«Приходят люди в защитных костюмах, забирают заключенных из камер, после этого они не возвращаются»

С началом пандемии COVID-19 власти многих стран задумались, как предотвратить заражение в тюрьмах, ведь исправительные заведения по всему миру — идеальная среда для вируса. Неизбежный тесный контакт между заключенными, плохая вентиляция, антисанитария, отсутствие элементарных средств гигиены и плохое медобслуживание — все это способствует распространению инфекции, которая легко может выйти за пределы тюрьмы из-за контактов персонала и арестантов. Проблема еще и в том, что заключенные чаще, чем другие слои населения, страдают хроническими заболеваниями, что обычно дает тяжелое протекание COVID-19. В зоне риска и пожилые люди, отбывающие длительные сроки. Одно из возможных решений проблемы — досрочное освобождение. “Ъ” изучил, как решают эту проблему в США.

48-летний Муни Мозес заразился COVID-19 в Массачусетском лечебно-исправительном центре. Среди 37 инфицированных заключенных он тяжелее других переносил болезнь. Температура поднялась под сорок, он еле дышал, все мышцы болели, так что арестант не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Больного поместили в одиночную камеру, его регулярно навещали врачи, но лечение состояло главным образом из тайленола (тот же парацетамол). Фактически его бросили одного в камере и лечили от обычной простуды, а не от опасной инфекции, пожаловался адвокат Мозеса в беседе с журналистами.

Какой бы тяжелой ни была болезнь Мозеса, шансов выйти из тюрьмы на время пандемии у него нет. В колонии, где он сидит, содержатся люди, осужденные за сексуальные преступления; часть проходят принудительное лечение. Сам он отбывает пожизненный срок за изнасилование. Мужчина победил болезнь и сейчас идет на поправку.

Куда меньше повезло Майклу Тайсону (полному тезке знаменитого боксера), который умер от COVID-19 в нью-йоркской тюрьме Райкерс-Айленд. 3 апреля он и еще сто заключенных этой тюрьмы подали иск, требуя освобождения, потому что страдают болезнями, которые делают их особо уязвимыми для коронавирусной инфекции. 4 апреля у 53-летнего Тайсона коронавирус был подтвержден. В тот же день он умер. Заключенный находился в группе риска из-за возраста и хронических заболеваний. Преступление Тайсона, осужденного за сбыт запрещенных веществ, заключалось в том, что он нарушил условия досрочного освобождения: не пришел в назначенное время к инспектору по УДО. 28 февраля он снова оказался в тюрьме. Американские правозащитники уверены: такие нарушения не считаются преступлением. Возможно, если бы Тайсону простили это «прегрешение», он был бы жив. Тайсон был первым заключенным, умершим в тюрьме Райкерс-Айленд, где все больше арестантов и надзирателей заболевают COVID-19 (по данным нью-йоркского издания The City, на 13 апреля в тюрьмах Нью-Йорка было 319 инфицированных заключенных и 573 работника).

Во флоридской колонии Блэкуотер-Ривер заключенные находятся на грани нервного срыва: им стало известно, что в начале апреля здесь умерли 69-летний Джеффри Сэрнд и 84-летний Уильям Уилсон, но власти долго скрывали информацию от прессы и родных. Управление исправительных учреждений Флориды в своем ежедневном отчете не сообщило о погибших. Родные тоже в панике, ведь еще до того, как COVID-19 добрался до тюрем Флориды, там запретили все посещения, лишив их возможности общаться и получать информацию о состоянии здоровья из первых рук.

На 14 апреля в 24 тюрьмах и трех учреждениях по надзору за освобожденными условно-досрочно во Флориде COVID-19 был подтвержден у 35 заключенных и 56 сотрудников, однако власти отказываются сообщать, сколько узников находится на карантине. «Отсутствие сведений от управления исполнения наказаний Флориды вызывает беспокойство,— заявила изданию Orlando Weekly адвокат Сумайя Салех. —Если вирус попал внутрь, его очень трудно сдержать, и жители Флориды имеют право знать, что происходит с 95 тыс. людей, находящихся в тюрьмах штата».

