Гора раздора

Россия после 2022 года может остаться без крупнейшего производителя кальцинированной и пищевой соды — Башкирской содовой компании. Основная причина — отсутствие ресурсов, которые предприятие могло бы перерабатывать. Правительство стоит перед выбором: предоставить компании сырьевую базу или сохранить уникальный геологический объект возрастом более 230 млн лет.

Федеральное правительство РФ и власти Башкирии уже несколько лет не могут решить проблему обеспечения сырьем Башкирской содовой компании (БСК). Предприятию требуется месторождение специфического по химическим свойствам известняка для переработки на существующем оборудовании. Сейчас российский лидер по выпуску кальцинированной и пищевой соды (занимает 85% внутреннего рынка) разрабатывает гору Шахтау около города Стерлитамака, но ее запасов хватит не больше чем на три года.

Хотя под землей ресурсы еще есть, компания отказалась от их разработки после проведенной в 1992–2002 годах доразведки. Как поясняли в структуре БСК — Сырьевой компании, занимающейся поиском ресурсов, глубокая разработка шихана невозможна, так как в нескольких метрах от него протекает речка Селеук, которая может прорваться в карьер, что чревато экологической катастрофой, так как ниже по течению она впадает в реку Белую, главную водную артерию Башкирии. В некоторых странах, например в Германии, добыча известняка ниже уровня грунтовых вод в аналогичных условиях запрещена законом.

Не имея возможности продолжать работу на действующем месторождении, БСК обратилась в правительство с просьбой предоставить ей для разработки соседний шихан Тратау, который находится на особо охраняемой территории и с 1999 года по решению башкирских властей носит статус памятника республиканского значения. Таким образом, интересы БСК вступили в противоречие с необходимостью сохранить уникальный природный объект, а мнения чиновников по вопросу о передаче Тратау компании разошлись. В Минпромторге склоняются к тому, чтобы отдать шихан в разработку, а местные власти под давлением общественности выступают против.

Как поясняли в Минпромторге, снять природоохранный статус с Тратау непросто. «Важно сделать так, чтобы уникальное природное разнообразие, которое существует на горе Тратау, было сохранено и продолжало жить уже в другом месте в похожих условиях. Эти условия должны быть обязательно заложены в проектном задании»,— пояснял заместитель главы Минпромторга Сергей Цыб.

Другой замминистра, Виктор Евтухов, заявлял, что разработку горы Тратау необходимо разрешить для сохранения БСК. По его словам, в ведомстве «внимательно, досконально, не в первый раз изучили проблему месторождений» и именно Тратау является единственным источником сырья, которое по экономическим и качественным характеристикам соответствует требованиям, предъявляемым к продукции БСК. «Охранный статус надо снять. Статус снимают региональные власти. Я уверен, что они примут единственно правильное, осознанное решение»,— говорил он.

Но местные власти долгое время были против передачи шихана содовой компании. «Конечно, эти памятники природы — достояние республики. Пока на шиханах произрастают краснокнижные растения, пока они имеют историческую, археологическую, геологическую, общественную ценность, снять статус невозможно. Правительство республики получает письма от заинтересованной компании, которая хотела бы разрабатывать эти памятники природы, использовать их как сырье для своего производства. Давление продолжается. Давайте искать альтернативный вариант»,— говорил в апреле занимавший тогда пост президента Башкирии Рустэм Хамитов. Он рекомендовал БСК найти другие месторождения, а если «по каким-то причинам не устраивает качество сырья» — менять технологию. Весной правительство Башкирии внесло изменения в ряд постановлений совмина БАССР, которым устанавливался режим охраны памятников природы, включая шиханы Тратау и Юрактау. Власти поясняли, что в новых версиях общие положения об условиях охраны памятников природы заменили на индивидуальный режим особой охраны для каждого из них, а также уточнили их границы.

В ответ в БСК заявляли, что «подходит сырье того или иного месторождения для организации производства кальцинированной соды — это не вопрос вкуса». Это определяется конкретными техусловиями, в которых совершенно четко прописаны химические и физико-механические свойства, которым сырье должно соответствовать. В компании напомнили, что по заключению Федерального агентства по недропользованию, в чьей компетенции находится вопрос ресурсной базы, указано, что единственным источником сырья, подходящего для организации производства в Башкирии кальцинированной соды, являются горы Тратау и Юрактау.

Несмотря на это, в августе Рустэм Хамитов предложил БСК попробовать известняк с принадлежащего Уральской горно-металлургической компании Худолазовского месторождения, расположенного в 500 км от завода. В качестве эксперимента содовая компания купила у УГМК 3 тыс. тонн известняка, но уже на первом этапе — обжиге — многочисленные примеси, в основном карбонат магния и диоксид кремния, попадая в печь, забивали ее. Производство пришлось остановить для очистки печи, и опыт продолжать не стали.

