Каждую среду, делая свой номер, я ловлю себя на мысли, что это занятие напоминает сразу две игры — в кубики и в покер. Конечно, хочется, чтобы газета не рассыпалась, получилась цельной — при всем разнообразии наполняющих ее материалов. Но чтобы эта затея удалась, приходится вести себя с окружающей действительностью, как с карточным партнером: только и делаешь, что гадаешь, какая комбинация у нее на руках и не блефует ли она, стараясь загнать тебя под стол.
Каждую среду, делая свой номер, я ловлю себя на мысли, что это занятие напоминает сразу две игры — в кубики и в покер. Конечно, хочется, чтобы газета не рассыпалась, получилась цельной — при всем разнообразии наполняющих ее материалов. Но чтобы эта затея удалась, приходится вести себя с окружающей действительностью, как с карточным партнером: только и делаешь, что гадаешь, какая комбинация у нее на руках и не блефует ли она, стараясь загнать тебя под стол.