка Мари Берта Габриэль Барбен, была дочерью инженера, приехавшего в Италию для строительства моста.

Когда Родольфо было 9 лет, его семья переехала в Таранто, главный город провинции. Когда ему было 11, его отец умер от малярии (по работе он занимался изучением этой болезни). Из-за нехватки денег мать отослала сына в школу-интернат для сирот из семей работников здравоохранения в Перудже. Учился мальчик плохо. После школы Родольфо попытался поступить в военно-морское училище в Венеции, но из-за плохого зрения не прошел медкомиссию. Образование он получил совсем другое, почти ему не пригодившееся. Он прошел годовой курс обучения в Сельскохозяйственном институте имени святого Иллариона в Генуе. В 2019 году было выставлено на аукцион письмо, написанное им из института другу. Покупателя лот не нашел. После этого некоторое время ездил по Италии и Франции, вернувшись домой, гордо заявил родным: «Италия слишком мала для меня», а в декабре 1913 года сел в Гамбурге на корабль Cleveland и отплыл в Америку.

Уже на корабле Родольфо частично обналичил полученный от мамы чек, чтобы поменять место во втором классе на каюту первого класса. В Нью-Йорке он поселился в отеле Giolito`s, который принадлежал итальянцу и был населен в основном итальянцами. На свой первый в Америке ланч юноша отправился в дорогой ресторан Rector`s. Заказал лобстера и перепробовал по маленькой порции многих других блюд, имевшихся в меню.

Когда деньги закончились, а это произошло довольно скоро, молодому иммигранту пришлось менять образ жизни. Из отеля он вынужден был съехать. Десять лет спустя в интервью журналу Photoplay Родольфо рассказал об одном из мест, где жил в первое время,— пансионе на углу 43-й стрит и Бродвея: «Это была каморка, в которой раньше держали веники и швабры. Умывальник был железным. Руки я вытирал газетами. Для меня это было слишком роскошно, я не смог себе этого позволить». Каморка стоила $2 в неделю. Следующее воспоминание: «Я пошел в гостиницу Mills и снял номер за 12 центов. На следующий вечер у меня не было 12 центов».

С работой и заработками дела обстояли плохо. В ресторан Rector`s он вернулся уже не клиентом, а басбоем: уносил посуду, протирал столики после ухода посетителей. Даже с этой работы его выгнали, но он иногда приходил к закрытию заведения к бывшим коллегам, и те отдавали ему остатки еды.

Родольфо перебивался случайными заработками. Когда были деньги, ел в дешевых кафе с торговыми автоматами H&H Automats. Два «H» были инициалами хозяев — Хорн и Хардарт, но Родольфо расшифровывал название как «Hungry and Homeless» — «Голодные и бездомные». Периодически он заходил в отель Astor, чтобы использовать бумагу и конверты с логотипом дорогого отеля для писем матери. В письмах он сообщал, как прекрасно обстоят его дела.

Одним из мест работы был Центральный парк. Его приняли на должность ученика садовника (возможно, пригодился диплом работника сельского хозяйства). Служебные обязанности состояли в том, чтобы собирать жуков с листьев роз. В этой работе были свои преимущества. Когда не было денег на ночлег, можно было спать на рабочем месте — на скамейке в парке.

Неожиданно полезный совет дал Родольфо незнакомый мужчина, которому он мыл машину,— пойти работать в клуб наемным партнером по танцам. Профессия, называвшаяся taxi dancer, была распространена в Соединенных Штатах в то время. Чаще ей занимались молодые девушки, но на партнеров мужского пола спрос тоже был. Посетитель клуба при входе покупал билетики по десять центов. За каждый танец он должен был отдать наемному партнеру один билетик. В обществе было широко распространено мнение, что представительницы (и представители) этой профессии зарабатывали в основном не танцами, а проституцией, хотя были и приличные заведения с порядочными наемными танцорами.