Дэвид Денни, отбывающий в тюремном центре для вновь поступивших заключенных Южной Флориды двухлетний срок за побои, сообщил матери по телефону, что все сидящие вместе с ним на взводе. У них нет перчаток, средств дезинфекции для рук, даже обычного мыла. При этом известно, что у двух надзирателей обнаружен коронавирус.

Аманда Гордон, у которой в Блэкуотер-Ривер сидит бойфренд, заявила журналистам Orlando Weekly, что заключенным не выдавали медицинские маски до 11 апреля, когда вирус был выявлен у 25 заключенных.

В женской тюрьме Фрэмингем (штат Массачусетс) коронавирусом заражены 26 заключенных и семь сотрудников — второе место среди тюрем штата. Здесь тоже царят нервозность и подозрительность, потому что информации о распространении вируса нет. Приходят люди в защитных костюмах, забирают заключенных из камер и куда-то уводят, рассказала журналистам WBUR Кимия Фауст, осужденная на 13 лет. После этого они уже не возвращаются. В тюрьмах Массачусетса на 15 апреля было 150 подтвержденных случаев COVID-19.

Новые арестанты поступают из разных мест, повышая риск заражения. Возможности изолировать больных коронавирусной инфекцией в тюрьмах ограниченны, при этом многие заведения дозируют мыло, не обеспечивают бумажными полотенцами и запрещают пользоваться спиртосодержащими антисептиками для рук.

В тюрьме округа Фултон (штат Нью-Йорк) температуру измеряли только заключенным. Сотрудников, адвокатов и других посетителей пропускали внутрь без этой процедуры, как того требуют рекомендации Центров по контролю и профилактике заболеваний США: не было бесконтактных термометров. Пришлось Энн Сполдинг, руководителю Центра здоровья осужденных при Школе здравоохранения Университета Эмори, подарить исправительному учреждению необходимый прибор.

28-летний Гэри Форд, который отбывает в колонии Блэкуотер-Ривер шестилетний срок за разбой, в истерике позвонил матери и закричал: «Мама, они оставили нас здесь умирать!» Молодой человек, страдающий астмой, сообщил матери, что кашляет, у него температура и он боится, что подцепил смертельный вирус. Обо всем этом женщина рассказала в интервью The News Service of Florida. На соседних койках, по словам заключенного, лежат люди с положительным тестом на COVID-19, а его, несмотря на симптомы, тестировать отказываются.

Это серьезная проблема в американских тюрьмах. Родственники узников говорят, что тестов проводится недопустимо мало. Это подтверждает Высший апелляционный суд штата Массачусетс: в его отчете говорится, что за неделю с 6 по 12 апреля во всех тюрьмах штата было сделано всего 500 тестов, причем и для сидельцев, и для надзирателей. Во многих тюрьмах тесты вообще не проводятся и заключенным остается только гадать, есть ли среди них зараженные.

Шериф округа Бристоль (штат Массачусетс) Томас Ходжсон заявил, что в тюрьме округа было сделано всего шесть анализов, сообщает сайт WBUR. Ни один не дал положительный результат. Ходжсон объяснил это более частыми уборками, запретом на посещения родных и ношением медицинских масок, которыми обеспечены теперь заключенные и работники.

ABC News сообщает, что в исправительном центре Нью-Йорка в Нижнем Манхэттене (где покончил с собой печально известный Джеффри Эпштейн) нет возможности тестировать на COVID-19 больных или находящихся в группе риска. И это в городе, который находится в эпицентре пандемии. «У нас нет тестов на коронавирус»,— сообщил в письме федеральному судье назначенный недавно начальник тюрьмы М. Ликон-Витале.

