«Мне ответили, что на прадеда имеется информация»
AP
Анатолий Жданов / Коммерсантъ
vk.com/id1317282
Сергей Киселев / Агентство «Москва»
Шаг 1: Подготовка к поиску
Сергей, 29 лет, Москва
«О том, что мой прадед был в плену, я не знал — в принципе никто в семье этого не знал. Прадед был одним из 11 детей в своей семье. Мне посчастливилось пообщаться с пятью из них, и все они для меня так или иначе были «бабушками» — и по возрасту, и по отношению. Но о семейной истории речь то ли не заходила, то ли я был слишком мал, чтобы к таким разговорам относиться с интересом. Сейчас уже, к сожалению, никого в живых не осталось... А поскольку прадед родился в революцию, а пропал, как выяснилось, в самом начале войны, мало кто из живых родственников, с которыми я общался, об этом помнил… Или помнил, но разговор до этого не доходил».
Что им известно и неизвестно?;
Сохранились ли документы, автобиографии, воспоминания, фотографии? Возможно, в семье хранят письма с фронта или удостоверения к медалям;
Где военнослужащий жил до призыва? Где и кем служил? Был ли ранен, награжден, вернулся ли? Где похоронен?;
Очень важно попытаться узнать, откуда известна та или иная информация, кто ее рассказывал. Иногда источник информации может дать новую ветку поиска и новое направление. Например, если о ранении деда рассказывал его земляк, то по материалам на него можно найти госпиталь, где лежали оба.;
Собранную информацию лучше сразу систематизировать, например, в упорядоченных папках на компьютере или в специальных программах для записи генеалогического дерева.
Шаг 2: Поиск в базах данных
Сергей, 29 лет, Москва
«Летом 2019 года я достаточно спонтанно решил составить семейное древо, сначала со слов родителей записал всех известных родственников, потом начал "копать" вглубь — в частности, по той ветке семьи, которая родом из деревни на севере Московской области. Фамилия достаточно популярная — Жуковы. На местном мемориале в деревне (и на другом, в соседнем селе) было указано в качестве участников ВОВ несколько Жуковых с разными инициалами. Я записал всех и начал "пробивать" по известным базам вроде "Память народа".
Выяснилось, что один из этих Жуковых — Михаил Иванович — имеет непосредственное отношение к нашей семье. Через базу данных удалось выяснить, что он попал в плен»
Фонд «Саксонские мемориалы» (хотя их материалы переданы на хранение в Федеральный архив Германии, базу по-прежнему можно использовать);
Региональные базы данных, например Пермского края.
Шаг 3: Поиск на других ресурсах
Виктор Тума, бывший руководитель центра проектирования информационных ресурсов ЭЛАР, разработчик ОБД «Мемориал» и «Подвиг народа
«Первый банк, ОБД "Мемориал" — в первую очередь это потери и как дополнение — перемещения, информация по военным пересыльным пунктам (ВПП) и запасным полкам. Это когда человек ушел на войну и пропал. И неизвестно, где его искать, где он служил — тогда можно хотя бы отследить маршрут его перемещения, узнать, куда он был направлен.
"Подвиг народа" — это все, что касается наград. Самое ценное там — это наградные листы того времени и то, как описывают подвиги в этих наградных листах. Я как-то сравнивал одну медаль, описанную поэтом, который ее получил, и тем, как она написана в наградном листе. Очень интересное сравнение.
И, наконец, "Память народа" — это уже более современная база данных, которая включает в себя материал из ОБД "Мемориал" и "Подвиг народа", а также оперативные дела, журналы боевых действий, приказы, военные и оперативные донесения, карты, захоронения с нанесением на карту и расположение на карте боевых частей.
В первых двух базах поиск ведется один в один. Если вы задали, допустим, год рождения, а взять его негде, то он не найдется. Если вы ошиблись в какой-то букве (по сравнению с тем, что написано в документе, и оцифровано по документу), то вы тоже не найдете. "Память народа" немного шире. Там выводятся записи даже с отклонением от поиска в один-два символа. Зачастую это помогает, если фамилия не слишком распространенная. Допустим, Баронов и Баранов — выведутся и те и другие».