Из коллег-мужчин особенным спросом со стороны посетительниц пользовались аристократы. Родольфо стал называть себя маркизом. На спрос он не жаловался и зарабатывал до $70 в неделю (по покупательной способности это примерно соответствует современным $2 тыс.).

Затем «танцевального таксиста» взяла под опеку Мэй Мюррей, звезда популярного театрального ревю «Безумства Зигфелда» (Ziegfeld Follies). Родольфо на некоторое время стал ее постоянным партнером. Для сценических выступлений он американизировал свое имя, став Рудольфом. После Мюррей ему предложила контракт другая известная танцовщица — Бонни Гласс. Вместе с ней Рудольф исполнял танго во многих нью-йоркских заведениях, в том числе в хорошо знакомом ему ресторане Rector`s. Затем Бонни Гласс открыла собственный ночной клуб — Chez Fysher. Как-то в этот клуб пришла Мэй Мюррей с подругой Бланкой де Соллз и познакомила подругу с Рудольфом.

Бланка, дочь чилийского мультимиллионера, была замужем за нью-йоркским торговцем недвижимостью Джоном де Соллзом и имела от него сына. Брак был несчастливым с самого начала. Сразу после свадьбы Джон узнал, что $25 млн, доля его супруги в семейном состоянии, перейдут в ее распоряжение только после смерти матери, его тещи. А до этого его жене причитались жалкие $10 тыс. Скандал с тещей ситуацию не исправил. Бланка, в свою очередь, жаловалась подругам, что ей не нравится секс с мужем. Супруги де Соллз жили раздельно и редко встречались. Джон был бабником, а Бланка спокойно к этому относилась — лишь бы он своими похождениями не привлекал ненужного внимания. Ситуация изменилась после того, как сын рассказал Бланке, что вместе с ним и папой в зоопарк ходила некая «мисс Джо» и папа просил не говорить о ней маме.

Тем временем в карьере Рудольфа Гульельми произошли изменения. Бонни Гласс вышла замуж и закончила танцевальные выступления. У Рудольфа появилась новая партнерша, также владевшая собственным ночным клубом. Джоан Сойер. Мисс Джо. Любовница Джона де Соллза.

О том, какие отношения были у Рудольфа с Бланкой де Соллз, дружеские или не только, биографы кинозвезды пишут по-разному. Нет сомнений лишь в одном. На бракоразводном процессе, начатом Бланкой, именно показания Рудольфа об интимной связи Джона де Соллза с Джоан Сойер способствовали тому, что судья вынес решение в пользу Бланки. Ей присудили щедрые алименты и опеку над сыном в течение семи месяцев в году.

Утром 5 сентября 1916 года Гульельми был арестован по обвинению в лжесвидетельстве и подстрекательстве к проституции в квартире 50-летней миссис Тим в доме 909 по Седьмой авеню. Полиция нравов подозревала, что миссис Тим была хозяйкой подпольного борделя и платила взятки офицерам полиции нравов за покровительство. При аресте у молодого человека были обнаружены визитные карточки на имя маркиза Гульельми Рома. Почему он находился в этой квартире в момент облавы — неизвестно. Почему в квартире, используемой как бордель, не было ни проституток, ни клиентов, тоже непонятно. Странным было и то, что сотрудников правоохранительных органов сопровождали несколько журналистов, так что на следующий день нью-йоркские газеты были полны сообщений об аресте фальшивого маркиза (в некоторых газетах — графа). Ни против Родольфо, ни против миссис Тим не было выдвинуто никаких обвинений. Но их все равно отправили в городскую тюрьму как «важных свидетелей» по делу о получении взяток офицером полиции нравов от содержателей подпольных публичных домов.

