Тальменка-банк припомнил долги

Четверых бывших руководителей лишенного в 2017 году лицензии барнаульского Тальменка-банка обяжут совместно выплатить долги банкротящейся компании, которые сейчас оцениваются в 2,44 млрд руб. Основания для привлечения их к субсидиарной ответственности усмотрел суд. Агентство по страхованию вкладов (АСВ) ходатайствовало о применении этой меры в отношении шести экс-руководителей, но в действиях двух из них суд нарушений не нашел. В материалах банкротного дела говорится, что топ-менеджеры выдавали компаниям и жителям Крыма фиктивные кредиты. В судебном разбирательстве часть бывших руководителей банка пытались оправдаться, ссылаясь на недостаточность полномочий, другие не согласились, что займы носили технический характер. Юристы считают, что оспорить решение суда будет сложно, учитывая факты, приведенные АСВ.

Арбитражный суд Алтайского края признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности четырех бывших руководителей банкротящегося барнаульского Тальменка-банка: Аркадия Комягинского (Москва), Наталии Люлиной (Барнаул), Олега Семкичева (Москва) и Михаила Чупракова (Москва). В ходатайстве ГК «Агентство по страхованию вкладов» (АСВ) было шесть фамилий, сумма долга указана в размере 2,44 млрд руб. Однако нарушений в действиях двух бывших топ-менеджеров суд не усмотрел, а рассмотрение заявления в части объема субсидиарной ответственности отложил до окончания расчетов с кредиторами.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности шести контролировавших банк лиц АСВ подало в суд в январе 2020 года. По мнению агентства, они с января 2015 года и до отзыва лицензии участвовали в выдаче технических кредитов (18 юридическим и 285 физическим лицам), замещении ликвидной ссудной задолженности необеспеченной, выводе ликвидного залога, хищении из кассы не отражавшихся на балансе кредитного учреждения вкладов, а также в необоснованной выплате премий работникам. Все это, по оценкам АСВ, повлекло банкротство банка и дальнейшее ухудшение его финансового положения.

Возражая против удовлетворения ходатайства, бывшие топ-менеджеры банка указывали, что не контролировали деятельность должника и не принимали решений о предоставлении кредитов. Экс-председатель правления Олег Семкичев заявлял суду о фальсификации его подписей, но спустя несколько заседаний отозвал заявление, отчего суд пришел к выводу о попытке затягивания процесса. Убедить суд в своей непричастности к доведению банка до банкротства смогли только две экс-руководительницы — Елена Уафина и Яна Долматова (Чупракова). «Доказательства, что в действиях Уафиной Е.К. и Долматовой (Чупраковой) Я.Ю. присутствуют признаки умысла либо грубой неосторожности, повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом, в материалы дела не представлены»,— сделал выводы суд.

Как сообщили “Ъ-Сибирь” в пресс-службе АСВ, по результатам анализа судебного акта агентство планирует подготовить и направить в суд апелляционную жалобу. В АСВ также отметили, что основную часть активов банка составляет кредитный портфель, «значительная доля которого обладает признаками фиктивности»: «Указанные обстоятельства послужили основанием для направления заявления агентством в правоохранительные органы, по результатам рассмотрения которого возбуждено уголовное дело по факту причинения банку имущественного ущерба. Предварительное следствие продолжается».

Юристы считают, что оспорить привлечение к субсидиарной ответственности бывшие руководители банка вряд ли смогут. «К ответственности привлечены лица в связи с выдачей технических кредитов. Оспорить такой фактический состав затруднительно»,— говорит адвокат коллегии адвокатов «А1» Олег Хмелевский. «Например, как объяснить выдачу технических кредитов 285 физическим лицам (при том что 192 заемщика говорят, что вообще не оформляли кредиты в банке, да и детали всех кредитов достаточно схожи)? Или выдачу заведомо невозвратных кредитов? Или хищение из кассы банка денег, полученных от граждан во вклады, которые не были отражены на балансе банка? Такие моменты очень сложно отбить в апелляции»,— считает партнер, адвокат коллегии адвокатов Delcredere Денис Юров. В то же время адвокат Forward Legal Олег Шейкин не исключает вероятность того, что отдельные ответчики смогут доказать, что их нельзя привлечь к ответственности, так как объем их полномочий не давал им контроля над управленческими решениями.

Господин Шейкин также отмечает, что субсидиарная ответственность наряду с оспариванием сделок должника — наиболее эффективный механизм для погашения задолженности. По его данным, в большинстве банкротств кредиторы получают не более 5% погашения своих требований, а субсидиарная ответственность позволяет повысить этот показатель. Старший партнер адвокатского бюро «Юрлов и партнеры» Кирилл Горбатов обратил внимание, что особенно часто удовлетворяются судами заявления о субсидиарной ответственности именно бывших топ-менеджеров банка, у которого отозвали лицензию. Юрист сравнил эту статистику с высоким процентом обвинительных приговоров по уголовным делам. «С одной стороны, АСВ проводит колоссальную работу по анализу деятельности банка, выявлению схемных операций, установлению фактов выдачи технических кредитов и т.д. С другой стороны, подход АСВ в части определения лиц, которые должны нести ответственность в рамках банкротства банка представляется слишком общим и необоснованным»,— считает господин Горбатов. По данным адвоката КА «Юков и партнер» Рустама Батырова, значительная часть разбирательств по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидируемых кредитных организаций завершается судебными актами в пользу АСВ: за 2020 год и первое полугодие 2021-го удовлетворено более 50 заявлений, отказано по четырем.

Портал «Федресурс» отмечает в первом полугодии 2021-го рост количества удовлетворенных заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности — 49% против 31% в том же периоде прошлого года. Для сравнения: в 2016 году оно составляло всего 16%. В январе–июне 2021 года в России было вынесено 1,6 тыс. актов о привлечении к «субсидиарке» на общую сумму 244 млрд руб. (в первом полугодии 2020-го — на 136,7 млрд руб.).