Всероссийский информационно-поисковый центр (ВИПЦ) — единый центр по сбору, систематизации и хранению результатов поисковых работ в стране;
Шаг 4: Обращение в архивы
Алексей Кислицын, Международная ассоциация поисковых объединений «Народная память о защитниках Отечества», глава отделения в ФРГ
«Поисковое движение сегодня это десятки тысяч энтузиастов в десятках стран мира, все свое свободное время посвящающих поиску пропавших без вести, пленных, погибших в годы Второй мировой. Возможности сегодня очень широки — используя различные базы данных, информационные источники в архивах разных стран, мы можем достаточно точно восстановить события иногда до минут. Такой архивный поиск дает возможность поисковым отрядам на местах куда более точно проводить исследования и поиск на местности. Получив даже крохи информации от родственников, специалисты по закорючке на листе, по цвету бумаги, по подписи могут определить направление поиска. Часто совершенно незначительные детали становятся решающими. Иногда поиск одного человека приводит к результату совсем по другому — казалось бы, совершенно безнадежному — случаю. Иногда мы находим целыми ротами, батальонами солдат, считавшихся пропавшими без вести. Конечно, результата в 100% мы не достигнем никогда. Существовали так называемые дулаги — пересыльные лагеря, в которых люди погибали тысячами, даже не пройдя регистрацию, существуют по сей день места под Киевом, под Харьковом, под Волховом и Вязьмой, где кости погибших и считающихся по сей день пропавшими без вести солдат лежат плотным слоем в несколько метров. Но мы работаем и не останавливаемся ни на минуту. Каждая находка — праздник, каждый документ — в работу. И конечно, опыт поисковиков поможет вам, если есть хоть какой-то шанс, приблизиться к возвращению героя с войны»
Сергей, 29 лет, Москва
«Затем мне посоветовали обратиться в Архивы Арользена (международный центр документации в городе Бад-Арользен.— “Ъ”) — там тоже хранятся данные о военнопленных, но мне там помочь не смогли. Одновременно со всем этим я отправил запрос в Российский государственный военный архив (РГВА) — поскольку он был указан на "Памяти народа" в качестве источника информации. И неожиданно успех — мне ответили, что на прадеда имеется информация, как на лицо, проходившее проверку в государственных проверочно-фильтрационных лагерях НКВД. И даже приложили фильтрационную карточку. Это все может означать, что прадед вернулся из лагеря на территорию СССР — но, с большой вероятностью, мог сгинуть в лагере НКВД. Я, конечно же, оставил в РГВА запрос на просмотр фильтрационно-проверочного дела. Однако может так статься, что этого дела у них нет, и находиться оно может в архиве ФСБ.
Все осложняется очень небыстрой работой архивов — поскольку мой запрос не относится к социально-правовым (я не пытаюсь восстановить родословную для получения пенсии или наследства), время обработки его может составлять месяц и более. На текущий момент мне более нечего рассказать по этому поводу — жду ответа из архива. Работы много, но останавливаться я не планирую».
Архивы ФСБ того региона, где военнослужащий жил или родился. Фильтрационно-проверочные дела на вернувшихся на родину военнопленных могли оттуда передаваться и в областные архивы;
Архив общероссийской общественной организации «Российский Красный Крест»;
Архивы Арользена / Международная служба розыска в городе Бад-Арользен, Германия;
Региональные и муниципальные музеи и мемориалы концентрационных лагерей и лагерей военнопленных;
Военно-мемориальные отделы при посольствах РФ за рубежом. Например, представительство Министерства обороны Российской Федерации по организации и ведению военно-мемориальной работы в Республике Польша и отдел по увековечению памяти погибших при защите Отечества при посольстве РФ в ФРГ.