«Маркиз» провел три дня в заключении, затем сумма залога была снижена с $10 тыс. до $1,5 тыс. Такой залог ему каким-то образом удалось оплатить, и он вышел на свободу. В случае привлечения к суду по обвинению в преступлении против нравственности ему грозила депортация. К счастью, полиция больше не предъявляла к нему претензий. Но газетная шумиха поставила крест на его карьере танцора. Кроме подозрений в причастности к сутенерству в газетных статьях содержался намек на гомосексуализм Гульельми. Сообщалось, что он носит корсет и наручные часы. В 1916 году американские мужчины с традиционным мировоззрением предпочитали карманные часы.

Понимая, что в Нью-Йорке ему больше ничего не светит, Гульельми решил поискать счастья на противоположном конце страны. В апреле 1917 года он прошел прослушивание в труппу гастролирующего мюзикла The Masked Model. По дороге с востока на запад Соединенных Штатов он покинул труппу и уже в одиночку добрался до Калифорнии. 1 июня он зарегистрировался как иностранец, чтобы избежать призыва в армию (в апреле США вступили в Первую мировую войну).

И снова ему пришлось заниматься чем придется. Он давал уроки танцев, окончил курсы по продаже облигаций (ему удалось продать две облигации). Еще в Нью-Йорке ему довелось несколько раз сняться в кино. Роли, не упоминавшиеся в титрах, были однотипными. Он играл танцоров в клубе. В Голливуде ему удалось добиться большего. Сначала — упоминания в титрах. В первый раз — в фильме 1918 года «A Society Sensation». В роли Дика Брэдли — Рудольфо де Валентина. В том же году в фильме «All Night» роль Ричарда Тайера сыграл Рудольфо ди Валентина, а роль графа Роберто ди Сан Фраччини в фильме «The Married Virgin» — Родольфо ди Валентини. В 1919 году свистопляска с написанием имени и фамилии продолжалась. Рудольфо, Родольфо, Родольф. Волантино, Валентине, Валентино.

В 1919 году сценаристка Джун Мэтис была назначена главой сценарного отдела киностудии Metro Pictures. Джун задумала снять экранизацию книги, за которую не решались браться другие киностудии,— бестселлера испанского писателя Висенте Бласко Ибаньеса «Четыре всадника Апокалипсиса». На главную роль в фильме она предложила взять Рудольфа Валентино (с момента выхода фильма на экран его сценическое имя будет писаться именно так). Менеджеры студии были против его кандидатуры. Главных героев с типично средиземноморской внешностью в кинематографе того времени не было. Мэтис удалось отстоять свое мнение, но Валентино был предложен самый низкий среди актеров основного состава гонорар. Студия выдала ему только два сценических костюма — одеяние аргентинского гаучо и французскую военную форму. Остальные 25 костюмов Валентино сшил в Нью-Йорке в кредит, который погашал потом в течение года.

Премьера фильма «Четыре всадника Апокалипсиса» (The Four Horsemen of the Apocalypse) состоялась в Нью-Йорке 6 марта 1921 года. Публика и критика сначала в США, затем в мире приняли фильм с восторгом. Кассовые сборы легко превзошли отметку $1 млн, а в окончательном итоге составили $9 183 673 — абсолютный рекорд для немого кино. В одной из лучших сцен фильма, отсутствующей в книге, Валентино танцевал танго с Беатрис Домингес (во время съемок у этой актрисы произошел разрыв аппендикса, после двух неудачных операций она умерла, ее роль доигрывала дублерша).

Фильм сделал Рудольфа Валентино звездой и секс-символом Америки, «латинским любовником», как окрестила его пресса.

В последовавших за «Четырьмя всадниками Апокалипсиса» картинах «Неизведанные моря» (Uncharted Seas) и «Покоряющая сила» (The Conquering Power) Рудольф Валентино исполнял уже главные роли.

