В США прошли первые и единственные в этом электоральном цикле дебаты кандидатов в вице-президенты: республиканец Майк Пенс и демократ Камала Харрис спорили об экономике, коронавирусе, абортах и торговой войне. Чего в этих дебатах не было, так это личных оскорблений и неготовности слушать оппонента, которыми отметились кандидаты на высший в стране пост Дональд Трамп и Джо Байден на своей первой очной предвыборной встрече неделю назад. В четверг же стало известно, что во вторых дебатах господин Трамп решил не участвовать.
Дебаты кандидатов в вице-президенты США — Майка Пенса и Камалы Харрис (на фото: вместе со своими супругами) — прошли непривычно спокойно для этой избирательной кампании
Фото: Pool via REUTERS
Дебаты кандидатов в вице-президенты США — Майка Пенса и Камалы Харрис (на фото: вместе со своими супругами) — прошли непривычно спокойно для этой избирательной кампании
Фото: Pool via REUTERS
Первая очная встреча Майка Пенса и Камалы Харрис была важной. Из-за заражения коронавирусом Дональд Трамп решил не участвовать во втором туре дебатов (планировалось провести онлайн-мероприятие, а не схватку двух политиков в одном помещении). Как отметили в четверг в избирательном штабе нынешнего главы Белого дома, вместо этого он проведет предвыборный митинг. Во-вторых, интерес к встрече господина Пенса и госпожи Харрис повысился в связи с возрастом двух главных действующих лиц, 74-летнего Дональда Трампа и 77-летнего Джо Байдена: в США все более громко говорят о том, что по естественным причинам государство в определенный момент вполне могут возглавить или 61-летний Майк Пенс, или 55-летняя Камала Харрис.
Между тем в ходе дебатов сенсаций не случилось: оба участника, отделенные друг от друга двумя плексигласовыми щитами, придерживались партийной линии, хвалили своих начальников и уходили от ответов на неудобные вопросы.
Начали с коронавируса: модератор Сюзан Пейдж спросила у Майка Пенса, как вышло, что по количеству смертей от COVID-19 на душу населения США оказались в списке выше, чем почти все другие богатые страны планеты. В ответ господин Пенс пустился в рассуждения об обоснованности политики Дональда Трампа. «Президент Дональд Трамп всегда ставил здоровье американцев на первое место. Когда в США не было и пяти случаев заражения людей, приехавших из Китая, президент Дональд Трамп сделал то, чего не делал ни один американский президент, а именно закрыл сообщение с КНР, второй крупнейшей экономикой мира. Сенатор Джо Байден выступил против этого решения, назвал его "истеричным и ксенофобным"»,— ответил господин Пенс, подчеркнув, что именно это решение позволило США выиграть время и спасти сотни тысяч жизней американцев.
Госпожа Харрис уходила от ответов не менее изящно. Когда Майк Пенс задал ей прямой вопрос, собирается ли гипотетическая администрация демократов увеличить число судей Верховного суда и направить туда своих идеологических сторонников, она вспомнила 16-го президента США Авраама Линкольна и его решение не назначать нового судью на освободившееся место незадолго до выборов: именно это сейчас пытается провернуть Дональд Трамп, менее чем за месяц до выборов планируя назначить в высший судебный орган страны консерватора Эми Кони Барретт.
Когда господин Пенс повторил вопрос, госпожа Харрис вновь предпочла говорить о Дональде Трампе, отметив, что из 50 судей, назначенных президентом в апелляционные суды (на пожизненные посты), ни один не был чернокожим.
Оба кандидата также не стали отвечать на вопрос о мирной смене власти и порядке действий в случае отказа Дональда Трампа признавать свое поражение.
По сути, был пропущен вопрос и об отношениях с Китаем: оба политика обсуждали вакцины, и только госпожа Харрис обвинила Дональда Трампа в проигрыше торговой войны с КНР. «Проиграли торговую войну? Джо Байден на нее вообще не явился, на протяжении последних десятилетий он был главным чирлидером коммунистического Китая»,— огрызнулся в ответ нынешний вице-президент. Больше Китаю места особенно и не нашлось: Майк Пенс лишь пообещал, что нынешняя администрация будет «продолжать давать ему отпор».
