«У Александра Лукашенко все меньше пространства для маневра»

Основателя Telegram-канала Nexta Романа Протасевича и его девушку россиянку Софью Сапегу перевели под домашний арест. Следственный комитет Белоруссии сообщил, что арестованный оппозиционер и его подруга, обвиняемая в разжигании социальной розни, попросили о досудебном соглашении. По данным разных источников, сейчас они находятся в разных квартирах под охраной сотрудников КГБ. Обвинения с них не сняты. Есть несколько версий, почему Минск пошел не такой шаг. Главная из них — попытка торга с Западом с целью смягчения санкций. Политический обозреватель “Ъ FM” Дмитрий Дризе считает, что Александру Лукашенко придется идти на еще большие уступки.

Событие, прогнозируемое и хорошо подготовленное, — это по-своему классика для подобных политических конструкций. Публично раскаявшийся революционер и его подруга, гражданка России — заблудившиеся овечки — одумались, а белорусская власть умеет быть гуманной. Нет, она их не простила, но пошла навстречу. Роману Протасевичу прочат некую должность при Лукашенко — будет призывать одуматься и других революционеров.

Тем временем в гомельском СИЗО начался процесс над Сергеем Тихоновским, Николаем Статкевичем, Игорем Лосиком и другими лидерами протеста. Понятно, что сроки будут большими, поскольку они и не думают раскаиваться и тем более сотрудничать. И это заставляет усомниться относительно гуманности и послаблений. Собственно, пока не очень похоже, чтобы кто-то оценил ход Лукашенко. Реакция оппозиции более чем отрицательная.

Как известно, Евросоюз ввел против Белоруссии самые что ни на есть жесткие секторальные санкции. Более того, не за горами и новые пакеты. Есть версия, что министр иностранных дел Владимир Макей обзванивал европейских коллег, обещал выпустить Сапегу и Протасевича, лишь бы не вводили санкции или хотя бы повременили с ними. Насколько это правда — неизвестно, но Запад на этот раз показал, что может серьезно разозлиться. Похоже, что в Минске этого не ожидали, да и в Москве, возможно, тоже.

На сегодня так кажется, что Европа и США не очень настроены разговаривать с официальным Минском.

Да и можно ли считать перевод под домашний арест Протасевича и Сапеги послаблением? Во-первых, они не на свободе. А во-вторых, что с ними будет дальше, также совершенно непонятно. Кстати говоря, интересный момент — пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова спросили: такое полуосвобождение российской гражданки — это результат давления России или нечто другое? Он ответил, что в общем и целом мы помогаем, следим и так далее. Однако решение принимали в Белоруссии, при том что известно, что по результатам встречи Путина и Лукашенко было дано указание нашему МИДу отслеживать всю эту ситуацию. Отследить, как известно, сильно отличается от освободить. Хотя теоретически сейчас можно сказать: вот видите, это мы поспособствовали.

Что же дальше? Уже можно сделать один большой вывод. Протесты или белорусская революция разбудили западное общественное мнение, а за ним и политиков. История с самолетом Ryanair стала той последней каплей, которая переполнила чашу терпения толерантной Европы.

Как ни грози войной и ни выступай последним поборником православия, все эти приемы, включая показательное раскаяние Протасевича, известны, и общественность в это верить отказывается.

А придумать нечто новое не получается, и на уступки идти нельзя, потому что уступишь раз — потребуют второй, и так можно зайти очень далеко — туда, куда не хочется. И что самое интересное, Москва тоже требует уступок, но себе. И непонятно что хуже. У Лукашенко остается все меньше пространства для маневра. Хотя опять же то, что Минск вынужден, пусть даже изображать смягчение позиции, — весьма прогрессивный факт.