Не подошла в качестве источника сырья и соседняя гора Куштау — единственный из трех шиханов, не имеющий статуса памятника природы. В 2006–2008 годах на ней проводилось бурение, но пробы выявили слишком много примесей в сырье. Несмотря на это, летом 2016 года подразделение БСК АО «Сырьевая компания» получило лицензию у Приволжского департамента по недропользованию на геологическое изучение, включающее поиски и оценку месторождений полезных ископаемых на участке шихана Куштау. В марте 2017 года компания начала там геологоразведочные работы.

Помимо этого в качестве ресурсной базы рассматривалось еще одно месторождение в 35 км от Стерлитамака — Гумеровское. В 2015 году глава республики Рустэм Хамитов поручил членам регионального кабинета провести его доразведку и поставить на баланс как сырье для химпрома. Эксперты компании «Ишимбайский известняк», проводящей геологоразведочные работы на участке, отмечали, что качество известняка здесь «соответствует техническим условиям для химического производства, в том числе производства соды».

Однако экспертиза, сделанная по заказу БСК, показала, что техусловиям содового производства соответствуют только около 7% запасов. Кроме того, ресурсов оказалось существенно меньше, чем предполагали Башнедра: 0,8 млн тонн вместо 180 млн тонн. В связи с этим НИИ Роснедр заключили, что запасов сырья для химической промышленности на этом месторождении тоже нет. Помимо того, что состав сырья неподходящий, месторождение располагается очень далеко, и БСК пришлось бы вложить, по оценке Минпромторга, около 26 млрд руб. в его доставку, что сделало бы проект убыточным. Также изучались Альмухаметовское, Юлдашевское, Пугачевское, Каранское и Ташлинское месторождения. Но и на них подходящего во всех отношениях сырья не нашлось. Впрочем, ряд экспертов утверждает, что, например, разработка Каранского месторождения могла бы быть вполне рентабельной на фоне стабильного спроса и довольно высокой маржи в секторе, но для этого БСК необходимо было бы снизить издержки.

Таким образом, Тратау становится фактически единственным вариантом для разработки БСК. Как пояснял в августе руководитель Башнедр Алексей Грицук, гора лучше всего подходит с точки зрения геологии, так как шихан сформирован из остатков морских микроорганизмов, произраставших в чистой воде с оптимальным содержанием оксида кальция. «Другие месторождения, в том числе Гумеровское, образовались другим путем, поэтому там велико содержание отрицательно влияющих на производство примесей — кремния и магния»,— пояснил он. Но, несмотря на эти доводы, передавать Тратау БСК власти не спешат.

В итоге, как утверждают источники “Ъ”, неспособность решить проблему сырьевой базы для БСК вызывала недовольство федеральных властей, что стало одной из причин досрочной отставки Рустэма Хамитова, занимавшего пост главы республики с 2010 года. Президент РФ Владимир Путин принял его отставку 11 октября, врио назначен Радий Хабиров, который с 2017 года был главой подмосковного Красногорска. И именно ему, очевидно, придется принимать непростое решение.

В середине октября чиновник заявил, что примет взвешенное решение по сырьевому вопросу БСК. «Я полагаю, наверное, самым разумным будет взять тайм-аут: необходимо внимательно изучить все стороны, необходимо понять, действительно, что происходит с реализацией проектов БСК. Я прекрасно понимаю судьбу и значение этой горы. Поэтому необходимо время для спокойного, понятного разбирательства этой ситуации»,— сказал господин Хабиров.

Пока региональное правительство изучает ситуацию, БСК готовится к худшему. Компания разрабатывает программу действий в случае закрытия предприятия и уже предупредила, что работу может потерять половина работников завода — около 4,5 тыс. человек.

Но даже если в ближайшее время содовая компания получит сырьевую базу, на запуск нового месторождения, по оценкам экспертов, потребуется не меньше пяти лет. Как сообщала в конце сентября заместитель гендиректора предприятия Марина Бортова, подготовка к началу разработки очень трудоемка. «Решение должно быть принято немедленно, чтобы обеспечить подготовку нового месторождения»,— пояснила она.

В случае остановки завода соду придется импортировать, так как объем производства на основных содовых предприятиях России (Березниковский содовый завод, Крымский содовый завод и «Пикалевская сода») недостаточен для удовлетворения спроса на продукцию. Как отмечал в конце августа заместитель главы Минпромторга Сергей Цыб, конкуренция на мировом рынке соды жесткая и конкуренты России — Турция, США, Бельгия — «только того и ждут». «Поэтому мы понимаем, что необходимо сохранить стратегическое производство в России. Нет никаких сомнений, чтобы мы должны найти решение, чтобы спасти стратегически важное предприятие»,— сказал тогда чиновник. Главное, говорит источник “Ъ” на рынке, чтобы это решение успели принять до вынужденной остановки БСК.