В фильме «Камилла» (Camilla), снятом по переписанной Джун Мэтис «Даме с камелиями» Александра Дюма (сына), его партнершей была Алла Назимова (сценическое имя иммигрантки из России Аделаиды Левентон). Если на экране Рудольф и Алла сливались в страстном поцелуе, то в жизни их отношения были далеки от идеальных. Годом раньше Назимова устроила скандал в ресторане, где отмечалось окончание работы над фильмом «Сильнее смерти» (Stonger than Death). Когда другая «русская» актриса Дагмар Годовски попыталась пригласить Валентино присоединиться к празднованию, Алла Назимова во всеуслышание назвала того жиголо и сутенером, сбежавшим из Нью-Йорка от полиции, и заявила, что из-за него Бланка де Соллз застрелила своего мужа. У Назимовой были личные основания недолюбливать Валентино. 6 ноября 1919 года тот женился на ее любовнице Джин Эккер. Брак этот был странным. Ходили слухи, что супруги никогда не вступали в супружеские отношения. В первую брачную ночь Джин не впустила мужа в свой номер в отеле Hollywood. И после этого Рудольф и Джин никогда не жили вместе.

Премьера «Камиллы» состоялась 26 сентября 1921 года, а 20 ноября на экраны вышел фильм, в котором Валентино сыграл свою самую известную роль,— «Шейх» (The Sheik). На афишах Рудольфа Валентино называли «величайшим сценическим любовником всех времен». Экзальтированные дамочки теряли сознание в зрительном зале, видя его на экране. Поколение американцев 1920-х разобрало фильм на цитаты. Вот несколько реплик шейха Ахмеда Бен Хассана из фильма: «Если араб видит женщину, которую он хочет, он берет ее»; «Лежи спокойно, дурочка!»; «Когда любовь более желанна, чем богатство, на то воля Аллаха». А вот диалог между ним и главной героиней леди Дайаной:

В 1922 году Рудольф Валентино порадовал зрительниц еще четырьмя фильмами. И второй раз в жизни вступил в конфликт с законом.

Во время съемок фильма «Камилла» Рудольф Валентино начал ухаживать за художником-постановщиком Наташей Рамбовой (это сценическое имя Уинифред Хаднат взяла, когда танцевала в балетной труппе иммигранта из России Федора Козлова). 10 мая 1922 года нью-йоркская газета Daily News первой сообщила о помолвке Валентино с Рамбовой.

В начале года Валентино развелся с Джин Эккер. Но по законам штата Калифорния брак переставал считаться действительным только через год после принятия судом решения о разводе. По этому случаю бывшие супруги получали соответствующий документ, а до того у них на руках было лишь временное свидетельство о разводе.

Церемония регистрации гражданского брака прошла в доме Отто Моллера, мэра города Мехикали в мексиканском штате Южная Калифорния. В тот же день новобрачные вернулись в американский штат Калифорния.

15 мая американские газеты оповестили публику о том, что секс-идол Рудольф Валентино женился, а также о том, что Верховный суд штата Калифорния собирается привлечь его к уголовной ответственности за двоеженство.

Окружной прокурор Томас Ли Вулвайн заявил, что новобрачные не могут жить в округе Лос-Анджелес как муж и жена, в противном случае они будут арестованы. Контракты с киностудиями требовали присутствия Валентино в Голливуде. Покинуть округ пришлось Наташе. 18 мая агентство United Press сообщило, что Рамбова направляется в родительский дом в Нью-Йорке. Корреспондент агентства сообщал об этом так: «Вчера поздно вечером большой серый автомобиль туринг (c открытым кузовом.— “Ъ”), за рулем которого сидел элегантно одетый молодой человек, а рядом с ним — мужчина крепкого телосложения в ковбойском костюме, подъехал к железнодорожной станции Помона. Из задней двери… выпрыгнула молодая женщина и поспешила к поезду, который вот-вот должен был отойти».

В этой женщине опознали Наташу Рамбову.

На следующий день в отношении Валентино началось расследование по подозрению в двоеженстве — по заявлению Джин Эккер, настаивавшей на том, что она все еще является законной супругой Валентино.

