Московская полиция начала доследственную проверку флешмоба «В метро без штанов». Об этом сообщили в пресс-службе столичного МВД. В этом году флешмоб, зародившийся в Нью-Йорке 14 лет назад, охватил 60 городов в 25 странах. Дмитрий Губин убежден, что людей без штанов нужно не проверять, а изучать как классический пример приема «остранения» в искусстве.
Фото: Фото из личного архива Д. Губина
Термин «остранение» век назад придумал писатель и искусствовед Виктор Шкловский. Если вы хотите привлечь внимание к чему-то привычному, вы должны это привычное представить странным, «остранить». Шкловский допустил ошибку в написании термина — и он с тех пор так и пишется, через ошибочное одиночное «н», чем, кстати, лишний раз доказывает действенность самого принципа «остранения».
Один из эффективных способов «остранения» — это помещение предмета или текста в непривычный контекст (или наоборот). Призыв любить метро, пользоваться метро бессмыслен, потому что банален. А вот неожиданное изменение в рутине поездок дает большой эффект. Сам метрополитен в последнее время следует этому правилу. Я уже ездил в Москве в вагоне, превращенном в картинную галерею. Ездил и в вагоне, превращенном в джунгли, где под ногами — трава, а со стен на тебя скалятся тигры. Ездил и в ретро-вагоне с гербами СССР, где у всех пассажиров отчего-то вдруг образуется советское выражение лиц. В парижском метро я как-то слушал малый симфонический оркестр в полном составе — и жалею, что не был в нью-йоркском метро в тот день, когда одну из станций превратили в спа-салон.
Все эти «остранения» поднимают настроение и придают жизни вкус: так же, как и акция под названием «В метро без штанов». Шестеро смельчаков без штанов в московском метро в январе выглядели, в общем, так же, как люди в шортах выглядят в метро в июле, но зимние пальто при голых ногах смотрелись смешно. Типичное «остранение». Я улыбался, разглядывая выложенные в соцсетях картинки.
А вот чего добивается полиция расследованием флешмоба — мне не понятно. Скорее всего, действует по принципу «все, что не разрешено, то запрещено». Вероятно, будет подводить голые ноги под хулиганство. И если доведет дело до суда — лишний раз убедит в том, что наша полиция не столько меня и мое хорошее настроение бережет, сколько следует знаменитому «Не потерплю!» и «Разорю!»
Между тем, полиция в метро должна пресекать только то, что угрожает здоровью и достоинству. А высшим пилотажем стало бы поднятие настроения усталым и часто угрюмым пассажирам. Вообще полиция могла бы раз в год — поднимая общественное настроение, а заодно и собственный престиж — устраивать в метро собственный флешмоб. Могли бы 1 апреля нести патрульную службу если не в костюмах миньонов, то со значками со смайликами.
Хотя, конечно, в костюмах миньонов полиция смотрелась бы круче.