'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
Прямая речь
А президент-то что делает?
Георгий Шпак, губернатор Рязанской области, бывший командующий ВДВ:
— Взвешивает ситуацию и готовит решения. И народ, видя спокойное лицо президента, не поддается панике. А если бы он начал взывать к обществу, то добился бы только истерики.Дмитрий Герасимов, бывший командир антитеррористического подразделения "Вымпел":
— Все возможное. Он прервал отпуск и вернулся из Сочи, провел экстренное совещание с силовиками, отказался от визита в Турцию. Теперь, думаю, многие будут ждать от президента обращения к духовным лидерам исламского мира, чтобы те осудили действия террористов.
Юрий Скуратов, бывший генпрокурор России:
— Как гарант безопасности — ничего. От него ждут хотя бы объяснений. Матерям, чьи дети в заложниках, нужны особые слова. Сейчас Россия стала более уязвимой, и президент при любых проявлениях терроризма должен быть готов к выступлению перед нацией. Где оно?Ахмар Завгаев, депутат Госдумы:
— Он всегда делает все возможное, а сейчас сделал даже больше, чем надо было.
Райд Джабир, шеф Московского бюро общеарабской газеты "Аль-Хайят":
— Я сейчас с Беслане, и здесь люди считают, что ни президент, ни правительство ничего не делают. Народ задается тремя вопросами: почему власть допустила людей в масках и с оружием до школы, почему не говорит точной цифры заложников — местное население считает, что в школе удерживается не менее 800 заложников. И главное, все жители Беслана считают, что власть обязана пойти на максимальные уступки террористам, и во имя жизни даже одного ребенка она должна пожертвовать всем — даже имиджем страны и президента.Альберт Макашов, депутат Госдумы, генерал-полковник запаса:
— Ничего, и не знает, что делать. Выходов несколько: либо решать проблему пушками, либо рублем. Можно последовать примеру Сталина и устроить депортацию, но это ему слабо. Можно отказаться от своих слов про "мочить" кого-то. Я бы предложил чеченцам поменяться — мы им Ельцина и Грачева, а они нам Басаева и Масхадова. Тогда все успокоились бы.Умар Джабраилов, представитель Чечни в Совете федерации:
— Дает поручения. В такой ситуации трудно быть адекватным. Путину понадобится много везения, чтобы выйти из положения без жертв. Это самый тяжелый момент его президентства.Газета «Коммерсантъ» №163
от 03.09.2004, стр. 2