Прокурор округа Лос-Анджелес отправился в Мехикали. Представители Министерства юстиции стали изучать вопрос о том, не нарушил ли закон Валентино, когда перевозил мисс Хаднат через границу штата, не попадает ли это деяние под закон Манна (закон о торговле белыми рабынями, направленный на борьбу с проституцией и сутенерством). Выяснилось, что ранее два киноактера уже вступали в брак, не дождавшись финальных документов о разводе: Фрэнк Майо (его брак с актрисой Дагмар Годовски был из-за этого аннулирован в 1926 году) и Генри Вольтхолл (в его официальной биографии ничего об этом не говорится). Сотрудники окружной прокуратуры проверяли отели всех городов между Лос-Анджелесом и мексиканской границей, чтобы выяснить, не жили ли где-нибудь Валентино и Рамбова вместе.

20 мая агентство Associated Press сообщило, что киноактер Рудольф Валентино арестован в Лос-Анджелесе по обвинению в двоеженстве. Он сам пришел в офис окружного прокурора в сопровождении своего адвоката. После оформления ареста Валентино был отпущен под залог в $10 тыс. Поручителями выступили Джун Мэтис, режиссер киностудии Lasky Джордж Мелфорд (снявший несколько фильмов с Валентино) и киноактер Томас Мейган. Валентино выпустил заявление, в котором объяснял, что его ввела в заблуждение существующая практика заключения брака в Нью-Джерси после оформления развода в штате Нью-Йорк: «Я предполагал, что такое же положение существует в Калифорнии». Он также заявил, что по истечении года со дня развода снова женится на мисс Хаднат «в строгом соответствии с законом». Из заявления Валентино для прессы: «Нечего и говорить, что отсрочка на год не ослабит мою любовь. Конечно, я глубоко сожалею, что сделал то, что испортит впечатление обо мне американского народа, который был так ко мне добр и оценил меня сильнее, чем я того заслуживаю, который назвал меня "любовником с экрана". Я хочу сказать, что любовь заставила меня сделать то, что я сделал, я был движим самыми благородными намерениями, которые только могут быть. Я очень сильно люблю и от любви, возможно, совершил ошибку».

Рамбова на протяжении всей поездки по железной дороге в Нью-Йорк отказывалась общаться с репортерами. Несколько журналистов уже были в поезде, когда она в него села, а затем на каждой станции подсаживались все новые и новые. Единственный вопрос, на который она дала ответ: «Любите ли вы Валентино?» «Буду любить вечно»,— ответила она. С дороги Рамбова послала Валентино 9 телеграмм и одно заказное письмо, а в ответ получила от него 12 телеграмм. В них часто повторялись такие слова, как «безумно люблю», «не волнуйся, все будет хорошо», «храни тебя Бог», «ты моя любимая».

Пытаясь оторваться от репортеров, Рамбова выпрыгнула из багажного вагона в Ньюарке, не доехав до Нью-Йорка. Но и в Ньюарке на платформе ее ждала толпа журналистов и фотографов. Увидев их, она топнула ногой, погрозила кулаком и выругалась. Пока она показывала кулак, наблюдательные репортеры заметили у нее на руке золотое обручальное кольцо. Затем она на такси доехала до отеля Netherlands (журналисты устроили за ней погоню) и строго распорядилась, чтобы ее никому не позволяли беспокоить.

Утром 22 мая стало известно, что миссис Валентино исчезла из отеля Netherlands на Манхэттене. Сведения о том, куда она исчезла, были противоречивы. Кто-то говорил, что к ней в отель пришла ее мать миссис Ричард Хаднат и отвела дочку на квартиру в городе, где та сможет укрыться от любопытных. Один из работников отеля сообщил корреспонденту газеты The Brooklyn Citizen, что Уинифред покинула отель в одиночку и на улице села в такси. Ходили слухи, что она готовится отплыть в Европу, чтобы поселиться на вилле своего отчима в Ницце.

