В деле об убийстве Бориса Немцова пыток не осталось

Заявление обвиняемого о незаконных методах расследования признано домыслом

Как стало известно "Ъ", СКР отказал Темирлану Эскерханову, обвиняемому по делу об убийстве Бориса Немцова, в возбуждении уголовного дела по факту якобы примененных к нему правоохранителями пыток. Неделей раньше аналогичный отказ получил предполагаемый киллер Заур Дадаев. Отметим, что следствие не сочло нужным привлекать к уголовной ответственности за ложные доносы и самих авторов, посчитав их "основанные на домыслах" жалобы одним из способов защиты.

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ  /  купить фото

Заявление предполагаемого пособника убийц Бориса Немцова Эскерханова поступило в следственные органы через посетивших его в СИЗО правозащитников. 20 апреля руководитель следственно-оперативной группы по делу об убийстве господина Немцова Игорь Краснов подал руководству рапорт, и по заявлению господина Эскерханова была назначена доследственная проверка, которую поручили следователю ГСУ СКР Алексею Стадникову, ранее проверявшему аналогичное заявление другого фигуранта дела, Заура Дадаева, и не нашедшему ему подтверждений.

По данным Темирлана Эскерханова, задержавшие его оперативники бросили его полураздетым со скованными сзади руками на пол лицом вниз и заставили его пролежать так около полутора часов. При этом сыщики, как утверждает обвиняемый, периодически наступали ему ногами на спину и голову. Господина Эскерханова, по его данным, били кулаками по пояснице и локтями по бокам, стягивали ему запястья наручниками, дергали его за бороду, а по дороге в суд один из конвоиров даже попытался поджечь ее зажигалкой. Наконец, задержанного, как утверждал он в заявлении, унижали и оскорбляли словесно, называя его ваххабитом и фотографируя почти голым на камеры мобильников. По мнению обвиняемого, оперативники хотели таким образом заставить его признаться в убийстве Бориса Немцова (арестант свою причастность к преступлению отрицает).

Усмотрев в заявлении признаки сразу двух тяжких преступлений — превышение должностных полномочий с применением насилия (ч. 3 ст. 286 УК РФ) и принуждение к даче показаний с применением пытки (ч. 2 ст. 302 УК РФ),— следователь Стадников опросил всех участников задержания обвиняемого. По данным его коллеги Краснова, днем 7 марта у следствия появилась необходимость в "условиях, не терпящих отлагательства", обыскать квартиру в доме N46 по Веерной улице в Москве. В ней и находился господин Эскерханов. После обыска его доставили в СКР. В ночь на 8 марта следователь Краснов задержал чеченца, а на следующий день Басманный суд арестовал его. Как следует из показаний Игоря Краснова, допрашивая доставленного к нему гражданина, он не заметил на его лице следов побоев; при этом ни сам Темирлан Эскерханов, ни его защитник каких-либо претензий следствию не предъявляли.

По данным полицейских, участвовавших в обыске квартиры на Веерной, господин Эскерханов сам открыл им дверь; чеченец при этом был "в одном нижнем белье" (частный охранник Эскерханов в этот день отсыпался после ночной смены). Ему, как утверждают свидетели, "было предложено одеться и поучаствовать в обыске", на что он согласился. Видя, что господин Эскерханов не вооружен, оперативники, по их словам, не стали применять "физическую силу и спецсредства". Как пояснили понятые, чеченец свободно ходил по квартире вместе с полицейскими, время от времени пил воду и курил.

По общему мнению опрошенных членов следственно-оперативной группы, обвиняемый, не предъявлявший поначалу никаких претензий, "спохватился" только 23 марта, когда к нему пришли правозащитники. Так же вел себя и Заур Дадаев, что, по мнению участников расследования, свидетельствует об их "согласованном стремлении поднять шумиху в СМИ, поставить под сомнение законность проведенных следственных мероприятий и в конечном счете избежать ответственности за содеянное".

Примерно к такому же выводу пришел и следователь Стадников, особо отметивший в своем постановлении, что господин Эскерханов мог бы заявить о своих претензиях в Басманном суде, который 8 марта избирал ему меру пресечения в присутствии адвоката и представителя Генпрокуратуры, или 1 апреля в Мосгорсуде, где арест обжаловался, однако не сделал этого. Наконец, нет сведений о телесных повреждениях арестанта и в его медкартах, заведенных при его поступлении в ИВС N1 и СИЗО N6 "Печатники". Таким образом, в ходе проверки "были получены сведения, противоречащие показаниям Эскерханова". В итоге следователь Стадников в возбуждении дела отказал.

Отметим, что проверяющий не нашел оснований и для привлечения самого автора жалобы к уголовной ответственности за заведомо ложный донос (ч. 2 ст. 306 УК РФ), поскольку счел его действия формой защиты. Такое же мнение он выразил и в "отказном" постановлении на жалобу Заура Дадаева.

Адвокат Темирлана Эскерханова Роза Магомедова сообщила "Ъ", что проверка, по ее мнению, была проведена формально; с выводами следователя Стадникова защитник не согласилась и планирует обжаловать их в суде. Такую же позицию занимает и адвокат Заура Дадаева Шамсудин Цакаев.

Сергей Машкин

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...