Новый глава МИД Ирана Хосейн Амир-Абдоллахиан побывал в Москве, где познакомился и провел переговоры со своим российским коллегой Сергеем Лавровым. Иранский гость заверил, что отношения с РФ — приоритет для иранской внешней политики. Оба министра сошлись в том, что касается развития двустороннего сотрудничества, однако акценты в региональной повестке они расставили по-разному. Для Сергея Лаврова приоритетным вопросом было будущее ядерной сделки, тогда как его иранского собеседника больше волновали отношения с Азербайджаном.
Сергей Лавров (справа) настаивал на необходимости скорейшего возобновления венских консультаций по ядерной сделке, но Хосейн Амир-Абдоллахиан дал понять, что Иран будет ждать, пока США разблокируют иранские авуары в американских банках
Фото: Иван Водопьянов, Коммерсантъ
Сергей Лавров (справа) настаивал на необходимости скорейшего возобновления венских консультаций по ядерной сделке, но Хосейн Амир-Абдоллахиан дал понять, что Иран будет ждать, пока США разблокируют иранские авуары в американских банках
Фото: Иван Водопьянов, Коммерсантъ
Первый визит Хосейна Амир-Абдоллахиана в Москву в качестве главы МИДа состоялся менее чем через полтора месяца после его вступления в должность. Господин Амир-Абдоллахиан — кадровый дипломат, хотя в последние годы был советником спикера иранского парламента. Как писали СМИ, уход из МИДа произошел из-за разногласий с возглавлявшим ведомство Мохаммадом Джавадом Зарифом. С последним Сергей Лавров всегда легко находил общий язык, и, как будут складываться его отношения с преемником, пока сказать сложно.
Переговоры двух министров продолжались два часа, и, когда они появились перед журналистами, те пришли к выводу, что особой химии между дипломатами не ощущалось, хотя настрой явно был деловым.
Министры посвятили значительную часть своих вступительных слов на пресс-конференции развитию двусторонних отношений. Сергей Лавров отметил рост товарооборота, который, «несмотря на пандемию и сохраняющиеся нелегитимные санкции США, за первые семь месяцев текущего года увеличился на 42% — до $1,9 млрд». Товарооборот в 2019 году, до пандемии, составлял чуть более $1,6 млрд. В то же время иранский министр считает, что нужно прикладывать больше усилий, чтобы добиться серьезного продвижения в двусторонних отношениях.
По его заверению, в Иране вакцинировано уже 70% населения и, соответственно, нет препятствий для приезда в Россию иранских бизнесменов и развития контактов в торгово-экономической сфере. По словам Сергея Лаврова, Москва и Тегеран договорились ускорить реализацию контракта на поставки вакцины «Спутник V» в Иран. Два месяца назад иранский посол в РФ Казем Джалали сетовал, что из 62 млн доз препарата, которые должна была по контракту отправить Россия, было получено только 1 млн 20 тыс. доз. С тех пор в Иран было доставлено еще 200 тыс. доз.
Если планы по развитию двусторонних контактов не вызывают вопросов, то, как стало ясно на пресс-конференции, в международной и региональной повестке Москва и Тегеран расставляют акценты по-разному. В ходе публичных заявлений Сергей Лавров сделал основной упор на вопросах, связанных с Совместным всеобъемлющим планом действий по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы (СВПД). Напомним, документ был подписан в 2015 году между Ираном и пятью постоянными членами Совбеза ООН и Германией. В 2018 году США в одностороннем порядке вышли из ядерной сделки и вернулись к санкционной политике в отношении Ирана. В ответ год спустя Тегеран начал постепенно отказываться от своих обязательств по СВПД, что вызвало у международного сообщества опасения по поводу возможного скорого создания Ираном ядерного оружия. После прихода в Белый дом администрации президента Джо Байдена Вашингтон решил возобновить диалог с Тегераном. Непрямые консультации начались в апреле в Вене, но за шесть раундов компромисс так и не был найден. Тегеран хочет гарантий снятия санкций.
После прошедших в июне выборов президента Ирана, в результате которых победил консерватор Эбрахим Раиси, и последовавшего за этим формирования правительства Тегеран не стал торопиться возобновлять венские консультации. И международное сообщество уже теряет терпение. Буквально за час до переговоров в Москве между главами МИД России и Ирана стало известно о телефонном разговоре Сергея Лаврова с госсекретарем США Энтони Блинкеном на тему СВПД, который состоялся по инициативе американской стороны. Возможно, господин Блинкен спешил передать послание иранцам.
В ходе публичной части пресс-конференции Сергей Лавров о разговоре с Энтони Блинкеном не упомянул, но при этом подчеркнул, что «мировое сообщество ждет возвращения США в правовое поле ядерной сделки и отмены незаконных рестрикций». В то же время глава МИД РФ отметил, что его иранский гость подтвердил готовность Тегерана возобновить консультации в Вене как можно скорее и в этом его позиция не отличается от российской.
Со своей стороны, иранский министр ушел от ответа на просьбу “Ъ” конкретизировать сроки начала венских переговоров, зато рассказал, что в ходе Генассамблеи ООН американцы передавали иранцам послания о «серьезных намерениях» президента Байдена относительно СВПД, в том числе шла речь о «реализации прав и интересов народа Ирана».
Впрочем, министр дал понять, что показателем серьезных намерений США станет разблокировка $10 млрд иранских активов в иностранных банках.
Несмотря на то что Хосейну Амир-Абдоллахиану пришлось говорить о СВПД, он, в отличие от Сергея Лаврова, явно не считал этот вопрос приоритетным. Главной же и весьма болезненной для него темой стал Азербайджан. Иранский министр назвал провокационными военные учения, которые проводит Баку с участием иностранных государств, а также заявил, что Тегеран не потерпит «изменения карты на Кавказе». «У нас есть серьезная обеспокоенность по поводу присутствия террористов и сионистов в этом регионе»,— сказал он. Отношения Баку и Тегерана обострились в конце сентября, когда Азербайджан решил пресечь въезд иранских грузовиков в Нагорный Карабах, а также выразил обеспокоенность проведением военных маневров Ирана у своей границы. Тегеран ответил критикой в адрес Баку, в том числе за его связи с Израилем в военной сфере. Накануне стало известно, что Иран закрыл воздушный коридор в Нахичевань для азербайджанской военной авиации.
Сергей Лавров отметил ситуацию в Закавказье через запятую вместе с другими региональными темами, которые он обсудил с коллегой, но был вынужден вернуться к этому после просьбы иранского журналиста прояснить российскую позицию. По словам министра, Москва уже давно все сказала, когда сыграла решающую роль в остановке войны в Нагорном Карабахе. В рамках достигнутых год назад договоренностей шла речь о разблокировании всех транспортных коммуникаций и экономических связей в регионе.
«В этом контексте обсуждали сегодня инициативу создания формата "три плюс три": три закавказских страны и три "больших" соседа: Россия, Иран и Турция»,— сказал глава МИД РФ. Он также дал понять, что, если иранцы хотят добиться невмешательства в дела Каспийского региона внешних игроков, им нужно скорее ратифицировать Конвенцию о правовом статусе Каспия, которая прямо запрещает присутствие там «военных сил любых не каспийских государств». Конвенция была подписана президентами России, Казахстана, Ирана, Азербайджана и Туркменистана в августе 2018 года. Иран — последний, кто не ратифицировал документ.