Предварительные слушания по делу Валентино состоялись 22 мая, рассмотрение дела было назначено на 1 июня. 5 июня должен был решиться вопрос о том, должен ли Валентино предстать перед присяжными.

При рассмотрении дела судья Уолтер Хенби объявил, что Валентино женился на мисс Уинифред Хаднат в городе Мехикали, штат Южная Калифорния, Мексика, а затем сожительствовал с ней в Палм-Спрингс, штат Калифорния, будучи официально еще женатым на Джин Эккер. По мнению заместителя окружного прокурора Дж. П. Костелло, тот факт, что Валентино и Рамбова три дня жили в одном и том же коттедже в Палм-Спрингс после вступления в брак, говорит о том, что Валентино должен предстать перед судом.

Врач из Палм-Спрингс Флоретта Уайт дала показания как свидетель защиты. Она сообщила, что была на брачной церемонии 13 мая в Мехикали, после чего пригласила пару переночевать у себя в коттедже. Миссис Валентино плохо себя чувствовала и попросила, чтобы ей выделили отдельную комнату. Рудольф Валентино и его шафер Дуглас Джеррард спали в другой комнате.

Костелло утверждал, что Валентино осознанно нарушал законы штата и имел умысел нарушить их перед отъездом в Мексику. Он также заметил, что ему жаль Валентино и его новую жену, но общество не может мириться с подобным. «Картины с участием Валентино смотрят тысячи молодых юношей и девушек, которые, когда они снова пойдут смотреть кино, будут помнить, что этот человек отправился в Мексику, чтобы жениться, будучи уже женатым в Калифорнии»,— сказал прокурор.

Фрэнк Джеймс, юрист корпорации Famous Players-Lasky, пытался доказать, что действия Валентино нельзя считать двоеженством. На реплику прокурора «корпорация Lasky вложила тысячи долларов в фильмы Валентино» Джеймс ответил, что его компания заинтересована лишь в одном: чтобы прокуратура «не засадила Валентино в тюрьму».

Прокурор также сообщил, что не удалось вручить повестку в суд Алле Назимовой, которая также останавливалась в том же коттедже в Палм-Спрингс, что и Валентино с новой женой, так как Назимова уехала из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк. Назимова позднее отрицала, что специально уехала, чтобы не давать показания.

5 июня судья Хенби снял с Валентино обвинение в двоеженстве, заявив, что его сожительство с новой женой на территории штата не было доказано. Недовольный вердиктом окружной прокурор Вулвайн заявил, что планирует заново открыть дело. Он этого так и не сделал.

Рудольф Валентино снова оказался чист перед законом.

Завершив работу над фильмами, в отношении которых он был связан контрактами, Валентино переехал в Нью-Йорк. До получения Валентино финального свидетельства о разводе он и Наташа Рамбова жили в Нью-Йорке в разных квартирах. 14 марта 1923 года они вступили теперь уже в законный брак в Краун-Пойнте, штат Индиана.

После суда Валентино некоторое время не снимался в кино. Новый менеджер актера Джордж Ульман решил, что на встречах с поклонницами актер может заработать не меньше, чем на съемочной площадке. Ульман организовал тур Валентино и Рамбовой по 88 городам Америки. В мае 1923 года Валентино записал в студии Brunswick Records «El Relicario» и «Kashmiri Song» . Это единственные сохранившиеся записи его голоса. В том же году он был судьей конкурса красоты, о котором был снят фильм (немой, конечно) «Рудольф Валентино и его 88 американских красавиц» (Rudolf Valentino & His 88 American Beauties). Валентино опубликовал книгу стихов, печатал в киножурналах свои воспоминания. В 1924 году он вернулся в кино. Новые его фильмы не были столь удачны, как «Четыре всадника Апокалипсиса» и «Шейх», но зато заработки были гораздо выше, а толпы поклонниц не поредели.