Обсуждение вакцин от коронавируса подарило одну из немногих запоминающихся цитат дебатов. «Если специалисты в области здравоохранения, если доктор Фаучи, если врачи скажут нам, что ее (прививку.— “Ъ”) нужно сделать, я первой ее сделаю. Никаких сомнений. Но если Дональд Трамп скажет ее сделать, я не буду»,— сказала госпожа Харрис. Майк Пенс в ответ жестко раскритиковал оппонента за подрыв общественного доверия к вакцине:
«Тот факт, что вы подрываете доверие к вакцине, если она появится во время правления администрации Трампа,— это бессовестно. Сенатор, прошу вас, перестаньте играть в политику человеческими жизнями».
Обсудили политики и другие темы, однако их позиции не выходили за рамки партийных платформ. Майк Пенс, например, признал, что климат изменяется, однако усомнился, что виной тому деятельность человека. Предсказуемо разошлись они и по вопросу искусственного прерывания беременности: Майк Пенс пообещал защищать жизни не рожденных еще детей, а Камала Харрис — права женщин на аборты.
Что касается России и президента Владимира Путина, их упомянули лишь дважды: в связи с делом о «наградах за головы американских солдат в Афганистане» и вмешательством в выборы. Камала Харрис пообещала, что администрация Байдена — Харрис будет успешно противостоять России. Из уст Майка Пенса ни одна ни другая тема не прозвучала вовсе.
Тот факт, что в выступлении господина Пенса было практически не к чему придраться, заставило демократов проявить креативность. Они сделали одним из главных героев этого события муху, которая около двух минут сидела на голове Майка Пенса и была отчетливо видна в эфире на фоне его седых волос. У мухи даже появился свой аккаунт в Twitter, в котором она «обещала» провериться на коронавирус и призывала голосовать за демократа Джо Байдена.
Что касается оценки выступлений кандидатов, то опрос, проведенный профессиональными социологами по заказу CNN, то есть не среди зрителей телеканала, а с соблюдением четких правил среди зарегистрированных избирателей, показал, что американцы отдали победу Камале Харрис с результатом 59% против 38%.
Дебаты кандидатов в вице-президенты США обычно не приковывают слишком много внимания американской публики: когда речь идет о выборе первого лица в государстве, кандидаты на вторые роли выглядят не столь уж значимо.
32-й вице-президент США Джон Гарнер, работавший при президенте Франклине Рузвельте и почти не оказывавший влияния на политику, в свое время изрек фразу, ставшую крылатой по отношению к этому посту: «Вице-президентство не стоит и ведра теплой мочи».
Впрочем, в последние годы роль вице-президента возросла. Как рассказал в разговоре с “Ъ” почетный профессор юриспруденции университета Сент-Луис (штат Миссури) Джоэл Голдстин, вплоть до второй половины XX века вице-президент больше исполнял роль председателя в Сенате, нежели работал с исполнительной ветвью власти, и вице-президенты после завершения своих сроков редко становились кандидатами на первый пост. Все изменилось с вице-президента Ричарда Никсона: он первым тесно работал с президентом Дуайтом Эйзенхауэром, а затем сам стал главой государства.
Окончательный слом старой системы произошел при вице-президенте Уолтере Мондейле: он присутствовал на важнейших встречах президента Джимми Картера и стал одним из наиболее влиятельных людей в стране. «С Мондейла начался период беспрецедентного доступа вице-президентов к президенту. Они могли посещать встречи вместе с ними, встречаться с ними лично еженедельно или даже ежедневно, читать записки и меморандумы, предоставляемые главе государства, и получать всякую поддержку от первого лица»,— резюмировал господин Голдстин. Он констатировал, что с годами роль вице-президента изменилась: раньше основной целью было заменить президента в случае его неспособности выполнять обязанности, сегодня же задача вице-президента — сделать работу президента более эффективной.