Письмо стало ответом на приказ окружного судьи Пола Энгельмайера проверить на коронавирус 20-летнего заключенного Брайанта Брауна, заявившего, что у него симптомы болезни. В начале апреля, после того как у Брауна проявились кашель и мышечные боли, молодой человек был помещен на карантин. Адвокат Брауна потребовал от суда назначить больному тестирование в надежде, что тот получит необходимую помощь, а кроме того, суд обяжет исправительное учреждение сообщать о его состоянии. Однако, по заявлению начальника исправительного заведения, тюремный врач вместе с инфекционистом из Федерального бюро тюрем решили, что симптомы Брауна не соответствуют критериям, которые содержатся в рекомендациях Центров по контролю и профилактике заболеваний США: в них указано на необходимость в первую очередь проверять работников здравоохранения и людей с высокой температурой и симптомами респираторной инфекции. А отправку Брауна в больницу тюремщик назвал «неблагоразумным поступком, который приведет к его контакту с теми, у кого есть симптомы для теста, не рекомендованного ему специалистом по инфекционным болезням».

В исправительном учреждении в Окдейле, штат Луизиана, от COVID-19 скончались четверо заключенных, однако в Федеральном бюро тюрем ABC News сообщили, что тестировать заключенных даже с «правильными» симптомами не будут, потому что число тест-систем ограниченно. Представители управления исправительных учреждений Флориды заявили, что делают все, чтобы предотвратить распространение болезни: помещают вновь прибывших на карантин, дважды в день измеряют им температуру, а решение о тестировании на коронавирус принимает врач, который консультируется с управлением здравоохранения округа. Впрочем, как сообщила представитель управления исправительных учреждений округа Санта-Роза (штат Калифорния) Дебби Стилфен, в округе достаточно тест-систем, чтобы проверить заключенных с симптомами в обеих окружных тюрьмах.

По информации World Prison Brief (WPB), базы данных о тюрьмах всего мира, собранной в Лондонском университете, в тюрьмах США различного подчинения находится 2 121 600 заключенных — 655 человек на 100 тыс. населения. Это больше всего в мире: уже в 2014 году пенитенциарная система США была перегружена на 3,8%.

Ничего удивительного, что с началом пандемии COVID-19 зазвучали голоса, призывающие власти перевести под домашний арест заключенных, осужденных за ненасильственные преступления или чей срок заключения скоро истекает, а также тех, кому приговор пока не вынесен, но они не могут внести залог.

26 марта на пресс-конференции в Министерстве юстиции США генеральный прокурор США Уильям Барр заявил, что исправительные учреждения не должны стать чашкой Петри для вируса, чтобы тот быстро распространялся по тюрьмам, и рекомендовал Федеральному бюро тюрем рассмотреть возможность перевода под домашний арест заключенных, находящихся в группе риска по возрасту и хроническим заболеваниям. А 3 апреля он сообщил, что одобряет домашний арест даже в тех случаях, когда электронный контроль невозможен. При этом генпрокурор отметил, что для некоторых зеков тюрьма может оказаться более безопасным местом, поэтому следует рассматривать каждый случай отдельно. Он имел в виду прежде всего бездомных, которым некуда идти. Прокурор также обязал каждого, кто выходит на свободу, пройти 14-дневный карантин в своем исправительном заведении.

Власти штатов тут же подхватили инициативу. Губернатор штата Нью-Йорк Эндрю Куомо дал указание выпустить из мест лишения свободы 1100 нарушителей условий досрочного освобождения, а мэр Нью-Йорка Билл де Блазио обещал освободить 300 осужденных за ненасильственные преступления. 367 заключенных покинули в начале апреля тюрьмы в штате Массачусетс, 3500 узников собираются отпустить власти Калифорнии.

Недоволен этим только шериф Ходжсон: «Мы, шерифы, знаем, что это значит. Забрать людей из такого места, где есть контроль и поддержка, притом что, вообще говоря, большинство из них не отличаются самодисциплиной, выпустить их в мир, а потом думать, что они будут прекрасно себя чувствовать, крайне недальновидно».