Конституционный суд принял к рассмотрению жалобу 62-летнего осужденного, которому отказались заменить неотбытую часть срока в колонии на принудительные работы, сославшись на запрет этого вида наказания для лиц старше 60 лет. В практике суда это уже не первый случай, когда изначально продиктованные гуманными соображениями нормы на практике ухудшают положение осужденных. В прокуратуре, куда заключенный пожаловался на дискриминацию по возрастному признаку, ему, по его словам, объяснили, что Конституция — явление «чисто теоретическое».
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Конституционный суд (КС) проверит нормы законодательства, запрещающие отправлять на принудительные работы заключенных пенсионного возраста, следует из расписания дел, опубликованного на сайте суда. Он принял к рассмотрению жалобу осужденного к 10,5 года лишения свободы бывшего полицейского из Татарстана Владимира Егорова, которому Скопинский районный суд Рязанской области отказался заменить неотбытую часть срока лишения свободы на принудительные работы.
Как следует из жалобы, с которой ознакомился “Ъ”, заявитель оспаривает ст. 53.1 Уголовного кодекса: она гласит, что принудительные работы могут применяться как альтернатива лишению свободы, но не должны назначаться несовершеннолетним, инвалидам первой или второй группы, беременным или имеющим маленьких детей женщинам, военнослужащим, а также мужчинам и женщинам, достигшим соответственно 60-летнего и 55-летнего возраста (эти цифры не изменились, несмотря на принятое в 2018 году решение о поэтапном повышении пенсионного возраста до 65 лет у мужчин и 60 лет у женщин).
62-летний господин Егоров провел в колонии больше половины назначенного ему срока, но когда он обратился в суд с ходатайством о замене оставшейся части наказания принудительными работами, то получил отказ со ссылкой на пенсионный возраст.
Заявитель считает, что такое положение ограничивает его право на смягчение условий отбытия наказания, а следовательно, нарушает конституционный запрет на дискриминацию по возрастному признаку.
Владимир Егоров также возмущен тем, что кассационная и апелляционная инстанции ссылку на Конституцию проигнорировали. А заместитель прокурора Рязанской области на личном приеме даже якобы пояснила, что Конституция РФ — явление «чисто теоретическое» и не имеет значения при отправлении правосудия, которое руководствуется только Уголовным и Уголовно-процессуальным кодексами, утверждает заявитель в своей жалобе. Его адвокат Ольга Петроченкова отказалась комментировать “Ъ” заявление своего подзащитного, пояснив, что не располагает разрешением доверителя на распространение соответствующей информации.
Конституционному суду уже не в первый раз приходится разбираться с дискриминацией осужденных по возрасту или полу в уголовном судопроизводстве.
Например, в 2016 году суд признал, что нормы, лишающие женщин права на суд присяжных по обвинению в убийстве, противоречат Основному закону страны (на тот момент считалось, что если закон прямо запрещает назначать женщинам пожизненное лишение свободы, то и суд присяжных им не полагается). А в 2017 году Конституционный суд вернул право на рассмотрение их дел судом присяжных и мужчинам в возрасте старше 65 лет.
Вряд ли в данном случае можно проводить прямую параллель с судом присяжных, рассуждает руководитель юридического департамента фонда «Русь сидящая» (включен Минюстом в реестр иностранных агентов) Ольга Подоплелова: с точки зрения конституционного права вопрос не столь однозначный. С одной стороны, вопросы замены наказаний — это прежде всего сфера дискреции федерального законодателя, он сам решает, какие механизмы можно использовать для облегчения участи осужденных, поясняет эксперт. С другой стороны, с точки зрения принципа равенства здесь действительно возникает как минимум проблема сравнения 60-летних осужденных, отбывающих лишение свободы, с теми, кто достиг возраста 60 лет на принудительных работах.
Госпожа Подоплелова также отмечает, что специфика принудительных работ как наказания заключается в отбывании трудовой повинности, а заставить пенсионера работать по закону невозможно.
При этом нормы Уголовно-исполнительного кодекса об уклонении от отбывания принудительных работ сформулированы таким образом, что человека, который не отказывается от работы, нельзя отправить обратно в колонию. Если он может и продолжает работать после достижения пенсионного возраста, то формально препятствий для того, чтобы находиться в исправительном центре, у него нет, резюмирует юрист.