В 1925 году Валентино развелся с Наташей Рамбовой, основал вместе с Джорджем Ульманом и его женой кинокомпанию Rudolph Valentino Productions, учредил собственную кинопремию Rudolph Valentino Medal (за четыре года до того, как киноакадемия стала вручать «Оскары») и подал прошение о натурализации. Стать американским гражданином он не успел. В фильме 1925 года «Орел» (The Eagle) он сыграл роль Владимира Дубровского. Вот что писал об этом в 1936 году киновед Вениамин Вишневский в журнале «Искусство кино»: «Но уже совсем своевольно и развязно расправился с Пушкиным американский режиссер Кларенс Броун, постановка которого "Дубровский" (вышла под названием "Черный орел") была прямым издевательством над Пушкиным. Фильм начинался с того, что императрица Екатерина влюбилась в Дубровского и, отвергнутая им, подписывала своему оскорбителю смертный приговор, а заканчивался поцелуем (в диафрагму) руки царицы помилованным "Черным орлом", которого играл Рудольф Валентино. Классический образец "развесистой клюквы"!»

В июле 1926 года в воскресном номере газеты Chicago Tribune появилась статья без подписи, озаглавленная «Розовые пуховки». Она начиналась с сообщения о том, что в мужском туалете недавно открывшегося танцзала установлен автомат по продаже пудры для «персональных пуховок». Это событие стало для автора статьи поводом поделиться своими размышлениями на тему о феминизации Америки. Одним из виновников происходящего он считал Валентино и вопрошал: «Почему кто-нибудь втихаря не утопил Рудольфа Гульельми (псевдоним — Валентино) несколько лет тому назад?»

Взбешенный статьей Валентино выразил сожаление, что в Америке запрещены дуэли, но вызвал автора статьи на бой на ринге или борцовский поединок. Аноним так и не раскрыл своего имени. Вместо него на вызов откликнулся журналист Фрэнк О`Нил, писавший статьи о боксе. Бой состоялся на крыше нью-йоркского отеля Ambassador, в котором тогда жил Валентино. О`Нил успел провести только один удар, после чего Валентино отправил его в нокаут .

15 августа 1926 года Рудольф Валентино потерял сознание в своем номере в отеле Ambassador, был доставлен в больницу, где 23 августа скончался от перитонита.

Около 100 тыс. человек пришли на прощание с кумиром в похоронное агентство Фрэнка Кемпбелла. Владелец агентства нанял четырех актеров, которые надели черные рубашки, изображая якобы присланный Бенито Муссолини из Италии почетный караул. Актриса Пола Негри устроила истерику у гроба, заявив, что покойный собирался жениться на ней. Газеты сообщали о многочисленных самоубийствах поклонниц Валентино. Например, из Парижа сообщали, что в одном из отелей был найден труп лифтерши. Обнаженное тело лежало на кровати в окружении фотографий Валентино. В Лондоне 27-летняя актриса Пегги Скотт отравилась. Рядом с трупом были найдены фотографии Валентино и письма, которые, как сообщалось, писал ей актер. Скотт оставила предсмертную записку, в которой сообщала о том, что переживает невероятное горе из-за смерти Валентино. 31 октября 1926 года, в Хэллоуин, 20-летняя Анджелина Селестина, мать двоих маленьких детей, сначала выпила йод, а потом дважды выстрелила в себя. Стены ее квартиры были покрыты фотографиями Рудольфа Валентино и газетными статьями о нем. Она была арестована, обвинена в хранении оружия без разрешения и доставлена в тюремную больницу. О ее смерти газеты не сообщали, из чего можно предположить, что Анджелина выжила после неудачного покушения на самоубийство. Но в подавляющем большинстве случаев подобные сообщения были ложными.

Поскольку Валентино не делал распоряжений по поводу своих похорон, Джун Мэтис предоставила место в семейном склепе. Годом позже Мэтис скоропостижно скончалась от сердечного приступа и была похоронена рядом. Свое состояние Рудольф Валентино завещал брату, сестре и тете второй жены. Наташе Рамбовой он оставил один доллар.