«Только так могут вести себя в современном мире ответственные ядерные державы»

По итогам саммита в Женеве 16 июня 2021 года президенты России и США Владимир Путин и Джо Байден приняли совместное заявление по стратегической стабильности. В нем главы государств переподтверждают согласованный Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом в 1985 году важнейший принцип, согласно которому в ядерной войне не может быть победителей, а потому она никогда не должна быть развязана. И объявляют о запуске двустороннего диалога по стратегической стабильности, призванного заложить основу будущего контроля над вооружениями и мер по снижению рисков. Член российской делегации, замглавы МИД РФ Сергей Рябков с борта взлетающего из Женевы самолета успел прокомментировать корреспонденту “Ъ” Елене Черненко значение этого документа.

— Я бы поставил его в один ряд с продлением Договора между Россией и США о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (Договор о СНВ.— “Ъ”). Это второй шаг Вашингтона в русле восстановления здравого смысла и ответственного подхода к ключевым аспектам международной безопасности.

Мы довольны тем, что удалось положить на бумагу намерение начать сфокусированный и энергичный диалог в этой области.

Подтверждение формулы о том, что в ядерной войне не может быть победителей и она не должна быть развязана,— это существенное достижение. Мы, откровенно говоря, в последние годы испытывали возрастающие сомнения относительно готовности Вашингтона доктринально и концептуально придерживаться этой единственно возможной и здравой позиции, если говорить об ответственном отношении к судьбам мира. Это в данном случае не фигура речи и не возвышенные слова, это просто отражение фактического положения дел.

Поэтому, когда мы вышли на прямую, конкретную и понятную всем формулу, выработанную уже 35 с лишним лет назад, то испытали в известном смысле ощущение большей внутренней уверенности. В конце концов, только так могут вести себя в современном мире ответственные ядерные державы, располагающие крупнейшими ядерными арсеналами. Любые «игры» вокруг этого, двусмысленности, накачка дискурса, это все не просто вредно, а опасно. Теперь мы имеем точку отсчета, point of reference. В большом политическом смысле, но и в сугубо практическом плане — это важный итог саммита.

— Нам предстоит определить эти даты. Но по всем признакам, это вопрос недель, а не месяцев.

— Нет. Пока нет. Нам важно, что президенты условились по-крупному, принципиально. Мы дальше это будем реализовывать.

— Полного совпадения нет. Если бы это было так, то по большому счету это означало бы, что все договоренности уже достигнуты. Наоборот, у нас впечатление такое, что американский подход содержит совсем другие константы, чем наш. Сопряжение этих подходов, этих двух формул будет непростой задачей. Задачей для высшей дипломатической математики. Но мы готовы ее решать. В прошлом имеем массу примеров нахождения ответов на самые нетривиальные вопросы и постановки проблем, поэтому, опираясь на опыт предшественников и имея настолько четко сформулированную президентами цель, я думаю, мы сможем продвинуться вперед. Здесь важно, конечно, проявлять не только политическую волю, но и творческий подход. С нашей стороны это будет обеспечено в полной мере. Экспертизы достаточно. Межведомственное взаимодействие отлажено. Рассчитываем, что с американской стороны будет проявлен такой же высокий уровень профессионализма.